истцу не отвечает, мер для осмотра ТС по месту его нахождения не предпринимает. Доводы ответчика в отзыве на исковое заявление о том, что 27-го мая 2016г. представитель страховщика вышел на осмотр ТС по адресу: <...> – однако автомобиль там отсутствовал, отклоняются, как не доказанные. Проанализировав представленные ответчиком документы (акт осмотра, подписанный лишь со стороны страховщика, фотографии), суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что они не подтверждают факт отсутствия автомобиля в автосервисе, так как на фотографиях изображены здание автосервиса снаружи, закрытая входная дверь. При этом из акта и фотографий невозможно установить, заходил ли эксперт в автосервис. Таким образом, выводы суда первой инстанции о принятии ответчиком необходимых мер для организации осмотра поврежденного ТС, противоречат имеющимся в деле доказательствам. Письмо от 22.12.2016 (ответ на претензию истца от 19.12.2016) направлено ответчиком истцу с пропуском как 15-дневного срока, установленного пунктом 11.2 Правил, так и любых иных разумных сроков, которые могут быть установлены для ответа
за судом первой инстанции не может принять никакие из фотографий в качестве допустимых доказательств. Даты фотографий проставлены на них самих. Но вместе с тем фотографии не имеют привязки к месту фотографирования – соответственно, апелляционный суд не может сделать вывод о том, какое кладбище, какой проход на них изображены. Учитывая, что и планы-задания, и указания общества о проведении работ связаны с конкретными местами на кладбищах, а не со всей их территорией, определить, действительно ли на фотографиях изображены те места, о ненадлежащей очистке которых идет речь, не возможно. Тоже самое касается доводов о том, что фотоотчет о выполнении работ ежедневно направлялся в рабочую группу WhatsApp: «Содержание кладбищ». Исходя из содержания данной рабочей группы, в ней идет переписка о текущих действиях, претензиях, необходимости явки и т.д., однако конкретных объективных обстоятельств – где и какие недостатки зафиксированы, кто конкретно их фиксирует и передает в группу, в связи с неисполнением какого плана-задания они вынесены,
и ФИО4 ранее состояли в дружеских отношениях. С целью поддержки ФИО4 в ее работе по пошиву детской одежды, ФИО6 были выполнены спорные фотографии и переданы ФИО4 для размещения на страницах в социальных сетях. В последствии отношения между истцом и ответчиком испортились и ФИО3 направила в адрес ФИО4 требования об удавлении со страниц в социальных сетях спорных фотографий. Таким образом, материалами дела подтверждено, что автором спорных фотографических изображений является ФИО3 (ответчик по настоящему делу), на фотографиях изображены модели (девочки) одетые в платья, изготовленные ФИО4 (истцом по настоящему делу). Фотографии изготавливались по обоюдному согласия как истца так и ответчика. Спорные фотографии, автором которых является ответчик, размещены на страницах ответчика в социальных сетях, в качестве образцов в целях рекламы деятельности по съемке на камеру. Протоколами осмотра доказательств также подтверждено, что около каждой фотографии имеется ссылка на бренд истца, а также на социальные сети истца, рекомендации по покупке платье в истца, виды ткани
печати. Доказательств того, что товар передан истцу ранее выставленного счета, а оплата прошла по факту выполненных работ, в материалы дела не представлено. Апелляционный суд исходит из того, что при указанных обстоятельствах невозможно прийти к выводу о том, что факт оплаты счета подтверждает принятие товара. Представленный ответчиком акт сверки подписан только со стороны ответчика, поэтому не может подтверждать факт поставки. Представленные ответчиком документы не могут быть расценены в качестве относимых к делу доказательств – на фотографиях изображены разные детали компьютера в сборе, однако определить кем и когда делались фотографии, какой компьютер на них изображен, невозможно. Довод ответчика о том, что сфотографированы комплектующие части после их установки в компьютер истца, ничем не подтверждается. Каких либо индивидуализирующих признаков компьютера, позволяющих установить, что он принадлежит именно истцу, нет. Другие документы, представленные ответчиком, содержат указания на поставку ответчику разных комплектующих компьютерных деталей, предоставление на них гарантий и в целом свидетельствуют о том, что ответчик
статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации. Доводы административного ответчика о наличии в Актах обследования помещений от 2 апреля 2021 года фотоматериалов, подтверждающих использование помещений в здании в качестве торговых объектов, офисов, объектов бытового обслуживания опровергаются указанными Актами. В Акте обследования помещений от 2 апреля 2021 года в отношении помещения с кадастровым номером (т.1 л.д.140-155) сделан вывод, что данное помещение площадью 673,7 кв. м полностью используется в качестве объекта бытового обслуживания. Вместе с тем на фотографиях изображены внешний вид здания с указателями «Сервис 1», «Сервис 2», а также подпомещения № 20 - № 28, в отношении которых в пояснениях к фотографиям указано, что это подпомещения № 20 и № 27 цеха автосервиса, подпомещения № 21, № 22, № 23 – подсобные помещения для хранения инструментов, подпомещения № 24 и № 25 места общего пользования – коридоры, подпомещение №26 кабинет сотрудников, подпомещение № 28 котельная. В акте имеются фотографии табличек «цех
