в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 4, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исходил из того, что права ФИО1, как участника общества, не оказались нарушенными, поскольку состав участников общества не изменился, переход доли к ФИО2 не зарегистрирован в Едином государственном реестре юридических лиц; ФИО4 представила уведомление об отказе от дара, нотариальное соглашение о расторжении договора дарения доли в уставном капитале общества. Суд округа, признав выводы суда апелляционной инстанции о том, что истцом пропущен срок исковой давности, исходя из установленных по делу конкретных обстоятельств, посчитал, что данные выводы не привели к принятию неправильного судебного акта. Существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, указанные в жалобе доводы не подтверждают, в связи с чем оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии
Республики рассмотрен объединенный спор по заявлению ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по алиментам с учетом индексации и неустойки; компенсации за причитающуюся долю в совместно нажитом имуществе и заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО3 о признании недействительным нотариального соглашения об определении места жительства несовершеннолетнего ребенка и уплате алиментов на его содержание от 14.03.2017, заключенного между должником и ФИО1, в части установленного ежемесячного размера алиментов. Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2023 нотариальное соглашение от 14.03.2017 в части установленного размера подлежащих уплате алиментов в размере 60 000 рублей ежемесячно признано недействительной сделкой; установлен размер алиментов в размере 1/4 от официального дохода ФИО2 за период времени, в течение которого он имел официальные трудовые отношения и получал заработную плату; установлен размер алиментов в размере 1/4 среднего размера заработной платы на одного работника по региону Удмуртская Республика, в течение которого Кочетков Р.В. не имел официального дохода; требование Кочетковой И.В. признано обоснованным
от 06.05.2013 как сделки, совершенной с несоблюдением нотариальной формы, правомерно отклонены Арбитражным судом Уральского округа. Согласно пунктам 2,3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе, в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида, эта форма не требовалась. Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 названной статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность. В соответствии со статьей 389 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме. Соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если не установлено иное. Исходя из указанных положений правовых норм, суд округа правомерно указал, что для договора уступки права требования от 06.05.2013 нотариальное удостоверение не являлось обязательным. Довод заявителя жалобы об отсутствии у
собственником; поскольку изъятие производится Комитетом путем выкупа жилых помещений, в том числе доли в праве на эти помещения, у всех собственников, которые не являются несовершеннолетними и не признанны ограниченными в дееспособности, преимущественное право на приобретение доли в праве другими долевыми собственниками не может быть нарушено; статьей 60 Закона № 218-ФЗ, регламентирующей особенности государственной регистрации прав и государственного кадастрового учета при изъятии недвижимого имущества для государственных или муниципальных нужд, не предусмотрено требование об обязательном нотариальном удостоверении соглашений об изъятии имущества для государственных и муниципальных нужд. Суд кассационной инстанции признал выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными. Доводы кассационной жалобы не опровергают приведенные выводы судов, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации о п р е д е л и л: отказать Управлению Федеральной службы
далее – общество) (далее – истцы) к гражданину ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о признании ничтожным соглашения о предоставлении опциона на заключение договора купли-продажи части доли в размере 18,75% в уставном капитале общества, реестровый номер 78/232-н/78-2020-1-86, удостоверенного 13.02.2020 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО3, по основаниям притворности в части, которой стороны прикрыли сделку на иных условиях о цене и порядке оплаты, применив в этой части правила и /или условия сделки, которые стороны имели в виду, а именно: цена продажи доли составляет 35 001 875 рублей с оплатой и иными условиями по платежам: первый платеж в размере 35 000 000 рублей осуществляется ФИО4 в течение 5 рабочих дней со дня подписания соглашения путем перечисления денежных средств на расчетный счет общества, второй платеж в размере 1875 рублей осуществляется ФИО4 в течение 30 дней с момента нотариального удостоверения акцепта путем перечисления денежных средств на банковский счет ФИО2; о признании 35 000 000 рублей,
стоимости привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами. Податели апелляционной жалобы также ссылаются на недобросовестность должника, установленную вступившими в законную силу судебными актами, и иными действиями должника. В процессе взыскания денежных средств в пользу кредиторов ФИО5 предпринимались попытки избежать удовлетворения требований заявителей путем фиктивного введения в исполнительное производство первоочередного взыскателя, а также иные действия, свидетельствующие о недобросовестности должника: 1) 23.07.2015 (спустя 2 недели после проведения повторных торгов в рамках сводного исполнительного производства) должник заключил нотариальное соглашение об уплате алиментов. При этом исполнительное производство о принудительном исполнении соглашения об уплате алиментов возбуждено сразу после его заключения и составляло сумму свыше 3 000 000 руб. Данное соглашение было немедленно предъявлено к исполнению в службу судебных приставов, в связи с чем, очередность исполнения обязательств была изменена. Решением суда от 16.11.2015 указанное нотариальное соглашение было признано недействительным (т.2, л.д.88-93). 2) Решением Ленинского районного суда г. Челябинска от 10.11.2015 по делу №2-2881/2015 в удовлетворении исковых
посредством обращения к информационным ресурсам суда (сайта, системы ГАС правосудие), так как предполагается получение соответствующей информации, в том числе, посредством телефонной, факсимильной связи, непосредственного обращения в суд. Участвующий в судебном заседании дата судебный пристав-исполнитель ОСП адрес ФИО3 суду пояснил, что согласно сведениям ГИБДД собственником транспортного средства значится ФИО7, который имеет непогашенную задолженность, в связи с чем им принято решение о наложении ареста на его имущество. Указал, что точно не помнит, предъявлял ли ему ФИО7 нотариальное соглашение , в момент составления акта описи и ареста, пояснив, что если бы он предъявил данное соглашение он не стал бы составлять акт. Просил учесть, что арест отменен, после предъявления соглашения административным истцом. В судебное заседание заинтересованные лица не явились, о дате и месте заседания извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки не сообщили. Участвующий в судебном заседании дата ФИО7 исковые требования поддержал, пояснил, что в момент составления акта описи и ареста он предъявил судебному
Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 об определении места жительства сына ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения с отцом ФИО1 В обоснование доводов заявленного иска указав, что в 2019 году, ФИО1 вступил в брак с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, брак между был расторгнут. От данного брака, имеется несовершеннолетний сын, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С ДД.ММ.ГГГГ, сын проживает с истцом и находится полностью иждивении истца. О чем, с ответчиком, до расторжения брака, а именно ДД.ММ.ГГГГ, заключено нотариальное соглашение об определении местожительства ребенка и осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка. При подаче заявления о расторжении брака, было указано, что ребенок будет проживать с матерью. Но до самого судебного заседания ФИО1 и ФИО2 пришли к соглашению, что ребенок будет проживать с ФИО1, о чем заключи нотариальное соглашение. На судебном заседании о расторжении брака, стороны сделали заявление и предъявили соглашение, о том, что хотят определить место жительства ребенка с истцом. Судья пояснила, что
