Неосновательное обогащение исполнение третьим лицом - гражданское законодательство и судебные прецеденты

статьи 7 Закона о транспортной экспедиции экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза. Таким образом, наличие требования к перевозчику не исключает возможности грузоотправителя-клиента обратиться с требованием к экспедитору. При этом во избежание неосновательного обогащения грузоотправителя к требованиям к экспедитору и к перевозчику о возмещении одного вреда применяются нормы ГК РФ о солидарных обязательствах. 11. Третье лицо, привлеченное перевозчиком к исполнению своих обязательств и фактически осуществившее перевозку, вправе взыскать плату за выполненные работы только с перевозчика, но не с грузоотправителя, если иное не предусмотрено соглашением между ними. Общество (клиент-грузоотправитель) заключило договор на транспортно-экспедиционное обслуживание с компанией. В соответствии с условиями сделки компания обязалась доставить вверенный груз самостоятельно или с привлечением третьих лиц . На основании этого договора общество обратилось к компании с заявкой об организации перевозки конкретного груза. В целях исполнения указанной заявки компания (клиент) заключила с предпринимателем (перевозчиком) договор о перевозке грузов автомобильным транспортом. Компания направила

уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ). Поскольку статья 395 ГК РФ предусматривает последствия неисполнения или просрочки исполнения именно денежного обязательства, положения указанной нормы не применяются к отношениям сторон, не связанным с использованием денег в качестве средства платежа (средства погашения денежного долга). Например, не относятся к денежным обязанности по сдаче наличных денег в банк по договору на кассовое обслуживание, по перевозке денежных знаков и т.д. 38. В случаях, когда разрешаемый судом спор вытекает из налоговых или других финансовых и административных правоотношений, гражданское законодательство может быть применено к названным правоотношениям при условии, что это предусмотрено законом (пункт 3 статьи 2 ГК РФ). В связи с этим указанные в статье 395 ГК РФ проценты не начисляются на суммы экономических (финансовых) санкций, необоснованно взысканные с юридических и физических лиц налоговыми, таможенными органами, органами ценообразования и другими государственными органами, и подлежащие

по делу № А57-13420/2019, УСТАНОВИЛ: общество с ограниченной ответственностью "Электронбытприбор" (далее - истец, общество "Электронбытприбор", общество) обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к комитету по управлению имуществом города Саратова, комитету по финансам администрации муниципального образования "Город Саратов" (далее - Комитет по финансам) о взыскании неосновательного обогащения за период с 11.10.2016 по 31.05.2019 в размере 53 187 руб. 21 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 11 700 руб. 84 коп. и процентов по день фактического исполнения обязательства. В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц , не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: администрация муниципального образования "Город Саратов", общество с ограниченной ответственностью "Авилон". Решением Арбитражного суда Саратовской области от 20.12.2019, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2020 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 09.06.2020, с муниципального образования

дела не учтено следующее. В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. В силу пункта 4 статьи 1109 Кодекса не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, представленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо , требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Статьей 1 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», действовавшего в период заключения и исполнения спорного контракта (далее - Закон № 94-ФЗ), предусмотрено, что данный Закон регулирует отношения, связанные с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание

статьи 1107 Кодекса на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Кодекса) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. В связи с расторжением в судебном порядке контракта, с момента вступления в законную силу решения суда по делу № А40-11154/2012, денежные средства, перечисленные инвестором в счет реализации инвестиционного проекта, находились у ответчика с 26.04.2013 без каких-либо законных оснований, о чем последний должен был знать (пункты 2 и 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации). Истцом предъявлено требование о взыскании процентов, начисляемых в силу статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, именно с этой даты. Обязательства Правительства по возврату обществу «Маримекс» неосновательно удерживаемых денежных средств, не регулируются статьей 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, посвященной особенностям исполнения судебных актов по искам к публично-правовым образованиям о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия)

Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования стороны спорной сделки о признании ее недействительной и взыскании в качестве неосновательного обогащения денежных средств, уплаченных в рамках исполнения договора. Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. При этом, отклоняя доводы заявителя апелляционной жалобы — ФИО1, суд апелляционной инстанции со ссылкой на часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указал на преюдициальное значение судебных актов по делу № А56-82873/2015. Суд по интеллектуальным правам, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в отзыве на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц , участвующих в деле, проверив в порядке статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых решения и постановления, правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, а также соответствие

мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившего исполнение лицо, и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника. Поскольку в этом случае исполнение принимается кредитором правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Кодекса, а, значит, сама по себе последующая констатация отсутствия соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении на стороне кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица . Как разъяснено в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения,

в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020). Согласно пункту 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом . Возложение исполнения обязательства на третье лицо может опираться на различные юридические факты, лежащие в основе взаимоотношений между самостоятельными субъектами гражданского

и бизнес-систему, в связи с чем заключенные лицензионные договоры являются недействительными в силу статьи 167 ГК РФ, и обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о признании недействительными лицензионных договоров и взыскании неосновательного обогащения, процентов и убытков. Отказывая в удовлетворении исковых требований, исходя из обстоятельств дела, руководствуясь положениями статей 167, 421, 1102, 1235, 1490 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), установив фактическое исполнение сторонами условий договоров, отсутствие претензий со стороны истца в отношении переданной ему бизнес-системы, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков. При этом суд первой инстанции указал на ошибочность вывода истца об отсутствии у ответчика правомочий на распоряжение исключительными правами на товарный знак, поскольку между ним и третьим лицом был заключен действующий лицензионный договор. Кроме того, суд отметил, что ответчиком выполнены все предусмотренные договором обязательства, что подтверждено началом деятельности магазина, между тем истец, как субъект предпринимательской деятельности несет риск, связанный с

это было неосновательным обогащением. В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться какими либо другими способами. Согласно ч. 2, ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или форме надлежащем образом заверенные копии. Истец в нарушении данной нормы не представил агентский договор № от ДД.ММ.ГГГГ, либо надлежащим образом заверенную копию договора. Каких либо иных документов подтверждающих возникновение между Истцом и Ответчиком отношений по исполнению обязанностей агента в материалы дела не представлено. На основании изложенного, и в соответствии со ст. 453, 1008, 1102 ГК РФ, 196 ГК РФ, 201 ГК РФ, 200 ГК РФ просит суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, причина неявки не известна, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Представитель истца АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего

третьих лиц или произошло помимо их воли. В соответствии с пунктом 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке. Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо , требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Таким образом, неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица,

закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Следовательно, в силу статьи 313 ГК РФ исполнение третьим лицом за должника перед кредитором денежного обязательства не может быть квалифицировано как неосновательное обогащение получателя денежных средств. Поскольку статья 313 ГК РФ допускает исполнение обязательства третьим лицом и признает такое исполнение надлежащим. В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная