инстанции представитель Правительства Российской Федерации административный иск не признал, указав в письменных возражениях, что оспариваемый нормативный правовой акт издан в пределах предоставленных ему полномочий, соответствует действующему законодательству и права административного истца не нарушает. Решением Верховного Суда Российской Федерации от 4 июля 2018 г. в удовлетворении административного искового заявления Обществу отказано. Не согласившись с таким решением, административный истец подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, а производство по административному делу прекратить, поскольку Постановление N 1301, регламентирующее порядок осуществления технического учета жилищного фонда, в силу прямого указания части 8 статьи 47 Закона о кадастровой деятельности могло применяться лишь до 1 января 2013 г. Считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что обжалуемый нормативный правовой акт регулирует отношения по учету жилищного фонда, а не в сфере осуществления государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства, так как из пункта 3 Постановления N 1301 следует, что основу государственного учета жилищного фонда
повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Между тем, таких оснований по результатам изучения доводов кассационной жалобы заявителя не установлено. Прекращая производство по делу, суды руководствовались пунктом 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из того, что до принятия судебных актов по настоящему делу истец прекратил деятельность в связи с ликвидацией юридического лица, в связи с чем невозможно вынести судебный акт, касающийся прав и обязанностей ликвидированной организации, являющейся стороной по делу. Отклоняя довод заявителя о наличии оснований для удовлетворения заявления истца о процессуальном правопреемстве и замены истца на заявителя, суды обоснованно исходили из положений части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не усмотрели оснований для удовлетворения такого заявления. Суд округа, отклоняя довод заявителя об отсутствии оснований для
передачи имущества от 07.10.2011, согласно которому передающая сторона безвозмездно передает в собственность принимающей стороне имущество в соответствии с приложением № 1, находящееся по адресу: <...> ТРК «Космос» кинотеатр «Вега-Фильм». ООО «Вега-Фильм плюс кино» принимает переданное имущество с целью использования для работы трехзального кинотеатра и заключения договора аренды с ООО «Космос-Арт». Как указывает истец в исковом заявлении, о существовании указанного договора ему стало известно 11.09.2015 в процессе рассмотрения дела № А55-15962/2015. Ссылаясь на недействительность названной сделки, ООО «Космос-Арт» обратилось в арбитражный суд с соответствующими требованиями. Согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «Вега-Фильм плюс кино» (ИНН <***>) 16.03.2015 прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Вега-Кино» (ИНН<***>). Правопреемником ООО «Вега-Фильм плюс кино» является ООО «Вега-Кино». Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 150 названного кодекса и статьями 49, 61, 63, 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды прекратили производство по делу, поскольку
на спорное фирменное наименование у истца возникло раньше, чем у ответчика. Указанные обстоятельства позволили судам сделать вывод о том, что преимущественным правом на использование спорного фирменного наименования в отношении аналогичных видов деятельности обладает истец. Выводы судов согласуются с разъяснениями, изложенными в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». В соответствии с пунктом 4 статьи 1474 Гражданского кодекса юридическое лицо, нарушившее правила пункта 3 настоящей статьи, обязано по требованию правообладателя прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности , аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, и возместить правообладателю причиненные убытки. Руководствуясь указанной правовой нормой, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, суды обязали ответчика прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию истца,
по общему правилу, определяется на основании двух критериев: субъектный состав спора и характер спорных правоотношений. Учитывая, что исковое заявление подано ИП ФИО2 23.01.2017, при этом, согласно сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, на момент обращения в арбитражный суд истец обладал статусом индивидуального предпринимателя, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что исходя из субъектного состава, спор подведомственен арбитражному суду. При этом доводы апелляционной жалобы о том, что после перечисления денежных средств истец прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (07.09.2015), отклонены, поскольку уже 15.09.2015 истец вновь был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Указание в жалобе на то, что денежные средства были перечислены ответчику ошибочно, в связи с чем, по мнению ИП ФИО1, спор не вытекает из предпринимательской или иной экономической деятельности сторон, также не принято. Судом апелляционной инстанции учтено, в графе «назначение платежа» платежных поручений, на основании которых ответчику перечислены спорные денежные средства, значится «возврат оплаты по договору
принципу разграничения юрисдикционных полномочий судов общей юрисдикции и арбитражных судов, согласно которому в основе данного разграничения должны быть заложены критерии характера спора и его субъектного состава, применяемые в совокупности. Аналогичная правовая позиция изложена также в Обзоре судебной практики, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015. В качестве Истца по настоящему иску выступает гражданин ФИО2. Доказательств наличия у нее статуса индивидуального предпринимателя на момент подачи искового заявления не представлено. Согласно выписке из ЕГРИП Истец прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 08.10.2020, тогда как исковое заявление ФИО2 поступило в суд первой инстанции 07.09.2021. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о не подсудности дела арбитражному суду. В соответствии с п.1 ч.1 ст. 129 АПК РФ арбитражный суд возвращает исковое заявление, если при рассмотрении вопроса о принятии заявления установит, что дело неподсудно данному арбитражному суду или подсудно суду общей юрисдикции. Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм
обоснованных расходов, сумма недополученной выручки по данным истца составила 17 956 310 руб. Выпадающие доходы обществу не компенсированы, порядок предоставления субсидий на эти цели публично-правовым образованием (Омской областью) не принят и не реализован, за счет тарифных решений на последующие периоды времени убыток не возмещен, поскольку обществом прекращена регулируемая деятельность с 2017 года. По этой же причине анализ результатов фактической деятельности общества за 2017 год в рамках тарифного процесса РЭК не производился, то есть истец прекратил деятельность по реализации сжиженного газа населению для бытовых нужд и с предложением об установлении розничных цен (тарифов) на 2018 год не обращался. Общество неоднократно направляло в Правительство с предложения рассмотреть вопрос о компенсации убытков, которые оно понесло в результате реализации сжиженного газа населению по регулируемым ценам, выполняя социальную задачу – обеспечение газом населения Омской области (письма от 20.11.2015 № 06/2457, от 18.07.2016 № 01-06/4841-22, от 08.11.2016 № 01-06/734701, от 25.04.2017 № 01-06/3069-08, от 24.11.2017
мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Злоупотребление правом должно носить очевидный характер, а вывод о наличии признаков злоупотребления правом в действиях лица по приобретению исключительного права на товарный знак и по его дальнейшему использованию не должен являться следствием предположений. Как следует из обжалуемых судебных актов и установлено судами, предприниматель 26.11.2016 присутствовал на открытие принадлежащего обществу фитнес-клуба, расположенного по адресу: <...>, что подтверждается фотографиями, размещенными в альбоме группы «Вконтакте» https://vk.com/album131147009_238793499. Впоследствии 24.04.2018 истец прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. 26.10.2020 истец повторно зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, с указанием в качестве основного вида деятельности - деятельность фитнес?центров. Судами установлено отсутствие документального подтверждения ведения истцом предпринимательской деятельности и использования товарного знака; использование товарного знака только в фитнес-клубах, принадлежащих обществу; отсутствие доказательств того, что истец предоставлял право использования товарного знака (распоряжался исключительным правом на товарный знак) в соответствии с положениями статьями 1488, 1489 ГК РФ. Проанализировав представленные в материалы доказательства,
учреждение Республики Саха (Якутия) "Государственный концертный оркестр Республики Саха (Якутия)" на правопреемника - автономное учреждение "Государственная филармония Республики Саха (Якутия) им. Г.М. Кривошапко" (ОГРН: <***>). В апелляционной жалобе и возражениях на отзыв истца ответчик просит названное определение отменить и разрешить вопрос по существу, полагая, что основания для замены первоначального истца у суда отсутствовали. Новый истец в отзыве на апелляционную жалобу с изложенными в ней доводами не согласился, просит определение оставить без изменения. Первоначальный истец прекратил деятельность в связи с реорганизацией в форме присоединения. Представители сторон в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела его участники извещались в установленном порядке. Ответчик заявил о рассмотрении жалобы без его участия. Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Исследовав материалы дела, апелляционный суд полагает жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. Судом первой инстанции установлено и из материалов дела усматривается, что первоначальный истец прекратил
Л : Истец обратился с вышеуказанным иском в Заринский городской суд. В обоснование заявленных требований указал на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО1 и ответчиком был подписан акт оказанных транспортных услуг по перевозке лесопродукции на сумму № руб., по устной договоренности оплата за оказанные услуги должна быть произведена в течение 10 дней после подписания акта, однако до настоящего времени оплата не поступила. Претензия, направленная в адрес ответчика ДД.ММ.ГГГГ, оставлена без удовлетворения. Учитывая, что истец прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, истец просил взыскать с ответчика задолженность в размере № руб., судебные расходы по уплате госпошлины в размере 10 108 руб. В судебном заседании истец и представитель истца на исковых требованиях настаивали по доводам, изложенным в исковом заявлении, ФИО1 пояснил, что с ООО «Куб» были заключены письменные договора, однако в связи с тем, что он находился на специальном налоговом режиме – налог на вмененный доход, договора не сохранил. В сентябре
обслуживания 06.03.2019. Данную информацию ответчик указывает в своем уведомлении, которое подписано 25.11.2019. За время, прошедшее с даты внесения товарного знака «MAKTUB» в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания РФ (06.03.2019), до направления в адрес истца уведомления (получено 12.12.2019) со стороны ИП ФИО3 не было предпринято никаких действий, свидетельствующих о намерении заключить лицензионный договор и передать право на использование товарного знака «MAKTUB» ФИО2 Полагая, что ИП ФИО3 не намерена заключать основной лицензионный договор, истец прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (дата прекращения деятельности 08.07.2019). 15 ноября 2019 года истец направил в адрес ответчика претензию, в которой указал, что основной лицензионный договор не заключен между сторонами и просил вернуть ранее оплаченные по предварительному договору денежные средства в сумме 300 000 рублей. Лишь после направления указанной претензии истцом ответчик направил в адрес истца уведомление от 25.11.2019, в котором указал, что товарный знак «MAKTUB» внесен в Государственный реестр товарных знаков и знаков
