его счета. Суды, по сути, освободили от исполнения обязательства по их возврату организацию, по-прежнему аффилированную с конечным бенефициаром банка. При этом требования независимых кредиторов залогодателя, включенные в реестр, настолько малы относительно масштабов его деятельности, что не имелось разумных оснований для заключения обеспечительной сделки в целях причинения вреда таким кредиторам. Вопреки выводам судов в период предоставления кредита ни заемщик, ни залогодатель не находились в состоянии имущественного кризиса, суждения судов об обратном не подкреплены ссылками на конкретные доказательства. Занятый судами подход привел к тому, что бенефициар, незаконно выводивший активы банка через подконтрольные ему организации, фактически сохранил контроль над заложенным объектом, в то время как агентство, выплатившее возмещение вкладчикам банка в сумме свыше 160 млрд. рублей, лишилось возможности получить удовлетворение своего требования за счет средств, вырученных от реализации обремененного ипотекой нежилого здания. Приведенные в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания и требуют проверки в судебном заседании, поэтому жалобу агентства следует передать на рассмотрение
8 Закона об оценочной деятельности, а также иными нормативными актами не предусмотрена. С учетом данного обстоятельства, а также принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих тот факт, что виновными действиями ответчика обществу «Сбербанк России» причинены убытки в указанном истцом размере, суд отказал в удовлетворении заявленных требований. Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, согласился, признал их законными и обоснованными. При этом арбитражный апелляционный суд указал, что произведенная обществом « Независимая оценка Урала» оценка является только рекомендательной для сторон договора ипотеки от 01.03.2011 № 86927/2 и п. 1 ст. 340 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несогласия с результатами такой оценки предоставляет право несогласной стороне иным образом устанавливать рыночную стоимость заложенного имущества. Суд апелляционной инстанции также отметил, что общество «Сбербанк России», осуществляя предпринимательскую деятельность в сфере предоставления финансовых услуг, имело возможность, действуя разумно и осмотрительно, предпринять любые действия по проверке достоверности представленного ему отчета, составленного ответчиком. Выводы судов первой и
18.05.2016 по делу № Т/ВДК/16/2460 отменено полностью. В кассационной жалобе ПАО «Сбербанк России» просит определение от 23.11.2017 отменить и принять новый судебный акт, которым оставить в силе решение Третейского суда при Автономной некоммерческой организации « Независимая Арбитражная Палата» от 18.05.2016 по делу №Т/ВДК/16/2460. В обоснование требований жалобы заявитель указывает, что согласно резолютивной части оспариваемого решения Третейского суда оно является окончательным, обязательным для сторон, не может быть оспорено и подлежит немедленному исполнению, что соответствует статье 40 Федерального закона от 24.07.2002 №102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» (далее - Закон о третейских судах) в редакции, действующей в спорный период. По существу спора Банк ссылается на нотариальное оформленное согласия ФИО2 на заключение супругом ФИО3 договора ипотеки от 14.07.2014 №12/8635/0253/018/14301, предусматривающего возможность обращения взыскания на совместно нажитое супругами имущество. Указание суда о том, что Банком не заявлено требование к ФИО2 о солидарном взыскании задолженности в сумме 7 367 025, 91 руб. по
требованиям, вытекающим из трех договоров уступки прав требований от 29.11.2019, необоснованно не применены разъяснения пункта 17 Обзора № 3 (2020), поскольку задолженность по трем кредитным договорам должника от 24.06.2015, от 11.08.2015 и от 08.08.2019 приобретена у независимого кредитора после введения в отношении должника процедуры наблюдения, в связи с чем их приобретение заинтересованным лицом в условиях неплатежеспособности должника не могло носить компенсационный характер и требования не подлежали субординации. В отношении требований, вытекающих из договоров займа, судами не установлено, что их предоставление происходило в условиях неплатежеспособности и объективного банкротства должника и на какие цели. При этом, кассатор полагает, что последствия недействительности договора залога недвижимости применены судами неверно, так как требование о признании обременения в виде ипотеки отсутствующим носит самостоятельный характер, является вещно-правовым способом защиты и не подлежит применению в качестве последствий недействительности сделки. ООО «НПАТП-1» и ФИО2 в совместной кассационной жалобе и дополнениях к ней просят отменить определение арбитражного суда от 08.09.2021
ним группы лиц, права членов этой группы не подлежат защите с использованием механизма, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве. Тем более не имеется оснований для лишения юридической силы внутригрупповой сделки, не затрагивающей права третьих лиц, на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. При новом рассмотрении спора было предложено обществу «К-Восток» представить пояснения относительно мотивов совершения его правопредшественниками действий, очевидно выходящих за рамки принятого стандарта поведения независимых участников гражданского оборота, а конкурсному управляющему – относительно цели подачи заявления об оспаривании договоров об ипотеке . Пояснения от конкурсного управляющего и ООО «К-Восток» в арбитражный суд не поступили. В силу пункта 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. В соответствии с требованиями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые она ссылается в обоснование требований и возражений. В соответствии со
по адресу: <адрес> Установить первоначальную продажную стоимость равной 80% (ФЗ «Об ипотеке» ст. 54 ч. 2 п. 4) от оценочной стоимости независимого оценщика в размере 342 666,40 рублей. 7. здание навеса, с кадастровым номером №, площадью 220,5 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> Установить первоначальную продажную стоимость равной 80% (ФЗ «Об ипотеке» ст. 54 ч. 2 п. 4) от оценочной стоимости независимого оценщика в размере 154 666,40 рублей. 8. навес, с кадастровым номером №, площадью 105,6 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> Установить первоначальную продажную стоимость равной 80% (ФЗ «Об ипотеке » ст. 54 ч. 2 п. 4) от оценочной стоимости независимого оценщика в размере 64 666,40 рублей. 9. навес, с кадастровым номером №, площадью 73 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> Установить первоначальную продажную стоимость равной 80% (ФЗ «Об ипотеке» ст. 54 ч. 2 п. 4) от оценочной стоимости независимого оценщика в размере 51 333,60 рублей. 10. здание навеса, с кадастровым
марки (модели) BENTLY CONTINENTAL FLYING SPUR, идентификационный номер (VIN) №, 2006 года выпуска, цвет черный, свидетельство о регистрации 2602 №, паспорт транспортного средства (ПТС) <адрес> от дата, установив начальную продажную цену заложенного имущества в размере залоговой стоимости, названной и согласованной сторонами в договоре залога, в размере 2 580 000 (два миллиона пятьсот восемьдесят тысяч) рублей. Также оспариваемым Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации « Независимая Арбитражная палата» по делу № Т-СТП/14-1874 от дата обращено взыскание на залоговое имущество в соответствии с договором ипотеки № от дата в редакции дополнительного соглашения от дата, заключенным между открытым акционерным обществом «Сбербанк России» в лице Ставропольского отделения № и гражданкой Российской Федерации ФИО9 (дата года рождения, уроженка <адрес>, зарегистрирована и фактически проживает по адресу: <адрес>, место работы: не известно), путем реализации с публичных торгов в целях удовлетворения требований открытого акционерного общества «Сбербанк России» в лице Ставропольского отделения № о взыскании задолженности по
г. в пользу бенефициара ООО «РУССИАТЕКС». На основании п. 1 ст. 379, п. 6.1 соглашения о предоставлении банковской гарантии от 14.07.2015 г. №, гарантом в адрес принципала направлено требование о возмещении выплаченных в соответствии с условиями независимой гарантии денежных сумм в порядке регресса, оставленное ООО «Универмаг Рязань» без исполнения. В соответствии с п. 3.2.2 соглашения о предоставлении банковской гарантии от 14.07.2015 г. № истцом начислена плата за пользование денежными средствами за период возмещения регрессных требований за период с 02.10.2019 г. по 08.10.2019 г. в сумме 15303 рубля 92 копейки (на сумму 3191960 рублей 11 копеек, исходя из ставки 25% годовых). Между Банком ВТБ 24 (публичное акционерное общество) и ответчиком ФИО1 заключен договор об ипотеке № от 10.07.2015г., согласно которому в обеспечение обязательств ООО «Универмаг Рязань» (принципала) по соглашению о предоставлении банковской гарантии от 14.07.2015 г. № залогодатель передает банку в залог принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество: 2-комнатную квартиру,
