невозможности совершения такой сделки в соответствии с положениями Закона о кооперации и последующих обстоятельств, связанных с принятием ФИО2 и ФИО7 в члены колхоза на основании их заявлений. При таких обстоятельствах у судов не имелось оснований для удовлетворения требования ФИО1 о признании договора займа недействительным, и применения последствий недействительности сделки в заявленном истцом виде. Согласно части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу. Поскольку заключение Воронежского центра экспертизы от 10.12.2014 № 902/14 не содержит категоричного вывода о подписании договора займа не ФИО2; в связи со смертью последнего у эксперта отсутствовали свободные образцы подписей , а представленные на исследование эксперту документы выполнены в разные периоды времени, учитывая наличие в материалах дела иных доказательств, опровергающих выводы эксперта, суды обоснованно отклонили ссылку истца на указанное заключение. Доводы кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения судов, получили соответствующую правовую оценку и не подтверждают существенных нарушений норм
Мэньюфекчуринг Лтд, в то время как эта компания изменила свое наименование и на момент подписания оспариваемых договоров именовалась «SUPER GROUP LTD». Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Таким образом, недействительность оспариваемых договоров вследствие фальсификации подписи директора компании – обстоятельство, которое подлежит доказыванию истцом. При этом нотариально заверенное письмо ФИО3 не может служить достаточным доказательством недействительности его подписи на оспариваемых договорах, поскольку нотариусом заверяется достоверность подписи указанного лица, а не достоверность изложенных в письме сведений. В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды необоснованно возложили на ответчика бремя доказывания наличия волеизъявления истца на подписание оспариваемых договоров. При этом ответчик обращался в суд с заявлением о
транспортного средства, в качестве применения последствий недействительности сделки восстановлено ее право требования к должнику на сумму 650 000 руб. Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационных жалоб и отмены постановления суда апелляционной инстанции в части касающейся договоров от 14.03.2014 № 3 и от 12.11.2013 № 33, соглашаясь с выводами суда апелляционной инстанции о доказанности факта неравноценного встречного предоставления контрагентами должнику по этим договорам с учетом результатов экспертного исследования и установления того обстоятельства, что векселя должнику не передавались в указанный в актах период. При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание совокупность установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств (предшествовавших и сопутствующих действий сторон в короткий промежуток времени), связанных с приобретением должником векселя ПАО Сбербанк за счет собственных средств, предъявлением векселей ПАО Сбербанк, выступивших средством расчетов, отсутствием объективных доказательств, бесспорно подтверждающих действительность промежуточных передач спорных векселей, с учетом заключения эксперта о том, что подписи в актах были выполнены в другие,
инстанции неверно указал, что результаты экспертизы не подтвердят и не опровергнут доводы истца; данный вывод суда первой инстанции прямо противоречит пункту 1 статьи 1490, пункту 2 статьи 1234 ГК РФ, согласно которым несоблюдение письменной формы влечет недействительностьдоговора. Следствием этого является исключение договора из числа доказательств как сфальсифицированного, доказывает отсутствие договора в письменной форме и, по мнению организации, является основанием для удовлетворения иска. Податель кассационной жалобы обращает внимание на то, что суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства истца, мотивировал это тем, что «для разрешения заявленного в ходатайстве вопроса специальных познаний не требуется» (зафиксировано на аудиозаписи судебного заседания от 17.06.2021). Между тем, кассатор отмечает, что для решения вопроса о том, соответствует ли подпись на договоре дате, указанной в качестве даты его заключения (определение давности подписи), явно требуются специальные познания и оборудование, отказ в назначении экспертизы противоречит статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, как указывает податель кассационной
А54-474/2016 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Стройсервис» прекращено. Не согласившись с определением Арбитражного суда Рязанской области от 15.03.2021, ФИО2 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить, заявление конкурсного управляющего ООО "Стройсервис" к ООО "Сириус" о признании недействительным договора поставки №01/11/19 от 01.11.2019, заключенного между ООО "Сириус" и ООО "Стройсервис", и применении последствий недействительности сделки удовлетворить. По мнению заявителя жалобы, суд пришел к ошибочному выводу о том, что спорный договор поставки является незаключенным, указывает на то, что наличие в договоре поддельной подписи одного из участников свидетельствует о недействительности договора, как сфальсифицированного документа, а не о его незаключенности. Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции своих представителей не направили, письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции
также на разработку соответствующих этикеток, логотипа не оправдывают действий правообладателя спорного товарного знака по приобретению прав на него. По мнению судебной коллегии, административный орган обоснованно критически оценил эти письменные доказательства. Довод общества «ТД «Элит Продукт» о недействительности лицензионного договора от 18.07.2017, заключенного между Bajaki Ferenc и компанией, судебная коллегия считает основанным на неправильном понимании норм материального права. Прежде всего суд отклоняет аргумент заявителя о том, что одним из доказательств недействительности лицензионного договора от 18.07.2017 является выявленные заявителем отличия в изображении подписи директора компании на копии этого договора от изображений его подписи, имеющихся в других документах. Судебная коллегия отмечает, что в материалах дела отсутствуют сведения о наличии в компании корпоративного конфликта либо иных обстоятельств, свидетельствующих о том, что Bajaki Ferenc, Melinda Tothmarton и назначенный ими директор имели противоположные интересы в отношении использования комбинированного обозначения, впоследствии зарегистрированного в качестве венгерского товарного знака на имя Bajaki Ferenc. Кроме того, суду не представлена информация
и 168 ГК РФ наличие в договоре поддельной подписи одного из его участников при том, что в нем присутствуют все существенные условия, и если действие такого договора не подтверждено, свидетельствует о недействительностидоговора как сфальсифицированного документа, который нарушает требования закона (ст. 168 ГК РФ). В частности, он нарушает положения ст. 53, п. 3 ст. 154, п. 1 ст. 160, п. 1 ст. 422 ГК РФ. Как указывалось ранее, следует из оспариваемых договоров уступки прав требований в тексте договоров указано, что они заключены от имени юридических лиц их исполнительными органами - директорами обществ ЕфимовымН.Д.и М., что не нашло своего подтверждения в ходе рассмотрения дела по существу. Установлено и подтверждено материалами дела, что договоры уступки прав требования не содержат подписи уполномоченных лиц ООО «Теплостен-Самара» и ООО «СтройАльянс», подписаны неустановленным лицом от их имени, т.е. являются сфальсифицированными и как следствие недействительными в силу ст. 168 ГК РФ. В соответствии с пунктом 1
выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. В своем иске ФИО1 в качестве основания недействительностидоговора дарения от ..., заключенного от его имени с ФИО2, сослался на то обстоятельство, что указанный договор дарения он не заключал и не подписывал, а значит, этот договор не соответствует его воли, а также требованиям закона и является в связи с этим ничтожным в силу ст. 168 ГК РФ. В силу ст. 168 ГК РФ (в прежней редакции, действовавшей на момент совершения договора дарения от ... г.) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Таким образом, по данному гражданскому делу юридически значимым является определение принадлежности подписи ФИО1 в договоре дарения от .... В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих
