нормами международного права, международными договорами Российской Федерации; прав и законных интересов неопределенного круга лиц или иных публичных интересов; единообразия в применении и (или) толковании судами норм права. Изучив изложенные в надзорной жалобе доводы и принятые по делу судебные акты, судья Верховного Суда Российской Федерации не находит таких оснований. Обращаясь с рассматриваемым иском в суд, ФИО7 указала на нарушение ее прав участника общества, вызванных отчуждением ФИО1 доли участия в данном обществе по договору купли-продажи в пользу третьих лиц , произведенным с нарушением пункта 2 статьи 21 Федерального закона Российской Федерации от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) и в обход порядка, установленного Уставом общества, предусматривающего продажу долей только при условии получения согласия остальных участников общества. Истец считает, что действия ФИО1 направлены на искусственное увеличение числа участников общества, что позволит ему совместно с ФИО3 и ФИО4, исходя из предусмотренных уставом особенностей голосования, установить корпоративный
Квартиры, в соответствии с пунктом 3 которого Квартира приобретена покупателем в пользу третьего лица - дочери ФИО1 Согласно пункту 4 договора кадастровая стоимость Квартиры составила 5 460 139 руб. 25 руб. Квартира отчуждена по цене 3 780 000 руб. (пункт 5 договора). В материалы обособленного спора приобщена справка нотариуса о том, что ФИО3 26.07.2019 на депозитный счет нотариуса внесены денежные средства в сумме 3 780 000 руб. в обеспечение обязательств по договору купли-продажи в пользу третьего лица Квартиры. Право собственности ФИО1 на Квартиру зарегистрировано 31.07.2019. Приказом Банка России от 13.12.2019 № ОД-2849 в связи с отзывом лицензии назначена временная администрация в Банке. Агентство, полагая, что договор купли-продажи от 26.07.2019 является сделкой с неравноценным встречным предоставлением, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суды пришли к выводу о том, что Банком осуществлено отчуждение имущества по спорному договору купли-продажи на невыгодных условиях, существенно отличающихся от рыночных. Изучив
отчуждение транспортного средства ФИО1 в пользу ФИО5 без согласия и уведомления залогового кредитора ФИО4, действие залога на транспортное средство не прекратилось (договор купли продажи самосвала заключен между ФИО1 и ФИО5 до вступления в силу Федерального закон от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации»). Из изложенного следует, что отчуждение должником имущества на основании договора купли-продажи в пользу третьего лица без согласия залогового кредитора не привело к утрате ФИО4 права на удовлетворение своих требований по заемным обязательствам ФИО1 за счет такого имущества, соответственно, реализация залогового имущества без согласия залогового кредитора, в отсутствие препятствий у кредитора поучить удовлетворение за счет предмета залога, не может само по себе свидетельствовать о наличии в действиях должника злоупотребления правом и, соответственно, не может являться достаточным основанием для неприменения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.
ответчик просит изменить решение суда первой инстанции, исключив из его мотивировочной части вывод о том, что договор перевода долга от 05.05.2004г. между СПК «Восход», ООО «Восход» и ФИО2 является незаключенным. Просит принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с тем, что договором перевода долга от 05.05.2004г. положения части 2 статьи 103 Закона о банкротстве не нарушались. Полагает, что суд правильно определил правовую природу оспариваемого договора как договор купли-продажи в пользу третьего лица . Считает, что условия о наименовании товара и количестве товара содержатся в договоре, следовательно, указанный договор нельзя считать незаключенным. Считает, что довод суда о том, что стороны не достигли соглашения об условиях зачета, противоречит положениям статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой зачет является односторонней сделкой. От истца и других ответчиков письменные отзывы на жалобу не поступили. В судебном заседании представитель истца просит решение суда оставить без изменения как
Е.В., при секретаре судебного заседания Самойловой И.И., с участием истцов ФИО1 и ФИО2, третьего лица ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о погашении регистрационной записи об ипотеке, установил: ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4 о прекращении ипотеки в силу закона и погашении регистрационной записи об ипотеке в силу закона на квартиру <адрес>, указав в обоснование иска, что ФИО1 по договору купли-продажи в пользу третьего лица от ДД.ММ.ГГГГ купила в собственность ФИО2 указанную квартиру за <...> тыс. руб. у ФИО5 и ФИО4 При этом стороны договорились о том, что стоимость квартиры будет оплачена покупателем в течение <...> месяцев равными частями по <...> тыс. руб. В связи с рассрочкой платежей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним была сделана запись регистрации ипотеки в силу закона. Обязательства по оплате стоимости квартиры по договору купли-продажи в
Дело № 2-1721/19 РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 18 марта 2019г. Санкт-Петербург Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи А.Н. Рябинина, при секретаре А.А. Новик, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договоров, возврате долей квартиры, УСТАНОВИЛ: ФИО1 обратился в суд с иском к Мастеровой (ранее Рымар) Н.Ю., указывая на то, что 24.01.2012г. между ним и ответчиком был заключен договор купли-продажи в пользу третьих лиц , а именно ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 следующего недвижимого имущества: 4/3948 долей квартиры (по 1/3948 каждому) по адресу: <адрес> По п. 5 указанного договора ответчик должна была произвести оплату в размере 196000 руб. По мимо этого, согласно п. 7, ответчик также была обязана обеспечивать компенсацию ФИО1 расходов на содержание квартиры за третьих лиц и их членов семей, зарегистрированных по месту жительства и по месту пребывания в квартире, из расчета 250 руб. с
квартиру <адрес>, 15/172 долей в праве общей долевой собственности принадлежит Б.Л. Также собственником 15/172 долей в праве собственности являлся К.О., который на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ произвел отчуждение принадлежащей ему доли в пользу Н.А. Впоследствии, Н.А., после получения права собственности на 15/172 долей в праве собственности, что эквивалентно 75/860 долям в праве собственности, заключил договор дарения 1/860 доли в праве собственности в пользу Р.Н. Также ДД.ММ.ГГГГ Н.А. заключил с Р.Н. договор купли-продажи в пользу третьего лица , по условиям которого Р.Н. приобрела в пользу А.И. 74/860 доли в праве собственности на квартиру. После заключения указанной сделки участниками долевой собственности (помимо истцов и третьего лица) стали Р.Н. (1/860 доля в праве собственности) и А.И. (74/860 долей в праве собственности), которые в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (принятие судом обеспечительных мер) заключили ряд договоров купли-продажи в пользу третьих лиц, по условиям которых А.И. являлся продавцом, Р.Н. являлась покупателем, а иные
