КГКУ «УКС», заказчик), акционерному обществу «Производственное объединение «Уральский оптико-механический завод» имени Э.С. Яламова» (далее – АО «ПО «УОМЗ», общество, победитель аукциона): - о признании незаконными решения и предписания антимонопольного органа от 04.12.2019 по делу № 19/44/105/3262 о нарушении законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, - о признании недействительными электронного аукциона № ЭА 49327/19 (номер извещения 0119200000119010380), государственного контракта от 31.12.2019 № 499-01.1-19/01192000001190103800002 на выполнение комплекса строительно-монтажных и пусконаладочных работ с приобретением монтируемого оборудования , заключенного заказчиком с победителем аукциона, о применении последствий недействительности сделки в виде прекращения действия указанного государственного контракта, установила: решением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2020, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 и Арбитражного суда Московского округа от 01.02.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе агентство ставит вопрос об отмене принятых по делу судебных актов, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права. Согласно пункту 1 части
а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела. При изучении доводов кассационной жалобы и принятых по делу судебных актов не установлено оснований, по которым жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Как следует из судебных актов, 19.10.2018 ГКУ «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» (государственный заказчик) и ООО «Эксперт Энерго» (подрядчик) заключили государственный контракт на выполнение строительно-монтажных работ с поставкой монтируемого оборудования и пусконаладочных работ на объекте «Реконструкция центрального теплового пункта – 39 с установкой блочно-модульной котельной» по указанному в контракте адресу. В процессе производства строительно-монтажных работ на объекте подрядчик направлял в адрес государственного заказчика уведомления об обстоятельствах, препятствующих выполнению строительно-монтажных работ, необходимости внесения изменений в проектно-сметную и рабочую документацию с учетом результатов входного контроля проектной и рабочей документации, о приостановке выполнения строительно-монтажных работ на объекте на период проведения мероприятий по корректировке документации. Уведомлением от 10.12.2019
Вывод о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленного обществом требования суды основывали со ссылкой на положения статьи 19 Закона о рекламе, из содержания которой сделали вывод, что транслирующее рекламу звукотехническое оборудование общества не подпадает под запрет, установленный частью 3.2 данной статьи. Суды отметили, что законодательно установлен запрет на распространение звуковой рекламы с использованием звукотехнического оборудования, монтируемого и располагаемого на внешних стенах, крышах и иных конструктивных элементах зданий, строений, сооружений. В рассматриваемом же случае нарушение зафиксировано антимонопольным органом как использование светодиодного экрана, при котором передача звука транслируемой на экране рекламы производилась посредством иного звукотехнического оборудования – колонок, подключенных к компьютеру и размещенных не стационарно возле входа в здание кинотеатра. В этой связи судами трех инстанций признано отсутствие оснований для вывода о нарушении обществом законодательства о рекламе и вынесении антимонопольным органом оспариваемых актов. Не согласившись с названными судебными актами, управление обратилось в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
нарушения законодательства о рекламе. Не согласившись с вынесенными антимонопольным органом ненормативными актами, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующими требованиями. Основанием для удовлетворения заявления общества и признания недействительными решения и предписания антимонопольного органа послужил вывод судов о том, что положения статьи 19 Закона о рекламе устанавливают запрет на трансляцию звуковой рекламы с использованием звукотехнического оборудования, монтируемого и располагаемого на внешних стенах, крышах и иных конструктивных элементах зданий, строений, сооружений. В рассматриваемом же случае по решению антимонопольного органа нарушением признано использование светодиодного экрана, при котором передача звука транслируемой на экране рекламы производилась посредством иного звукотехнического оборудования – колонок, подключенных к компьютеру и размещенных нестационарно возле входа в здание кинотеатра. В этой связи судами трех инстанций признано отсутствие оснований для вывода о нарушении обществом законодательства о рекламе и вынесении антимонопольным органом оспариваемых актов. По мнению Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации судами при рассмотрении дела не было учтено следующее. Согласно статье 3
соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы. Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. Как следует из материалов дела и установлено судами, 24.11.2015 между Комитетом (заказчик) и Обществом (подрядчик) заключен государственный контракт № 99/ЗП-15 на выполнение работ по завершению реконструкции зданий лит. А, Б с пристройкой бассейна для размещения детского общеобразовательного учреждения по адресу: ФИО7 пр., д. 14-16, лит. А (115 мест) (инженерные сети, чистовая отделка, монтируемое оборудование ) (далее – Контракт), по условиям которого подрядчик обязался в установленный Контрактом срок по заданию заказчика выполнить работы по завершению реконструкции объекта в соответствии с технической документацией, а заказчик обязался принять результат выполненных работ и обеспечить их оплату в пределах контрактной цены. Из материалов дела усматривается, что приложение № 1.1 к Контракту – «Расчет начальной максимальной цены Контракта» является неотъемлемой частью Контракта. Частью приложения № 1.1 является «Расчет стоимости на выполнение работ по завершению
в пункте 2.2 дополнительного соглашения (не позднее 31.12.2018). В решении от 26.07.2018 Учреждение, указав, что подрядчик до 15.10.2017 не выполнил работы по устройству монолитного каркаса здания, стен из кирпича, кровли и ограждения, до 31.10.2017 – устройству вентилируемых фасадов, монтажу окон и дверей, к 01.07.2018 не завершил работы по этапу «Наружные инженерные сети», по состоянию на 26.07.2018 не приступил к выполнению работ по этапам «Монтаж внутренних инженерных сетей и систем», «Отделочные работы», «Благоустройство территории», « Монтируемое оборудование », посчитав, что строительство объекта до 10.12.2018 не будет завершено, в одностороннем порядке отказался от исполнения Контракта. Учреждение начислило неустойку за нарушение промежуточных сроков выполнения и штраф за непредоставление надлежащего обеспечения обязательств по Контракту и в претензиях от 30.11.2017, от 23.05.2018 потребовало уплатить их. Неисполнение Обществом указанных требования в добровольном порядке послужило поводом для обращения Учреждения в арбитражный суд с иском. Требование разрешено в рамках дела № А56-164106/2018, в иске отказано. При рассмотрении указанного
от исполнения контракта в связи с нарушением подрядчиком установленных контрактом сроков выполнения работ, указав, что подрядчик до 15.10.2017г. не выполнил работы по устройству монолитного каркаса здания, стен из кирпича, кровли и ограждения, до 31.10.2017г. по устройству вентилируемых фасадов, монтажу окон и дверей, к 01.07.2018г. не завершил работы по этапу «Наружные инженерные сети», по состоянию на 26.07.2018г. не приступил к выполнению работ по этапам «Монтаж внутренних инженерных сетей и систем», «Отделочные работы», «Благоустройство территории», « Монтируемое оборудование », что исключает завершение строительства объекта в установленный контрактом срок до 10.12.2018г. Ответственность сторон определена в раздел 5 контракта. Начислив подрядчику неустойку за нарушение промежуточных сроков выполнения работ, а также штраф за не предоставление надлежащего обеспечения обязательств по контракту, заказчик направил в адрес подрядчика претензии от 30.11.2017г., от 23.05.2018г. с требованием оплатить неустойку и штраф, оставление которых без удовлетворения явилось основанием для обращения заказчика в арбитражный суд с ответствующим требованием, которое разрешено в рамках
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке. Как следует из материалов дела, Комитет (заказчик) и Общество (подрядчик) заключили государственный контракт от 24.11.2015 № 99/ЗП-15 на выполнение работ по завершению реконструкции зданий лит.А, Б с пристройкой бассейна для размещения ДОУ по адресу: ФИО4 пр., д. 14-16, лит. А (115 мест) (инженерные сети, чистовая отделка, монтируемое оборудование ) (далее – контракт), согласно которому подрядчик обязался в установленный контрактом срок по заданию заказчика выполнить работы по завершению реконструкции объекта в соответствии с технической документацией, а заказчик обязался принять результат выполненных работ и обеспечить их оплату в пределах контрактной цены. Приложение № 1.1 к контракту – «Расчет начальной максимальной цены Контракта» является неотъемлемой частью контракта. Частью приложения № 1.1 является «Расчет стоимости на выполнение работ по завершению реконструкции зданий лит. А, Б с
отсутствует состав административного правонарушения, поскольку она не является должностным лицом, ответственным за выполнение обязательных требований национальных стандартов при эксплуатации оборудования детских игровых площадок, ООО «<Б.>» к административной ответственности не привлекалось, являясь директором ООО «<Б.>», она не могла обязать своих работников содержать чужое имущество; должностными лицами не установлено, кому принадлежит земельный участок, на котором расположена детская площадка, на основании какого решения она оборудована, имелись ли на дату ее постройки соответствующие сертификаты и другие документы на монтируемое оборудование , в каком реестре учтена детская площадка – органа местного самоуправления и многоквартирного дома. Решением судьи Бийского городского суда от 01 февраля 2016 года постановление должностного лица оставлено без изменения, жалоба ФИО1 – без удовлетворения. В жалобе, поданной в Алтайский краевой суд, ФИО1 просит отменить постановление должностного лица и решение судьи, прекратить производство по делу. Ссылается на то, что осмотр детской площадки был проведен помощником прокурора г. <...> в составе комиссии без уведомления ООО
не должны включаться требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования влекут за собой ограничение количества участников закупки. Как усматривается из материалов дела, заказчиком в лице ( / / ) ФИО1 09 июля 2014 года был проведен электронный аукцион на право проектирования и строительства ( / / ) начальной ценой ( / / ) рублей. Кроме того, в рамках данного аукциона наряду с основными используемыми материалами подрядчик был обязан поставить не монтируемое оборудование : экипировку для подготовленных лыжников, экипировку для проката и массового катания, технические средства. Аукционная документация, утвержденная ФИО1, свидетельствует о том, что в один заказ им было объединено несколько видов работ: работы по разработке проектной документации, в том числе инженерно-геологические, инженерно-геодезические исследования, работы по строительству, работы по оснащению здания не монтируемым оборудованием, осуществляемые на различных функционирующих рынках. Таким образом, утвердив такую аукционную документацию, ФИО1 ограничил количество потенциальных участников закупки, исключив возможность участия в аукционе участников,
