Лицензия на монтаж охранной сигнализации - гражданское законодательство и судебные прецеденты

1.3.2 договора). На основании вышеуказанного договора, охранное предприятие приняло на себя обязательства по проведению ремонтных и регламентных работ по техническому обслуживанию комплекса (пункты 2.1.7). Факт оказания охранным предприятием Банку услуг по техническому обслуживанию установленных на объекте заказчика средств пожарной сигнализации подтверждается актами от 12.04.2013, от 10.09.2013 . Однако лицензия на осуществление деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений у охранного предприятия отсутствует. Довод охранного предприятия, поддержанный судом первой инстанции, о том, что имеющаяся у него лицензия на осуществление частной охранной деятельности позволяет в целях охраны осуществлять работы по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию охранно-пожарной сигнализации , признается апелляционной инстанцией неправомерным по следующим основаниям. В соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" (в ред. Федерального закона от 22.12.2008 N 272-ФЗ, действующей с 01.01.2010) в целях охраны разрешается

охранную деятельность не осуществляет (лицензию на осуществление частной охранной деятельности не имеет). Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ООО «ПСК «Ирбис» имеет лицензию от 07.11.2018 № Л014-00101-18/00117665, выданную Главным управлением Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Удмуртской Республике на осуществление деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений. В ходе осуществления мониторинга государственных закупок на федеральном информационном ресурсе zakupki.gov.ru Управлением установлено, что ООО «ПСК «Ирбис» является исполнителем следующих государственных контрактов: от 06.09.2021 № 0813500000121010274 на поставку турникета (система контроля учета доступа); от 23.06.2021 № 218310397782100002300001 на осуществление электромонтажных работ; от 26.05.2022 № 21835029481220000600001 на выполнение работ по монтажу и наладке охранной сигнализации ; от 04.02.2022 № 17708044880220000820001 на оказание услуг по текущему обслуживанию систем автоматической охранно-пожарной сигнализации и системы оповещения и эвакуации при пожаре; от 01.01.2022 № 255ТО на

от 23.06.2011 № 498. Апеллянт отмечает, что наличие двух лицензий у общества не противоречит требованиям действующего законодательства и лицензионным требованиям, поскольку осуществление деятельности по охране объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охранно-пожарной сигнализации, отнесенное пунктом 3 части 2 статьи 3 Закона№ 2487-1 и Постановлением Правительства РФ от 23.06.2011 № 498 «О некоторых вопросах осуществления частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» к охранным услугам, подлежащим лицензированию, также подлежит лицензированию на основании части 1 статьи 24.1 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», и осуществление такой деятельности возможно только при наличии двух лицензий, выданных двумя лицензирующими органами – Управлением Росгвардии и МЧС России. Вопреки выводам суда, представленные в материалы дела договоры, которые по мнению суда подтверждают факт осуществления заявителем работ по монтажу и пуско-наладке системы автоматической пожарной сигнализации , не подтверждают факт несоответствия лицензиата установленным требованиям, поскольку

указанным фирменным наименованием, в связи с чем исключительное право на соответствующее фирменное наименование раньше возникло у истца. Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности ведения обществом «АРГУС» вышеуказанных видов деятельности, что подтверждается представленными в материалы дела лицензией на осуществление частной охранной деятельности, договорами оказания охранных услуг, актами от 30.11.2021 № 312, от 31.12.2021 № 667, от 30.09.2021 № 498, от 30.11.2021 № 646, от 31.10.2021 № 591, от 31.07.2021 № 438, от 30.11.2021 № 663, от 31.10.2021 № 594, от 31.08.2021 № 480, договором на оказание услуг мониторинга объекта, оснащенного охранной сигнализацией от 09.03.2022 № 2-М/Яр, актом от 31.01.2022 № 207, договором на выполнение работ по монтажу системы охранной и пожарной сигнализаций от 17.01.2022 № 1-М, актом от 31.01.2022, договором аренды нежилого помещения для использования в качестве комнаты для хранения оружия от 31.12.2021, актом приема-передачи от 10.01.2022. Проведя сравнение фирменных наименований истца и ответчика, суд первой инстанции пришел к

либо устных полномочий действовать от его имени, ФИО2 не давал. Также указывает, что принимать какие – либо объекты на централизованный пульт пожарной сигнализации ФИО8 не мог, в виду отсутствия соответствующей лицензии. Кроме того, данная лицензия выдается только специализированным организациям, обладающим статусом юридического лица, каковым он не является. В силу норм ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, судом принято решение о рассмотрении дела в отсутствие истца и третьего лица. Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, обозрев копии материалов об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, приходит к следующим выводам. Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком достигнуто устное соглашение о том, что ответчиком будет выполнен монтаж пожарной, охранной сигнализации и системы видеонаблюдения с предоставлением всей необходимой документации. В счет будущих работ, ответчиком от истца получены следующие денежные средства: ДД.ММ.ГГГГ – 12500 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – 20 000 рублей и 10 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ –

или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается записью в реестре лицензий, следовательно получение лицензии является правом, а не обязанностью. При этом выполнение работ без лицензии с соответствующим перечнем работ и услуг подлежит административной ответственности в порядке ст. 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. С учетом вышеизложенного считают, что лицензия Росгвардии не может заменять необходимость лицензии МЧС России при монтаже, техническом обслуживании охранно-пожарной сигнализации. Лицензия Росгвардии дает выполнения работ только в части технических средств охранной сигнализации , а для монтажа, технического обслуживания средств пожарной сигнализации необходима лицензия МЧС России. Ранее ходе судебного разбирательства представители заинтересованного лица пояснили, что при установлении охранными организациями пожарных сигнализаций, сотрудниками МЧС России проверяется выполненные данных работ и срабатывание сигнализации при пожаре. При отсутствии у охранной организации лицензии, последние привлекаются к административной ответственность по ст. 14.1 КоАП РФ. В судебном заседании представитель административного истца настаивала на

у КББ лицензии на проведении работ по монтажу и демонтажу пожарно-охранной сигнализации, документов из ИНФС России <адрес> о результатах налоговой проверки деятельности ООО <адрес> в связи с субподрядными отношениями с ООО <адрес> Суд отказал в удовлетворении ходатайства, что является правом суда, указав в протоколе судебного заседания, что свидетель ВИВ была допрошена в судебном заседании, а результаты налоговой проверки, равно как и сведения о наличии либо отсутствии у КББ (умершего ДД.ММ.ГГГГ г.) лицензии на проведение монтажа (демонтажа) пожарно-охранной сигнализации , не влияют на факт выполнения работ (т.9 л.д.258 оборот). Указание на то, что заявленное государственным обвинителем ходатайство «не может повлиять на установленный судом факт о наличии субподрядных отношений ООО <адрес> и ООО <адрес> как это дословно отражено в апелляционном представлении (т.9 л.д.309), в протоколе судебного заседания отсутствует. Таким образом, доводы стороны обвинения о нарушении судом положений ст. 298 УПК РФ, не соответствуют материалам дела и являются надуманными. Доводы апелляционного представления