ФИО1 в порядке универсального правопреемства как наследникаумершего должника ФИО5, следовательно, после признания его банкротом к административному истцу перешло и право на освобождение от обязательств перед кредиторами должника. В силу положений пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника. В силу пункта 1 статьи 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил данного кодекса не следует иное. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у
взыскателем по делу признано общество. После смерти ФИО2 последний заменен на правопреемника – ФИО1 В отношении ФИО2 возбуждено дело о банкротстве № А03-15612/2016 с применением правил параграфа 4 главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). ФИО1 привлечена к участию в деле в качестве наследникаумершего ФИО2 Прекращая производство по настоящему делу, суд первой инстанции, с выводами которых согласились суды апелляционной инстанции и округа, указал на необходимость предъявления требований в рамках дела о банкротстве ФИО2, поскольку спорная задолженность вытекает из неисполнения последним своих обязательств, а ФИО1 как наследник отвечает по данному требованию только в пределах перешедшего к ней наследственного имущества. Изложенные в настоящей жалобе доводы, основанные на ином толковании действующего законодательства, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по
первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что из решения суда от 03.06.2019 не следует, что судом общей юрисдикции установлена обязанность ФИО5 отвечать по долгам умершего супруга в полном объеме. При этом районным судом установлен второй наследникумершего - его совершеннолетний сын ФИО8 Согласно материалам наследственного дела ФИО9, представленного по запросу суда первой инстанции нотариусом ФИО10, ФИО5 выданы свидетельства от 01.07.2018 о праве собственности на 1/2 доли приобретенного в совместном браке с ФИО9 имущества. Совершение нотариальных действий в виде выдачи свидетельств о праве на наследство на имущество умершего приостановлено на основании соответствующего постановления нотариуса ФИО10 от 07.08.2020. Арбитражные суды пришли к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства возникновения у должника обязанности отвечать по долгам умершего супруга. Принимая во внимание указанные обстоятельства, руководствуясь статьями 69, 184, 185, 223 АПК РФ, статьями 2, 32, 71, 213.7, 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражные суды отказали в
независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Отклоняя доводы ответчиков о том, что судом первой инстанции не исследовались материалы наследственного дела, что повлияло на правильность вопроса о взыскании денежных средств с ответчика ФИО1, как наследника, суд апелляционной инстанции, установив, наличие в материалах информации, предоставленной временно исполняющим обязанности нотариусом ФИО7, от 26.08.2021№ 562 о том, что после смерти ФИО6, умершего 08.07.2020, наследником, принявшим наследство является его супруга – ФИО1, наследственная масса состоит из долей на земельные участки в Свердловской области, денежных средств на счетах в банках, доли в квартире в <...>, долей в обществе, пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1, в соответствии с вышеуказанными нормами права об ответственности наследников по долгам наследодателя, отвечает за долги ФИО6 в пределах стоимости перешедшего к ней вышеуказанного наследственного имущества. Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает, что указанные выводы судов являются правильными, соответствующим установленным ими фактическим обстоятельствам и
Таким образом, по правилам параграфа 4 X главы Закона о банкротстве банкротится наследственная масса. Отличительной чертой банкротства наследственной массы является то, что в рамках этого дела аккумулируются все имущество, вошедшее в наследство (даже если наследники уже вступили в наследство), и все долги наследодателя, то есть банкротство осуществляется так, как если бы наследодатель был жив. Поскольку банкротство умершего гражданина, по сути, является применением конкурсных процедур в отношении обособленного имущества, применение специальных правил параграфа 4 главы X Закона о банкротстве обусловлено, прежде всего, сохранением возможности разграничения имущества, входящего в состав наследства, и имущества наследника, то есть сепарацией наследственной массы, за счет которой кредиторы наследодателя могут удовлетворить свои требования. При этом в силу статьи 1175 ГК РФ наследник отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. В силу пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники, совершившие
выплачивать проценты ежемесячно 2% от суммы займа. После его смерти обязательства по погашению долга взяла на себя ФИО3, о чем свидетельствует выданная ею расписка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой она должна была выплатить долг до ДД.ММ.ГГГГ. Долг не выплачен и составляет 240000 рублей. В дальнейшем представитель истицы ФИО1 адвокат Вострикова С.В., действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности, уточнила основание своих требований, мотивировав требования истицы тем, что на основании ст. 1175 ГК РФ ФИО3 как наследник умершего отвечает по его долгам. Составление расписки ФИО3 о том, что она взяла на себя долг своего умершего мужа, свидетельствует о том, что был осуществлен перевод долга (ст. 391 ГК РФ) в требуемой форме. В судебное заседание истица ФИО1 не явилась, о дне слушания извещена. Представитель истицы ФИО1 адвокат Вострикова С.В., действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности, исковые требования поддержала и пояснила, что ФИО2 занял у ФИО1 деньги по трем договорам займа в сумме 610000
сын ФИО2. Согласно наследственному делу наследственное имущество состоит из квартиры по адресу: ХМАО- Югра, г. Пыть-Ях , стоимостью рублей, согласно отчету об определении рыночной стоимости , а также денежных средств, хранящихся в Нефтеюганском филиале Акционерного общества «Всероссийский банк развития регионов» в сумме 3, 33 рублей, в подразделении Западно- Сибирского банка ПАО Сбербанк в сумме рублей . Всего стоимость наследственного имущества составила рублей. Наследство после смерти Б.О.М. принял наследник - его сын ФИО2, соответственно, наследник умершего отвечает по долгам наследодателя перед ПАО Банк «ФК Открытие» в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Расчеты задолженности Б.О.М. по кредитному договору от ФИО2 не оспаривает, в связи с чем суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 суммы долга в рамках стоимости наследственного имущества. Статья 38 Закона об ипотеке (залоге недвижимости) устанавливает сохранение ипотеки при переходе прав на заложенное имущество к другому лицу. Согласно п. 1.3.2 кредитного договора исполнение обязательства заемщика обеспечивается
