признании недействительными решений общего собрания акционеров Общества сами по себе не имеют преюдициального значения при рассмотрении спора об установлении права собственности истца на ценные бумаги. Учитывая, что в рамках ранее рассмотренных дел не представлялись и не оценивались судами опровергающие доводы заявителей первичные документы, суды пришли к обоснованному выводу о том, что настоящий спор подлежит рассмотрению по существу. Исходя из того, что между истцом и ответчиками существует спор о праве, выбор в качестве ответчиков ФИО10 и Общества является надлежащим. Рассмотрев заявление ФИО2 и ФИО1 о пропуске срока исковой давности, суды, руководствуясь пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса, абзацем 4 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», отклонили его, поскольку заявление сделано третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно спора, при этом ответчик ФИО10 заявление о пропуске срока исковой давности не поддержал.
в реестре, протокола № 1 об итогах голосования на годовом общем собрании учредителей КТ "ФИО5 и Ко" от 04.04.2012, копии уведомления от 09.10.2012 о принятом 04.04.2012 товариществом решении, адресованного ФИО4 и ФИО6, с доказательствами его направления истцу и ФИО6, доказательства вручения уведомления ФИО6), верно пришли к обоснованному выводу о том, что процессуальное поведение истца свидетельствует о его осведомленности с октября 2012 года о принятом ответчиком решении об удовлетворении заявления о выходе из числа вкладчиков КТ "ФИО5 и Ко" и выплате при этом денежной компенсации стоимости вклада. При этом обращение ФИО4 с новым заявлением о выходе из числа вкладчиков (заявление от 17.10.2016) суды расценил как попытку обойти возможное применение исковой давности в случае заявления ответчика. Исковое заявление было подано ФИО4 в арбитражный суд нарочно 27.11.2017, то есть с пропуском срока исковой давности. Доводы кассатора о том, что протокол № 1 от 04.04.2012 составлен ненадлежащим лицом, опровергается материалами дела, поскольку протокол
права, а по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. Заявленное истцом требование основано на положениях части 3 статьи 487 ГК РФ. Срок поставки продукции определен сторонами договором от 05.05.2017 № 20 с 05.05.2017 по 31.12.2017, далее дополнительным соглашением № 4 от 06.04.2018 к договору от 05.05.2017 № 20 стороны пришли к соглашению продлить срок действия договора купли-продажи лесопродукции № 20 от 05.05.2017 на период с 01.01.2018 по 31.12.2018. Следовательно, обязанность ответчика по передаче лесопродукции прекратилась 31.12.2018. По истечении указанного срока у ООО "Плесецкая КМТС" возникла обязанность возвратить сумму предварительной оплаты, на которую не осуществлена передача лесопродукции. При таких обстоятельствах истец должен был узнать о нарушении своего права 01.01.2019, когда ответчик не исполнил обязательства по передаче лесопродукции. ООО "Северлес" обратилось в арбитражный суд с исковымзаявлением через систему «Мой Арбитр» 18.02.2021, следовательно, иск заявлен в пределах срока исковой давности (с 01.01.2019 по 01.01.2022).
вод, утв. Постановлением Правительства РФ № 645 от 29.07.2013 г. (п.37). Пункт 43.1 договора суд принимает в редакции истца. «В случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения организацией ВКХ обязательств по оплате, предусмотренных настоящим договором, транзитная организация вправе потребовать от организации ВКХ уплаты пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты». Стороны пришли к согласованию данной редакции, с учетом отзыва ответчика от 24.12.2018. Пункт 43.1 соответствует типовой форме договора по транспортировке сточных вод, утв. Постановлением Правительства РФ № 645 от 29.07.2013 г. (п.45). Пункт 52 договора суд принимает в редакции истца. Ответчиком предложена следующая редакция спорного пункта в отзыве на исковоезаявление : «Настоящий договор (контракт) действует по 31 декабря 2019 г. Продление срока действия договора (контракта) возможно только по
принимая во внимание характер спора, фактический объем оказанных услуг, продолжительность рассмотрения дела, учитывая, что понесенные истцом судебные расходы ниже минимальных ставок вознаграждения за оказываемую юридическую помощь, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Липецкой области от 26.01.18, за составление процессуальных документов, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований в размере 5 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя. В силу пределов полномочий суда кассационной инстанции, предусмотренных положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 АПК РФ, у суда округа отсутствуют основания для переоценки приведенных выше обстоятельств, учитывая, что разумные пределы расходов являются оценочной категорией. Доводы ответчика относительно указания в карточке дела неверного юридического адреса ООО «Капрун» (после смены наименования - ООО «Юбилейный»), не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку в материалах дела имеется отзыв ООО «Юбилейный» на исковоезаявление , в котором верно указано его наименование и юридический адрес. В силу положений ст. 286
взаимных обязательств по включенным в договор встречным условиям, не являются сделкой, которая в деле о банкротстве исполнителя может быть оспорена по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку ответчик ( истец по встречному иску) не получает предпочтения. В связи с чем, арбитражные суды пришли к выводу, что в рамках настоящего спора имеет место сальдирование встречных обязательств ответчика (истца по встречному иску) по оплате неустойки и обязательств истца (ответчика по встречному иску) по оплате стоимости выполненных работ и произвели зачет требований в части расчетов, вытекающих из условий договора, который, по сути, является не зачетом, а подтверждением наличия долга в пользу одной стороны, возникшего в день, который определен сторонами в качестве расчетного. Правовых оснований для применения срока исковой давности в части заявления о сальдировании судами не установлено. С учетом изложенного, принимая во внимание, что выполнение обязательств истцом подтверждается материалами дела и ответчиком доказательств полной оплаты задолженности не представлено, требование истца о взыскании
марта 2020 года, то есть в пределах шестимесячного срока с момента, когда истцам стало известно о принятых решениях, принятием которых нарушены их права. Учитывая изложенное, нижестоящие судебные инстанции пришли к обоснованному выводу, что истцами срок исковой давности не пропущен. Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»). В свете изложенного заявление представителя третьего лица ФИО41 о применении последствий пропуска истцами срока исковой давности
