Налоговый орган должен доказать умысел - гражданское законодательство и судебные прецеденты

этого преступления предполагает наличие в действиях виновного лица именно умысла (часть вторая статьи 25 УК Российской Федерации), который в данном случае направлен непосредственно на уклонение от уплаты налога. Следовательно, применительно к преступлению, предусмотренному статьей 199 УК Российской Федерации, составообразующим может признаваться только такое деяние, которое совершается с умыслом и направлено на избежание уплаты налога в нарушение установленных налоговым законодательством правил. Это обязывает органы, осуществляющие уголовное преследование, не только установить в ходе расследования и судебного рассмотрения конкретного уголовного дела сам факт неуплаты налога, но и доказать противозаконность соответствующих действий (бездействия) налогоплательщика и наличие умысла на уклонение от уплаты налога (пункт 1 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации). Отсутствие в статье 199 УК Российской Федерации перечня конкретных способов уклонения от уплаты законно установленных налогов не дает правоприменителю оснований для произвольного привлечения к уголовной ответственности за неуплату налога, в том числе в случаях, когда налогоплательщик использует не противоречащие закону механизмы уменьшения налоговых

оформлялись заявки на отгрузку, на основании которых производилось резервирование товара на складе ООО ХК Диона, затем на основании накладных производилась отгрузка товаров, по итогам месяца формировалась УПД, которая и подписывалась сторонами. Отгрузка Обществом со склада товаров его контрагентам (ИП ФИО1 ИНН <***>, ФИО2 ИНН <***>; ООО ПК Штайн ИНН <***>) не означает, что они не являлись самостоятельными и не свидетельствует о мнимости, об отсутствии экономической целесообразности в таких сделках. По мнению Общества, налоговые органы должны доказать умысел налогоплательщика в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, отсутствия реального объяснения совершенных им сделок, наличия схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств. Несмотря на то, что возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий действующими положениями налогового законодательства исключена, в то же время в оспариваемом решении не приведено, по мнению Общества, ни одного доказательства, подтверждающего выводы налогового органа, отсутствуют ссылки на документы, подтверждающие нереальность хозяйственных операций Общества с его контрагентами, наличия умысла

не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации. Таким образом, налоговые органы для целей применения пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации должны доказать совокупность следующих обстоятельств: существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось); причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями; умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета. Однако, в оспариваемом решении налоговой проверки не содержится каких- либо доказательств искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, которые привели к уменьшению сумм налога. Как верно установлено арбитражным судом, налоговым органом не установлен умысел в действиях заявителя при осуществлении хозяйственной жизни, доказательств обратного в материалы дела не представлено. В материалах дела

средствами и водителями ООО «Агрокомплекс Ударный») не свидетельствуют о недобросовестности заявителя и получении им необоснованной налоговой выгоды. Между тем, о получении налоговой выгоды может свидетельствовать только недобросовестное поведение самого налогоплательщика и непроявление им должной осмотрительности в выборе контрагента, что налоговым органом в ходе судебного разбирательства не доказано. Как указывалось ранее, из пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения последним необоснованной налоговой выгоды. Но, налоговая выгода может быть признана необоснованной, если Инспекция докажет, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности. В рассматриваемом случае налоговым органом не установлено недобросовестное поведение налогоплательщика и умысел на получение налоговой выгоды с целью причинения ущерба бюджету. При таких обстоятельств, а также в связи с непредставлением налоговым органом доказательств наличия у налогоплательщика умысла на получение незаконной налоговой выгоды при заключении с ООО «Зенит» договора поставки, суд апелляционной

для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком - покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 Кодекса, возлагается на продавца. Следовательно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений. В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, предъявившее требование о взыскании убытков, должно доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Таким образом, факта ненадлежащего исполнения контрагентом по сделке своих обязанностей налогоплательщика недостаточно для вывода об умысле в получении необоснованной налоговой

и подконтрольных ГК «Ласерта», с наращиванием стоимости товара по цепочке контрагентов без фактической уплаты этими посредниками налогов, а также организации-посредники использовались для вывода денег на счета организаций, принадлежащих группе компании Ласерта. Реализация шин ООО «Ласерта. Шины и диски» осуществлялось на внутреннем рынке, а диски ООО «Эгретта» экспортировало в Финляндию с указанием назначения – переработка. Удовлетворяя заявленные требования заявителя, суд первой инстанции пришел к выводу, что налоговый орган не доказал, что совокупность обстоятельств, которые установлены при проведении выездной налоговой проверки, связана с наличием у заявителя умысла , направленного на неуплату налога, равно как и не доказал отсутствие реальных хозяйственных операций между заявителем и контрагентами. Судом первой инстанции произведена замена стороны с ИФНС России по Тосненскому району Ленинградской области на МИФНС России №7 по Ленинградской области в порядке процессуального правопреемства. Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции с