и обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия принимает следующее решение. Согласно требованиям ст. ст. 4011, 40116 УПК РФ суд кассационной инстанции, проверяя законность судебных решений, правильность применения норм уголовного и норм уголовно-процессуального права, исходит из тех фактических обстоятельств, которые были установлены приговором суда первой инстанции. Выводы о виновности ФИО1 в инкриминированных деяниях основаны на его же показаниях, данных на предварительном следствии, показаниях осужденного ФИО2, свидетелей К , Д и М протоколах осмотра квартиры, изъятиявещественныхдоказательств и других доказательствах, подробный анализ которым дан в приговоре. Вопреки доводам кассационной жалобы осужденного ФИО1, нарушений норм уголовно-процессуального закона при расследовании уголовного дела и рассмотрения его в судебном заседании, которые могли бы повлечь отмену приговора, Судебной коллегией не установлено. Постановленный в отношении ФИО1 приговор отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ, и в нем подробно описаны фактические обстоятельства совершенного преступления, как они были установлены судом первой инстанции, приведены доказательства, представленные сторонами, дана им надлежащая
правомерности действий сотрудников отдела по изъятию, хранению, уничтожению биологических ресурсов. Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции, не принимая какого-либо решения по существу спора, указал на необходимость исследования судом имеющих значение для правильного рассмотрения дела обстоятельств с учетом подлежащих применению норм материального права и проверки доводов сторон. Так суд округа указал, что судами не исследовались обстоятельства, связанные с законностью (незаконностью) действий (бездействия) правоохранительных органов при изъятии вещественных доказательств 09.02.2015 в ходе рейдовых мероприятий. Судами нижестоящих инстанций при рассмотрении дела не были исследованы вопросы, связанные с правомерностью (неправомерностью) изъятия должностными лицами отдела рыбной продукции, и наличием в момент изъятия товарно-сопроводительных документов. Суд округа действовал в пределах полномочий, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязав суд первой инстанции исследовать существенные обстоятельства для правильного разрешения спора. Доводы, изложенные в кассационных жалобах, основаны на ошибочном применении положений законодательства, не подтверждают нарушения норм материального
и указанное требование является производным от первоначального требования, то отказывая в удовлетворении основного требования, соответственно, не подлежит удовлетворению и производное от него требование. При этом суды обеих инстанций пришли к ошибочному выводу о том, что ответственность за возврат арестованного товара несет не таможенный орган, а ООО Компания «КЕСС», которому арестованный груз был передан на ответственное хранение, так как указанный вывод противоречит пункту 17 Инструкции о порядке хранения изъятых вещей, согласно которому лицо, осуществившее изъятие вещественных доказательств , является ответственным за их сохранность в соответствии с законодательством Российской Федерации, однако указанный вывод не привел к принятию незаконного по существу заявленных требований решения. Принимая во внимание, что доводы кассационной жалобы сводятся к иной, чем у судов оценке доказательств по делу, в соответствии со статьей 286 АПК РФ они не учитываются судом кассационной инстанции при проверке законности обжалуемых судебных актов. Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Дальневосточного
невозможности хранения изъятых вещественных доказательств в таможенном органе в силу громоздкости или иных причин они передаются на хранение организации, осуществляющей складские услуги в зоне деятельности таможенного органа. Вещественные доказательства, требующие особых условий хранения, передаются в соответствующие специализированные организации (учреждения) или государственные органы. Пунктами 16 и 17 указанной Инструкции установлено, что при применении мер обеспечения производства по делу в виде изъятия либо ареста лицо, осуществляющее данные процессуальные действия, обязано избегать порчи предметов. Лицо, осуществившее изъятие вещественных доказательств , является ответственным за их сохранность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В подтверждение размера ущерба Истцом в материалы дела представлены акты экспертизы ТТП г.Кронштадта №№ 115-03-00606, 115-03-00607, 115-03-00608, 115-03-00609, 115-03-00610, 115-03-00611, 115-03-00612, 115-03-00613, 115-03- 00614, 115-03-00615, которыми определены причины, степень и объем повреждений, причиненных в результате ненадлежащего хранения товара, принадлежащего Истцу. Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.01.2011 по делу № А56-51994/2010, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от
него товаров, транспортных средств и иного имущества, в установленном порядке (части 1 и 2 статьи 27.10 КоАП РФ). Порядок хранения изъятых вещей и документов, имеющих значение доказательств по делам об административных правонарушениях, определен в Инструкции, утвержденной приказом ФТС от 18.12.2006 № 1339 «О порядке хранения изъятых вещей и документов, имеющих значение доказательств по делам об административных правонарушениях» (далее - Инструкция № 1339). В соответствии с пунктами 16, 17 Инструкции № 1339 лицо, осуществившее изъятие вещественных доказательств по делу об АП, является ответственным за их сохранность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В случае невозможности хранения изъятых вещественных доказательств в таможенном органе в силу громоздкости или иных причин они передаются на хранение организации, осуществляющей складские услуги в зоне деятельности таможенного органа. Вещественные доказательства, требующие особых условий хранения, передаются в соответствующие специализированные организации (учреждения) или государственные органы. Обеспечение сохранности изъятых вещественных доказательств при их передаче в организации, учреждения осуществляется таможенным органом
акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (статья 1069 ГК РФ). В силу пункта 17 Инструкции о порядке хранения изъятых вещей и документов, имеющих значение доказательств по делам об АП, утвержденной приказом ФТС от 18.12.2006 N 1339 "О порядке хранения изъятых вещей и документов, имеющих значение доказательств по делам об административных правонарушениях" лицо, осуществившее изъятие вещественных доказательств , является ответственным за их сохранность в соответствии с законодательством Российской Федерации. В соответствии со статьей 895 ГК РФ при передаче вещи на хранение третьему лицу первоначальный хранитель отвечает за действия третьего лица, которому он передал вещь на хранение, как за свои собственные. В пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления,
религиозной организации. При вынесении постановления мировой судья не учел, что протокол осмотра помещений адаптационного центра религиозной организации не составлялся, осмотр помещений не производился и не установлено, где именно, в каком месте, в каком помещении проводилось изъятие продукции. При изъятии литературы, CD-дисков со стороны о/у ЦПЭ УМВД России по Забайкальскому краю П были допущены грубые нарушения требований норм процессуального права, не был совершен осмотр места совершения административного правонарушения с участием законного представителя религиозной организации, изъятие вещественных доказательств совершено не по адресу адаптационного центра религиозной организации, в самом с.Карповка, где религиозная организация не проводит никакой деятельности, в том числе, миссионерской, в том числе, в отсутствие законного представителя религиозной организации. Таким образом, протокол изъятия, на который ссылается в своем постановлении мировой судья, как на доказательство, не может быть использован как доказательство вины религиозной организации. Просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события правонарушения, состава правонарушения и
России по городу Калининграду 15 ноября 2013 г. заместителем начальника Штаба УМВД России по городу Калининграду Ю. была проведена служебная проверка по факту непринятия <данные изъяты> ОП № ФИО1 заявления гражданки Ф. о преступлении, ненадлежащем проведении проверки по факту причиненных ей 13.08.2013г. телесных повреждений и необоснованном отказе в возбуждении уголовного дела от 05.10.2013 (отказной материал №). В ходе проверки было установлено, что на месте происшествия <данные изъяты> ФИО1 осмотр, фотографирование места происшествия и изъятие вещественных доказательств (ножа) не произвел, хотя наличие побоев и пореза ладони руки у гражданки Ф., свидетельствовали о совершенном в отношении нее насилии. Ограничившись принятием заявления и объяснения от Ф., разъяснением ей под роспись в извлечении из законодательных актов РФ прав гражданина, получившего телесные повреждения, опросом Ш., указавшего в своем объяснении, что он гражданку Ф. не бил, и вынесением гражданину Ш. официального предостережения, <данные изъяты> ФИО1 проверку по заявлению закончил и вручил гражданину Ш. повестку о
