спорам Верховного Суда Российской Федерации. Оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили выполнение обществом работ в полном объеме и, сославшись на правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 4 Информационного письма № 27 от 15.01.1998 и пункте 3 Информационного письма № 29 от 16.02.1998, из которой, следует, что исключением из общего принципа независимости банковской гарантии является ситуация, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения требует платежа от гаранта, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, отказали в удовлетворении заявленных к банку требований. Отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части, суд округа руководствовался положениями статей 368, 374, 376 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что обязательства банка по банковской гарантии не могут быть поставлены в зависимость от отношений между бенефициаром (предприятием) и
размер заявленной неустойки, применив при расчете неустойки 0,01 % за каждый день. Суд апелляционной инстанции данные доводы посчитал необоснованными ввиду следующего. Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 ГК РФ (пункт 4 Информационного письма № 27). Указанные Банком и ОАО «ССЗ «Красные Баррикады» обстоятельства в качестве обоснования наличия признаков злоупотребления правом со стороны бенефициара направлены на оценку правоотношений между принципалом и бенефициаром по исполнению основного обязательства, что противоречит статье
первой инстанции от 21.09.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.12.2017, иск удовлетворен. В кассационной жалобе Банк просит отменить вынесенные судебные акты и принять новый. Податель жалобы ссылается на то, что материалы дела и фактические обстоятельства свидетельствуют о злоупотреблении истцом своими правами. Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2016 № 305-ЭС16-10078 по делу № А40-84435/2015 в качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. Общество ссылается на то, что в материалах дела представлена переписка между Обществом и Центром, подтверждающая выполнение объема строительно-монтажных работ, следовательно, денежное обязательство по возврату аванса должно быть соответственно уменьшено. В отзыве на кассационную жалобу Общество просит оставить в силе обжалуемые судебные акты, считая их обоснованными и законными. В судебном заседании представитель Банка поддержал
370 ГК РФ). Независимость банковской гарантии от основного обязательства обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункт 2 статьи 376 ГК РФ). В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 ГК РФ (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии»). Как разъяснено в указанном пункте, при наличии доказательств прекращения основного
выплате по более раннему обращению. Таким образом, поскольку предъявленные обществом «ФПК» требования по формальным признакам не соответствовали условиям гарантии (требование от 28.01.2020 – не содержало расчет суммы, требование от 12.03.2020 предъявлено по истечении срока действия банковской гарантии), отказ общества «Банк ВТБ» в удовлетворении требования общества «ФПК» о выплате денежных средств по банковской гарантии является правомерным. Кроме того, в качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В частности, в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии», при наличии доказательств прекращения основного обязательства в связи с его надлежащим исполнением, о чем бенефициару
средств по банковским гарантиям от 25.08.2015, обеспечивающим исполнение обязательств, были направлены Банку уже после полного исполнения ООО «Алекон» обязательств, что было достоверно известно ПАО «ФСК ЕЭС». Доказательств наличия, как на момент предъявления требований по банковским гарантиям, так и впоследствии, претензий к подрядчику относительно ненадлежащего исполнения обязательств (их неисполнения), с указанием на размер конкретных требований к подрядчику, в материалах не имеется. В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии является ситуация, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта (пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 №27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии»). В данном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, в условиях надлежащего исполнения договоров на момент предъявления требований банку, полной отработки авансовых платежей и исполнения
если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное. Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункт 2 статьи 376 Кодекса). В качестве исключения из общего принципа независимости гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 ГК РФ (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии"). Доказательств того, что денежные средства - взысканные по решению Арбитражного
гарантии имущественный интерес бенефициара состоит в возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений должника, в тех случаях, когда кредитор полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых кредитор себя обеспечивал, наступили. В связи с этим основаниями к отказу в удовлетворении требования бенефициара могут служить исключительно обстоятельства, связанные с несоблюдением условий самой гарантии. В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии с п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских
