для разрешения настоящего дела. Отсутствуют и данные полагать, что судом нарушены принципы равенства, правовой определенности и что судья был заинтересован в исходе дела и проявил необъективность. Непредставление заинтересованным лицом письменных возражений в нарушение установленного судьей срока, на что обращено внимание в апелляционной жалобе, не влияет на законность принятого судом первой инстанции решения. Из письменных объяснений М. усматривается, что его правовые позиции по поступившим возражениям были известны суду. Ходатайство М. о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности оспариваемого Постановления удовлетворению не подлежало, поскольку какая-либо неопределенность в вопросе о несоответствии Конституции Российской Федерации данных предписаний Постановления отсутствует. Просьба М. о назначении ему адвоката оставлена Апелляционной коллегией без удовлетворения, поскольку действующим законодательством по делам об оспаривании нормативных правовых актов не предусмотрена обязанность суда обеспечить заявителя помощью защитника (адвоката). В апелляционной жалобе не приведено доводов, опровергающих выводы суда о законности оспариваемых нормативных положений, оснований считать такие выводы ошибочными не
заместителя) сама по себе не означает упразднение специального - усложненного - порядка производства по уголовным делам в отношении названной категории лиц в качестве гарантии процессуальной самостоятельности следователя. Как видно из жалобы С.В. Пысина, нарушение своих прав он связывает с тем, что по действующему законодательству руководитель следственного органа принимает решение о возбуждении уголовного дела в отношении подчиненного и подконтрольного ему по службе следователя, что, по мнению заявителя, свидетельствует о необъективности и предвзятости такого решения. Между тем в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в Определении от 16 декабря 2008 года N 1080-О-П, основания, предусмотренные уголовно-процессуальным законом для отвода следователя и других лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, должны распространяться и на руководителя следственного органа при наличии обстоятельств, позволяющих усомниться в его беспристрастности. Публичный характер исполняемых данным должностным лицом обязанностей, предполагающий его независимость и беспристрастность, несовместим с наличием у него личной заинтересованности в исходе уголовного дела, которая может
истцом, гражданским ответчиком или их представителями (статья 62 УПК Российской Федерации). При этом, поскольку статья 61 УПК Российской Федерации не содержит исчерпывающего перечня обстоятельств, могущих свидетельствовать о личной, прямой или косвенной, заинтересованности государственного обвинителя в исходе дела, она не исключает возможность заявления ему отвода в связи с выявлением в ходе судебного разбирательства обстоятельств, указывающих на предвзятость и необъективность, проявившиеся в тех или иных его действиях и решениях. Суд же не освобождается от обязанности принять решение по существу заявленного государственному обвинителю отвода и обосновать его ссылками на конкретные обстоятельства дела (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 октября 2010 года N 1361-О-О). В случае признания судом отвода обоснованным государственный обвинитель отстраняется от участия в производстве по делу. Уголовно-процессуальный закон прямо предусматривает замену прокурора, поддерживающего государственное обвинение, если в ходе судебного разбирательства обнаружится невозможность его дальнейшего участия в деле (часть четвертая статьи 246 УПК Российской Федерации), в частности при удовлетворении судом
на проведение экспертизы, полагая, что выводы эксперта не могут быть достоверными, суды оставили без внимания представленное экспертное заключение, проведенное в деле № А47-15029/2020, которым установлен иной размер арендной платы, указывают, что истицей в суд представлен чужой загранпаспорт, в связи с чем сторонами заявлено ходатайство о вызове в суд самой ФИО2 для дачи соответствующих пояснений, однако, суды необоснованно отказали в удовлетворении ходатайства о вызове ФИО2 в суд для дачи пояснений, что, по мнению кассаторов, подтверждает необъективность суда и не исключает заинтересованность в данном деле. Суд необоснованно отказал обществу в ходатайстве о постановке дополнительного вопроса перед экспертом, о реальной возможности сдачи в аренду помещений обществом «Любимый город» по цене установленной экспертным путем. Кассаторы считают несостоятельными выводы судов о соблюдении срока исковой давности на обращение с заявленными требованиями, поскольку ФИО2, как участник общества, должна была узнать о совершенной сделке не позднее 30.04.2019, а годичный срок исковой давности по оспариваемой сделке истек 01.05.2020. Более
15.05.2017 по 17.07.2017. Заявитель считает, что неустойка за нарушение срока обязательств по этапу 12 графика подлежит начислению за период с 31.08.2017 по 02.10.2017 и составляет 32 дня. Как полагает заявитель, судами необоснованно не применены положения ст. 405, 406, 718 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку причиной нарушения срока выполнения работ по этапам 3, 4, 5, 12 являлись действия заказчика по несвоевременному предоставлению исходно-разрешительной документации и внесению изменений в техническое задание на проектирование. Ссылается также на необъективность суда при рассмотрении дела. В соответствии с ч. 1 ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе. Судами установлено, что между обществом «Уральский институт Урбанистики» (подрядчик, исполнитель) и фондом (заказчик) заключен договор на выполнение проектных работ от 17.02.2017 № 17-02/19, по условиям которого подрядчик принимает на себя обязательства по заданию заказчика выполнить проектные работы (двухстадийная подготовка и изготовление проектной документации далее
действиях истца присутствуют признаки злоупотребления правом. Отмечает, что ходатайство о проведении экспертизы спорных писем было заявлено только на седьмом судебном заседании, при этом сами письма, в том числе их оригиналы для обозрения, были предоставлены ответчиком на одном из первых судебных заседаний, более того, для проведения экспертиз истец специально предоставил документы (именно в судебное заседание, в котором было заявлено ходатайство), по которым и проводились экспертные исследования, особенно в части исследования оттиска печати. По мнению заявителя, необъективность суда при выборе экспертов и назначение экспертизы с указанием в определении о назначении экспертизы по определенным документам, о проведении технической экспертизы оттиска печати по одному и тому же образцу, идентичность текста судебных постановлений и текста возражений истца указывает, что рассмотрение дела проведено с явным нарушением принципа беспристрастности. Кроме того, по мнению заявителя, у судов не имелось оснований для удовлетворения исковых требований, отмечает, что общество «Уралзавуд» намеренно осуществило поставку пиломатериала в большем объеме и без предоплаты,
техники - автовышки, автокрана, а также универсальные передаточные документы об оказании данных услуг в июне-сентябре 2016 года. Кроме того, выводы суда относительно выполнения работ силами истца основаны на совокупном правовом анализе всех имеющихся в материалах дела доказательствах, заключениях судебной экспертизы, пояснениях эксперта, в том числе показаниях свидетелей. Суд дал оценку всем показаниям допрошенных свидетелей, а также показаниям работников истца, истребованных судом из уголовного дела, относительно выполнения работ на спорном объекте. Ссылка подателя жалобы на необъективность суда в оценке данных доказательств в данном случае необоснованна. Доводы подателя жалобы о том, что он не знал о выполнении работ силами истца, опровергается представленной в материалы дела многочисленной перепиской истца и ответчика именно по выполнению работ на спорном объекте. Ссылки подателя жалобы на обращения в полицию также не принимаются во внимание, поскольку как следует из материалов настоящего дела, а также пояснений представителей истца и ответчика в судебном заседании апелляционной инстанции, между сторонами имеют место
а это за собой повлекло составление протокола об административном правонарушении так же с нарушением закона. При этом постановление, вынесенное на основании вышеуказанных документов, добытых с нарушениями, подлежит отмене. Игнорирование мировым судьей вышеуказанного факта говорит о том, что судья всеми возможными способами пытается оправдать не правомерные действия сотрудников ГИБДД, что доказывает нарушение принципов рассмотрения дела, указанного в ст. 24.1 КоАП РФ, который требует проводить всестороннее, полное и объективное рассмотрение дела. В данном случае присутствует полная необъективность суда , т.к. нарушения со стороны сотрудников ДПС судьей намеренно проигнорированы. При этом хотелось бы отметить, что Кодекс об административных нарушениях Российской Федерации является федеральным законом, который является одним из главенствующих законов в Российской Федерации и исполнение его требований является обязательным. Выполнение всех требований КоАП РФ является обязанность сотрудника ДПС. Однако, при составлении на него административного материала инспектор не исполнил не только все требования КоАП РФ, но и требования других нормативных актов (Постановлением Правительства РФ
