документа – акта получения денежных средств от 20.04.2018 (приобщена к материалам дела в качестве приложения к протоколу судебного заседания от 30.10.2023). При проверке заявления ПАО «Т плюс» о фальсификации доказательств на вопрос суда по поводу цели ламинирования документов представитель ООО «Олимп» пояснил, что это нужно было для обеспечения сохранности документов и документ был заламинирован после вынесения решения Октябрьским районным судом г. Ижевска от 20.09.2021 по делу № 2-4050/2021. Представитель Кутявина А.М. также пояснил, что ламинирование документов нужно было для сохранности документов, при этом не дал суду пояснений о том, когда документы были заламинированы. Арбитражный суд обратил внимание на то обстоятельство, что в акте получения денежных средств от 20.04.2018 указано, что денежные средства получает ФИО7, при том, что директором ООО «Бриз» ФИО7 стал только 27.04.2018, соответственно, полномочий действовать от имени юридического лица, в т.ч. полномочий на получение имущества (денежных средств) в интересах должника не имел. Не представлено таких доказательств и суду
правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что ответчик употребил свое право исключительно во зло другому лицу. Однако материалы дела не свидетельствуют о совершении истцом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. При недоказанности представления истцом заведомо фальсифицированных документов с целью причинить вред ответчику само по себе ламинирование документов (соглашение от 01.07.2007 к договору, акт приема-передачи к соглашению) не является несомненным основанием для вывода о злоупотреблении истцом своим правом и отказа в удовлетворении исковых требований. При изложенных данных решение арбитражного суда по делу принято при неправильном применении нормы процессуального права, что привело к принятию неправильного решения и подлежит отмене на основании пункта 4 части 1, части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса
Центр независимой экспертизы «Аспект» от 04.03.2021 № 3154, ФБУ Забайкальская ЛСЭ Минюста России № 234/1-27 от 09.03.2021 пришел к выводу о том, что действующие методики по определению давности изготовления ламинированных документов отсутствуют. Проанализировав данные обстоятельства, суд расценил представление указанных квитанций в ламинированном виде как воспрепятствование установлению обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения предъявленного требования, признал такие действия ответчика направленными на приведение доказательств в такое состояние, которое может создать препятствия определению давности их изготовления ( ламинирование документов ). При этом, апелляционным судом из анализа выписки по расчетному счету ООО «ТСК» № 40702810500060000528 за период с 20.10.2016 по 04.03.2020, открытого в ПАО «Дальневосточный банк» факт внесения денежных средств в кассу общества на указанный счет в размере 5 629 000 руб. в период с 01.10.2017 по 31.12.2017 не установлен. На указанный счет должника 20.12.2017 и 09.04.2018 произведено зачисление денежных средств в размере 3 000 руб. и 7 434 руб., в связи с чем
и пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявителем злонамеренно совершались действия, направленные на приведение доказательств в такое состояние, которое может создать препятствия определению давности их изготовления ( ламинирование документов ), с целью повышения сложности установления обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения предъявленного требования, что в конечном итоге привело к затягиванию судебного процесса. Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что исследованные в совокупности по делу доказательства не подтверждают наличие между сторонами обязательственных правоотношений, ввиду чего, в отсутствие доказательств реальности совершения сделки, заявитель не вправе требовать от должника возврата денежной суммы в особом порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. Кроме того конкурсным управляющим
о злоупотреблении ФИО1 своими правами. Наличие договорных отношений по уступке права между ООО «Промышленные инвестиции» и ФИО5 не подтверждено иными доказательствами, в частности, отсутствуют документы о поступлении оплаты уступленного права в сумме в ООО «Промышленные инвестиции», данная сумма не нашла отражения в бухгалтерском балансе общества за указанный период, не значится и в дебиторской задолженности. Отсутствовало уведомление ООО «Гексада» о произведенной уступке. ФИО1, преследуя незаконную цель взыскания несуществующей задолженности, действуя незаконными средствами (фальсификация и последующее ламинирование документов с целью исключить возможность их экспертного исследования) нарушает права и законные интересы ООО «Гексада». Договор уступки права от 26.07.2011 между ФИО5 и ФИО7, как основанный на ничтожной сделке - договоре уступки от 03.12.2008, в силу ст. 167 ГК также является недействительным. Кроме того, в связи с неплатежеспособностью ФИО1, установленной судебным приставом-исполнителем по исполнительному производству, он не имел возможности оплатить ФИО5 согласно договору уступки . В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель на первоначальном
не соответствуют обстоятельствам дела, допущены нарушения норм процессуального права, которые повлекли принятие неправильного решения. Полагает необоснованным вывод суда, что факт передачи денежных средств не подтвержден, а признание ФИО5 заявленных им исковых требований не может служить достаточным доказательством возникновения денежных обязательств между сторонами. В качестве доказательств наличия заемных отношений между ним и ФИО1 в суд первой инстанции были представлены расписки, которые были заламинированы с целью их сохранности. Полагает, что законодательство РФ не содержит запрета на ламинирование документов , следовательно, у суда не имелось оснований сомневаться в их подлинности. В ходе судебного разбирательства была установлена нецелесообразность проведения экспертизы относительно подлинности представленных расписок ввиду отсутствия технической возможности у экспертных учреждений проверки заламинированных документов. Между тем, своими действиями по погашению задолженности по займам ФИО5 подтвердила факт их заключения, в ходе судебного разбирательства в письменном виде подтвердила обстоятельства их заключения и признала заявленные ФИО6 исковые требования. При этом, отклоняя признание иска ответчиком, суд первой инстанции
при этом. Ему судебное решение по данному делу необходимо для того, что бы впоследствии обратиться с регрессным иском к ФИО5 Представитель третьего лица ФИО8 – ФИО3 просила в удовлетворении исковых требований отказать по следующим основаниям: ФИО8 заявлено о подложности договора займа от 15.05.2009г. и расписки от ДД.ММ.ГГГГ о передаче истцом ответчику <данные изъяты> Установить подлинность указанных документов путем проведения экспертизы невозможно из-за ламинирования договора займа и расписки. Ламинированные документы не являются надлежащими доказательствами, поскольку ламинирование документов исключает не только возможность проверки давности изготовления документов, но и саму возможность проверки судом того факта, что представленные документы являются оригиналами, а не цветными копиями. Совершая действия по ламинированию документов, истец должен быть осознавать последствия совершенных действий, направленных на приведение доказательств в такое состояние, которое может создать препятствия определению давности их изготовления, т.е. злоупотребил свои правом. В связи с чем согласно ч.3 ст. 79 ГПК РФ факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, считается
