с Олейниченко Ю.И., правового значения при назначении административного наказания по данному делу об административном правонарушении не имеет, поскольку в соответствии с частью 4 статьи 3.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному в судебном порядке виновным в его совершении, не применяется, за исключением административных правонарушений в области таможенного дела ( нарушения таможенных правил ), предусмотренных главой 16 данного Кодекса. Применительно к вопросу о допустимости назначения наказания в виде конфискации имущества, послужившего орудием или предметом таможенного правонарушения и не являющегося собственностью лица, его совершившего, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 14.05.1999 № 8-П сформулировал правовую позицию, в силу которой федеральный законодатель вправе допустить конфискацию имущества, явившегося орудием или средством совершения либо непосредственным объектом таможенного правонарушения, независимо от того, находятся ли соответствующие товары и транспортные средства в
это разрешение изымается, если соблюдение этих критериев больше не обеспечивается. Пункт 1 статьи 38 Конвенции предусматривает, что каждая Договаривающаяся Сторона имеет право временно или окончательно лишать права пользования постановлениями настоящей Конвенции всякое лицо, виновное в серьезном нарушении таможенных законов или правил, применяемых при международной перевозке грузов. Согласно части II Приложения 9 к Конвенции МДП минимальные условия и требования, которые должны соблюдаться лицами, желающими получить доступ к процедуре МДП, являются отсутствие серьезных или неоднократных нарушений таможенных правил или налогового законодательства. Пунктом 1 части II Приложения 9 к Конвенции МДП установлены минимальные условия и требования, которые должны соблюдаться лицами, желающими получить доступ к процедуре МДП, в числе которых: а) Доказательства, подтверждающие наличие опыта или, по крайней мере, возможностей заниматься регулярными международными перевозками; b) Устойчивое финансовое положение; c) Доказательства, подтверждающие наличие знаний в области применения Конвенции МДП. d) Отсутствие серьезных или неоднократных нарушений таможенных правил или налогового законодательства; e) Положение в письменной
таких оснований. Отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда округа, Судебная коллегия руководствовалась нормами Конвенции, Положением о порядке допуска российских перевозчиков к процедуре МДП, утвержденным приказом Министерства транспорта Российской Федерации и Государственным таможенным комитетом Российской Федерации от 01.09.1999 № 61/591. Коллегия указала, что судами первой инстанции и округа, формально исходившими только из неоднократности нарушения норм таможенного законодательства, неправильно истолкованы и применены нормы указанной Конвенции. Напротив, судом апелляционной инстанции оценен характер допущенных обществом нарушений таможенных правил с учетом объема осуществляемых перевозок и существенности вреда, причиняемого общественным правоотношениям, и сделан вывод о том, что действия общества не образуют составов, относящихся к таким нарушениям таможенного законодательства, которые влекут последствия в виде изъятия допуска к процедуре МДП. Доводы заявителя не опровергают выводы Судебной коллегии, направлены на переоценку установленных обстоятельств дела и не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для пересмотра дела в порядке надзора. Руководствуясь статьями
административным наказанием в виде конфискации предметов административного правонарушения - табачной продукции, которые являются его (ФИО1) собственностью, существенно затронуты его права. Согласно части 4 статьи 3.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному в судебном порядке виновным в его совершении, не применяется, за исключением административных правонарушений в области таможенного дела ( нарушения таможенных правил ), предусмотренных главой 16 названного кодекса. Указанным постановлением Конституционный Суд Российской Федерации признал эту норму и часть 1 статьи 30.12 названного кодекса не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (части 1 и 3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования, допуская по делам об административных правонарушениях в области таможенного дела конфискацию орудия совершения или предмета административного правонарушения - товаров и (или)
Однако в силу части 4 статьи 4.1.2 КоАП РФ правила данной статьи не применяются при назначении административного наказания в виде административного штрафа за административные правонарушения, за совершение которых в соответствии со статьями раздела II этого Кодекса лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица. Согласно примечанию 1 к статье 16.1 КоАП РФ за административные правонарушения, предусмотренные главой 16 этого Кодекса (административные правонарушения в области таможенного дела ( нарушение таможенных правил )), лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица. Таким образом, положения статьи 4.1.2 КоАП РФ не подлежат применению при совершении правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ. С учетом изложенного судом апелляционной инстанции неправомерно признано оспариваемое постановление Таможни не подлежащим исполнению в части размера штрафа, превышающего 25 000 руб. В рассматриваемом случае административное наказание за совершение административного правонарушения назначено Обществу с соблюдением требований Кодекса Российской
незаконности перемещения товаров и транспортных средств через границу, притом что его организаторы могли бы безнаказанно действовать во вред таможенному правопорядку за счет неизвестности собственника предметов (орудия совершения) таможенного правонарушения и (или) недоступности виновных лиц для российской юрисдикции. Конституционный Суд Российской Федерации учитывал, что за пределами российской юрисдикции во многих случаях нельзя без неоправданных издержек обеспечить выявление собственника конфискуемого имущества и его привлечение, в том числе принудительное, к производству по делу об ответственности за нарушение таможенных правил . Конституционный Суд Российской Федерации сформировал указанную правовую позицию с учетом принципа единства и взаимности, отражающего стремление государств не ставить себя в невыгодные условия с точки зрения защиты таможенного режима, и допустил конфискацию предметов и орудий таможенного правонарушения у иных, помимо собственника, правонарушителей, имея в виду незаконное перемещение товаров через границу. Ввиду изложенного конфискация предметов и орудий таможенного (впоследствии – административного) правонарушения у их владельца (держателя), привлекаемого к ответственности за нарушение таможенных правил,
незаконности перемещения товаров и транспортных средств через границу, притом что его организаторы могли бы безнаказанно действовать во вред таможенному правопорядку за счет неизвестности собственника предметов (орудия совершения) таможенного правонарушения и (или) недоступности виновных лиц для российской юрисдикции. Конституционный Суд Российской Федерации учитывал, что за пределами российской юрисдикции во многих случаях нельзя без неоправданных издержек обеспечить выявление собственника конфискуемого имущества и его привлечение, в том числе принудительное, к производству по делу об ответственности за нарушение таможенных правил . Конституционный Суд Российской Федерации сформировал указанную правовую позицию с учетом принципа единства и взаимности, отражающего стремление государств не ставить себя в невыгодные условия с точки зрения защиты таможенного режима, и допустил конфискацию предметов и орудий таможенного правонарушения у иных, помимо собственника, правонарушителей, имея в виду незаконное перемещение товаров через границу. Ввиду изложенного конфискация предметов и орудий таможенного (впоследствии – административного) правонарушения у их владельца (держателя), привлекаемого к ответственности за нарушение таможенных правил,
делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, а также рассмотреть исковое заявление в общем порядке искового производства. Заявитель жалобы указал, что фактически вагон находился в простое по вине работников ОАО «РЖД» и бездействию сотрудников Уссурийской таможни. Ответчик полагает необходимым привлечь к участию в деле в качестве третьего лица Уссурийскую таможню, поскольку решение по настоящему делу повлияет на права и законные интересы Уссурийской таможни. Кроме того, фактически лицом, допустившим нарушение таможенных правил , является АО «КРАСЛЕСИНВЕСТ», как лицо, неправильно оформившее таможенную декларацию. ООО «ТК Веста» понесло убытки, в том числе, из-за действий АО «КРАСЛЕСИНВЕСТ». ООО «ТК Веста» полагает, что АО «КРАСЛЕСИНВЕСТ» поскольку на основании решения по настоящему делу (в случае удовлетворения требований ОАО «РЖД») может взыскать данные штрафы в порядке регресса. Истец отзыв на апелляционную жалобу не представил. Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 апелляционная жалоба принята к производству. Текст определения о принятии к
