правового регулирования и уяснение на этой основе юридической природы института индексации. Нельзя, в частности, не учитывать, что институт индексации присужденных денежных сумм, действительно по своей природе не имеющий санкционный характер, не исключает использования различных гражданско-правовых механизмов гарантирования имущественных интересов взыскателя, что обьективно предопределяет возможность (и необходимость!) сочетания процессуальных начал данного института с его материальным содержанием, которому должны соответствовать определенные нормы материального права. Подтверждением этому является, кстати, и тот факт, что Конституционный Суд Российской Федерации, констатировав наличие нарушения именно конституционно-процессуальногоправа , не только не исключил - по буквальному смыслу итогового вывода, содержащегося в пункте 1 резолютивной части Постановления, - что для целей индексации взысканных судом денежных сумм могут быть востребованы те или иные ее механизмы, существующие в отраслевом материально-правовом регулировании, но и прямо оговорил в пункте 3 резолютивной части Постановления обязанность судов производить, впредь до внесения в действующее правовое регулирование надлежащих изменений, индексацию с использованием в качестве критерия индекса потребительских
процесс. При этом Конституция Российской Федерации дает вполне определенные ориентиры законодателю в плане как последующей конкретизации правового регулирования соответствующих отношений, так и их гармонизации, достижения конституционно обоснованного баланса несовпадающих интересов и ценностей. 4.1. В контексте рассматриваемого дела основой взаимодействия адвокатуры и местного самоуправления как институтов гражданского общества выступают, в частности, положения статьи 48 Конституции Российской Федерации, определяющие право каждого на получение квалифицированной юридической помощи. При этом особенности конституционной природы данного права - в аспекте анализируемой проблемы - могут быть квалифицированы как конституционно-процессуальноеправо -гарантия, имеющее обеспечительное влияние не только на другие права и свободы человека и гражданина, но и на иные демократические институты государственности, включая институты публичной власти на различных уровнях ее организации (федеральном, региональном, муниципальном). В этом плане из нормативной логики статьи 48 Конституции Российской Федерации следует и тот факт, что право на получение квалифицированной юридической помощи не связано, с одной стороны, исключительно и только с правом воспользоваться помощью
присяжных заседателей такой состав, как террористический акт. При рассмотрении дел о террористических актах, учитывая эмоциональное состояние населения, а значит и присяжных заседателей, трудно обеспечить непредвзятость и беспристрастность суда присяжных. В очень чувствительной коллизии между правом обвиняемых на суд присяжных и потребностью в справедливом суде законодатель вправе отдать предпочтение второй конституционной ценности и исключить дела о террористических актах из подсудности суда с участием присяжных заседателей. Конституционное право обвиняемых на рассмотрение их дел судом с участием присяжных заседателей, являясь одновременно особой процессуальной гарантией обвиняемых, не предполагает права обвиняемых на рассмотрение каких-то определенных уголовных дел судом присяжных. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 6 апреля 2006 года N 3-П сформулировал правовую позицию, в соответствии с которой статья 20 (часть 2) Конституции РФ означает, что обвиняемому в особо тяжком преступлении против жизни, за совершение которого федеральным законом предусмотрена возможность назначения смертной казни в качестве исключительной меры наказания, должно быть предоставлено право на рассмотрение
вне зависимости от нормативной оценки производства по делам о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок как искового - предопределены и особенности исследования судьей в данной специальной процедуре вопросов, которые могут иметь материально-правовое значение, по сравнению с общим порядком, установленным законом. 4.2. По смыслу правовых позиций, изложенных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлениях от 5 февраля 2007 года N 2-П и от 19 марта 2010 года N 7-П, законодатель должен устанавливать такие институциональные и процедурные условия осуществления процессуальныхправ , которые отвечали бы требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты и тем самым обеспечивали бы справедливость судебного решения, без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов; игнорирование же законодателем принципа процессуальной экономии влечет неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства для рассмотрения дела. Требование процессуальной экономии выступает одним из факторов, влияющих на
ходатайствовали, приводило бы к постановлению незаконного и необоснованного приговора и свидетельствовало бы о невыполнении судом возложенной на него Конституцией Российской Федерации функции осуществления правосудия. 4. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционное право каждого на судебную защиту подразумевает создание государством необходимых условий для эффективного и справедливого разбирательства дела прежде всего в суде первой инстанции, где подлежат разрешению все существенные для определения прав и обязанностей сторон вопросы. Поскольку конституционные принципы правосудия предполагают неукоснительное следование процедуре уголовного преследования, что гарантирует соблюдение процессуальныхправ участников уголовного судопроизводства, суд, выявив допущенные органами дознания или предварительного следствия процессуальные нарушения, вправе принимать предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу. Возвращая в этих случаях уголовное дело прокурору, суд не подменяет сторону обвинения, - он лишь указывает на выявленные нарушения, ущемляющие процессуальные права участников уголовного судопроизводства, требуя их восстановления. Приведение процедуры
которого изменившимся впоследствии нормативным регулированием будет признаваться одной из необходимых предпосылок для возможности индексации присужденных денежных сумм и тем самым - реализации имеющего конституционное значение права на своевременное исполнение вступившего в законную силу судебного акта (абзац четвертый). Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2.3 указанного постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 января 2021 г. № 1-П, суд при рассмотрении заявления об индексации присужденных денежных сумм в пределах предоставленных ему дискреционных полномочий, необходимых для надлежащего осуществления правосудия, обязан установить, обеспечивает ли статья 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в действующей редакции, введенной Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ) реальное восстановление в правах лица, обратившегося в суд с такого рода заявлением, и применить при необходимости выработанный Конституционным Судом Российской Федерации критерий для такой индексации, действующий до того момента, пока законодатель не установит механизм индексации, основанный на правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации и позволяющий реально компенсировать заинтересованному лицу
которого изменившимся впоследствии нормативным регулированием будет признаваться одной из необходимых предпосылок для возможности индексации присужденных денежных сумм и тем самым - реализации имеющего конституционное значение права на своевременное исполнение вступившего в законную силу судебного акта (абзац четвертый). Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2.3 указанного постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 января 2021 г. № 1-П, суд при рассмотрении заявления об индексации присужденных денежных сумм в пределах предоставленных ему дискреционных полномочий, необходимых для надлежащего осуществления правосудия, обязан установить, обеспечивает ли статья 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в действующей редакции, введенной Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ) реальное восстановление в правах лица, обратившегося в суд с такого рода заявлением, и применить при необходимости выработанный Конституционным Судом Российской Федерации критерий для такой индексации, действующий до того момента, пока законодатель не установит механизм индексации, основанный на правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации и позволяющий реально компенсировать заинтересованному лицу
которого изменившимся впоследствии нормативным регулированием будет признаваться одной из необходимых предпосылок для возможности индексации присужденных денежных сумм и тем самым - реализации имеющего конституционное значение права на своевременное исполнение вступившего в законную силу судебного акта (абзац четвертый). Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2.3 указанного постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 января 2021 г. № 1-П, суд при рассмотрении заявления об индексации присужденных денежных сумм в пределах предоставленных ему дискреционных полномочий, необходимых для надлежащего осуществления правосудия, обязан установить, обеспечивает ли статья 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в действующей редакции, введенной Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ) реальное восстановление в правах лица, обратившегося в суд с такого рода заявлением, и применить при необходимости выработанный Конституционным Судом Российской Федерации критерий для такой индексации, действующий до того момента, пока законодатель не установит механизм индексации, основанный на правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации и позволяющий реально компенсировать заинтересованному лицу
«довод Роспатента об отсутствии особого мнения ФИО1, признанный президиумом Суда по интеллектуальным правам правовым на основании несоблюдения сроков подачи, является недействительным». Изучив изложенные в заявлении ФИО1 доводы, суд первой инстанции установил, что обстоятельства, на которые ссылается заявитель, не могут быть признаны ни новыми, ни вновь открывшимися в смысле положений статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом суд первой инстанции отметил, что из содержания указанных актов Конституционного Суда Российской Федерации не следует наличие каких-либо процессуальных нарушений при принятии Судом по интеллектуальным правам решения от 29.08.2019 по настоящему делу. Ссылаясь на положения статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также на данные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – Постановление № 52) разъяснения, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения
Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права. В свою очередь, процессуальные нормы, закрепленные в федеральных законах, регулируют порядок защиты прав и конкретизируют конституционные принципы. Часть 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации регулирует порядок обращения лиц в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. При этом судебной коллегией из изложенной нормы не усматривается наличие каких-либо положений, ограничивающих лицам доступ к правосудию. Суд кассационной инстанции, рассмотрев доводы, изложенные в Компаниях и Обществом в своих ходатайствах, приходит к выводу об отсутствии предусмотренных частью 3 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующим запросом. При этом Суд
сообщений о результатах рассмотрения этого ходатайства не поступило. В связи с чем, 29.07.2022 года ФИО2 в порядке ст. 124 УПК РФ подал в прокуратуру Чучковского района Рязанской области жалобу на действия сотрудников Шиловского МСО СК РФ по Рязанской области. 01.09.2022 года постановлением прокурора Чучковского района Рязанской области в удовлетворении данной жалобы отказано. Поскольку до настоящего времени его ходатайство об ознакомлении с материалом проверки КРСП № от 16.11.2020 г. не рассмотрено, что нарушает его конституционное, процессуальное право на ознакомление с материалами проверки по заявлению о преступлении и право обжалования постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, он обратился в суд с административным исковым заявлением за восстановлением и защитой нарушенного права. Просит признать действия (бездействие) Шиловского МСО СК РФ по Рязанской области по рассмотрению ходатайства его представителя ФИО2 об ознакомлении с материалами проверки КРСП № от 16.11.2020 г. незаконными; обязать Шиловский МСО СК РФ по Рязанской области ознакомить его и его
апелляционной инстанции У С Т А Н О В И Л: 1 марта 2022 года в Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края поступило ходатайство осужденного ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования. Изучив ходатайство, суд отказал в его принятии к рассмотрению. В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, не соглашаясь с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, а выводы несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Полагает, отказывая в принятии его ходатайства, суд существенно нарушил его конституционное, процессуальное право на реабилитацию. Просит постановление суда отменить, рассмотреть вопрос о признании за ним права на реабилитацию. Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции правильным. Согласно положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Постановление признается таковым, если оно постановлено с учетом требований уголовного и уголовно-процессуального закона и основано на правильном его применении. Данные требования закона судом первой инстанции выполнены
при принятии судом решения в порядке исполнения приговора, а также не могут быть предметом рассмотрения при проверке законности и обоснованности судебного решения в апелляционном порядке. Вместе с тем, указанные доводы осужденного могут быть предметом рассмотрения при проверке законности приговора, вступившего в законную силу. Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы о нарушении судом конституционных, процессуальных прав осужденного, затруднении его доступа к правосудию. Осужденный ФИО1 не лишен возможности реализовать свои конституционные, процессуальные права , в том числе по обжалованию приговора суда, доступ ФИО1 к правосудию не затруднен. Как видно из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено объективно, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Нарушений процессуальных прав осужденного судом не допущено. Оснований для вывода о том, что судом при рассмотрении данного ходатайства проявлена необъективность, предвзятость, обвинительный уклон либо о том, что не учтены доводы стороны защиты, суд апелляционной инстанции не
