денежных средств на счете в банке. Отклоняя доводы финансового управляющего о том, что в отношении должника имеются приговоры судов общей юрисдикции о взыскании в пользу кредиторов ущерба в значительном размере, суды сослались на вступление этих судебных актов в законную силу после совершения сделок. Суды также приняли во внимание результат рассмотрения судом общей юрисдикции заявления кредитора должника о признании части спорных сделок недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, установившего отсутствие признаков мнимости договоров дарения , но совершение сделок с целью обеспечения несовершеннолетних детей жильем в связи с ухудшившимся здоровье должника. Не соглашаясь с выводами судов, в кассационных жалобах банк и финансовый управляющий должником, ссылаясь на содержащиеся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» разъяснения, указывают на ошибочность вывода судов о том, что момент возникновения денежного обязательства по возмещению вреда связан
просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Судами установлено, что между должником (дарителем) и ФИО1 (одаряемой) заключен договор дарения. При этом взамен приобретенного имущества ФИО1 передала должнику денежные средства, что подтверждается распиской. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исходили из мнимости договора дарения , недобросовестного поведения сторон сделки, а также непредставления доказательств наличия у ФИО1 финансовой возможности для уплаты денежных средств. Оснований для применения исковой давности судами не установлено. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по обособленному спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по
по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. В обоснование требований податель жалобы указывает, что на момент совершения сделки должник имел неисполненные обязательства перед Банком, поскольку, по мнению заявителя, обязательства но возврату полученных денежных средств возникает с момента выдачи кредита и срок наступления исполнения обязательств по кредитному договору не имеет правового значения; сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, путем уменьшения активов должника и его конкурсной массы. Также Банк ссылается на мнимость договора дарения и аффилированность сторон сделки. В суд от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражает против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов, несоответствие фактическим обстоятельствам дела. В суд 07.11.2021 от финансового управляющего поступили пояснения по апелляционной жалобе, в которых он поддерживает изложенные в ней доводы. В настоящем судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить. Представитель должника поддержал доводы, изложенные в
должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. В данном случае дело о банкротстве ФИО3 возбуждено 28.01.2020, следовательно, оспариваемые договоры купли-продажи от 01.06.2018 и 08.06.2018 подпадают под действие пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, тогда как договор дарения от 12.11.2015 заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, в связи с чем, как правильно указал суд первой инстанции, он может быть оспорен по общим нормам Гражданского кодекса Российской Федерации. Финансовый управляющий ссылался на мнимость договора дарения и совершение сделки при злоупотреблении ее сторонами правом в ущерб интересам Банка. Как следует из представленных в материалы дела документов, оспариваемый договор дарения был заключен с заинтересованным по отношению к должнику лицом (статья 19 Закона о банкротстве), поскольку ФИО1 приходится должнику сыном. Между тем дарение имущества родственнику не запрещено гражданским законодательством и не свидетельствует о мнимости данной сделки. В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой, является сделка, совершенная лишь
и подтверждения ответчиком фактического пользования спорным имуществом. Признаков злоупотребления правом при заключении и исполнении спорного договора судом также не установлено. Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, а именно отчуждение должником всего имеющегося у него имущества в период рассмотрения спора о привлечении его к субсидиарной ответственности, при осознании того, что он будет привлечен к ответственности, когда иным участникам обладание данной информацией было недоступно до рассмотрения указанного спора по существу, мнимость договора дарения , действительной целью которого был вывод имущества посредством смены титульного собственника, направленный на недопущение возможности обращения взыскания на имущество, что в свою очередь свидетельствует о наличии у рассматриваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, учитывая, что данная сделка обладает признаками злоупотребления правом, а действия сторон сделки направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов и причинение им имущественного вреда, в результате совершения сделки кредиторы лишились возможности удовлетворения своих требований за счет
акционерным обществом «Пробизнесбанк» в размере 2 019 627 руб. 09 коп. из кредитного договора от 21.11.2014. Оспаривая Договор дарения и Договор купли-продажи, заявитель ссылался на то, что отчуждение имущества имело место при заведомой невозможности супругами С-выми исполнить принятые на себя обязательства перед кредиторами. Заявитель полагал, что сделки подлежат признанию недействительными по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как совершенные при наличии признаков злоупотребления правом, также ссылался на мнимость Договора дарения и его ничтожность по основаниям пункта статьи 170 ГК РФ. Недобросовестность ФИО9, по мнению заявителя, заключается в том, что имущество приобретено по заниженной цене. Возражая относительно заявленных требований, ФИО9 ссылался на то, что спорная сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). ФИО9 отрицал возможность его осведомленности о финансовых сложностях ФИО4, отмечая отсутствие с должником аффилированности
правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него акты недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ, видно, что после займа у него денег (договор займа от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ) ФИО2 приобретает жилой <адрес>, по переулку Арсенальному, города Калининграда, регистрирует право собственности ДД.ММ.ГГГГ, и не прожив в нем и двух месяцев, не имея другого жилья в собственности, по договору дарения передает своей матери ФИО3, которая ДД.ММ.ГГГГ регистрирует право собственности на указанный жилой дом. Таким образом, видна мнимость договора дарения . Мнимость договора дарения заключается в том, что даритель безвозмездно передает в собственность имущество, не получая при этом за свое имущество денежных средств, и, зная о том, что он является должником с умыслом отчуждает свое имущество, что бы не отдавать денежные средства, и не возможно было обратить взыскание на имущество принадлежащего ФИО2, т.к. пунктом 7.2. договоров займа, ФИО2 несет ответственность перед кредитором всем принадлежащим имуществом. Решением Балтийского городского суда Калининградской области от ДД.ММ.ГГГГ
значимых обстоятельствах имеет место факт недобросовестного поведения со стороны ФИО4: а именно намеренное неисполнение должником вступившего в законную силу решения суда в условиях сознательного дарения им автомобиля в пользу своей дочери, осуществленное незамедлительно после вступления решения суда в законную силу. Действия Должника направлены исключительно на отрицание законной силы решения суда и имеет целью невозможность его исполнения и восстановления нарушенных прав и законных интересов Истца (Взыскателя), восстановленных этим судебным решением, что явно указывает на мнимость Договора дарения автомобиля (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Кроме того, в пользу довода о мнимости указанной сделки свидетельствуют следующие обстоятельства: Автомобиль с момента заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ находился во владении (пользовании) Дарителя (ФИО4), что подтверждается актом ареста (описи) имущества должника от ДД.ММ.ГГГГ. Одаряемый ФИО2 не произвела действий по постановке предмета дарения на учет в РЭГ ОГИБДД В иске истец просит признать договор дарения автомобиля № идентификационный номер № года выпуска, модель двигателя 21214,
ГК РФ, данная сделка является мнимой, так как совершена с целью ответчицей ФИО2 скрыть свое имущество от взыскания в пользу истца долга в размере 12700387 рублей, взысканного с ответчицы на основании решения суда. Истец в суд явился, на удовлетворении исковых требований настаивал. Ответчица ФИО2 в суд не явилась, доверила представлять свои интересы представителю по доверенности, который в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, указав, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих мнимость договора дарения , так как ответчица ФИО3 как одаряемый приняла в дар указанное имущество, оформив право собственности в установленном законом порядке на дом и земельный участок. Ответчица ФИО3 в суд не явилась, доверила представлять свои интересы в суде представителю по доверенности, который в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, поддержал позицию представителя ответчика ФИО2 Суд, заслушав объяснения истца, представителя ответчицы ФИО2, представителя ответчицы ФИО3, исследовав материалы дела, находит иск не подлежащим удовлетворению
