данную статью со статьями 125, 214 и 215 Гражданского кодекса Российской Федерации. Статьи 58 - 75 Кодекса определяют порядок предоставления земельных участков гражданам и юридическим лицам. При этом в отличие от действующего порядка в них отменено предварительное согласование вопроса о месте размещения объекта и допускается изъятие и предоставление земельного участка до утверждения проектной документации и включения объекта в план строительства. Представляется, что такой подход может привести к нарушению экологических, санитарных и иных требований. Обращает на себя внимание и ряд несоответствий гражданскому законодательству. Например, в статье 263 Гражданского кодекса Российской Федерации говорится лишь о застройке земельного участка и не устанавливается право на застройку. Статьи 76 - 77 Кодекса не соответствуют требованиям статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации. Государственная регистрация земельных участков отличается от государственной регистрации прав на недвижимое имуществом и сделок с ним. Более того, порядок осуществления последних должен устанавливаться специальным законом. Кодекс не может регулировать данные вопросы и тем более
здания (с учетом лестниц, балконов) - 30 260,3 кв. м. Согласно форме разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, утвержденной приказом Минстроя России от 19 февраля 2015 г. N 117/пр "Об утверждении формы разрешения на строительство и формы разрешения на ввод объекта в эксплуатацию", разрешение на ввод объекта в эксплуатацию недействительно без технического плана. При этом в техническом плане, являющемся неотъемлемой частью разрешения на ввод, указана площадь здания, равная 30 260,3 кв. м. Также обращает на себя внимание тот факт, что этот технический план здания был подготовлен на основании декларации об объекте недвижимого имущества, проектная документация, по информации Росреестра, в указанном техническом плане отсутствовала. Обращаем внимание, что в рассматриваемом случае (государственный кадастровый учет многоквартирного дома) в силу части 8 статьи 41 Закона о кадастре, статей 48, 49, 51, 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункта 16 Требований сведения о здании (многоквартирном доме) не могут быть указаны в техническом плане здания на основании
их оборот допускается федеральными законами. Закрепление данной нормы приводит к ситуации, когда ипотека фактически не допускается, так как иными федеральными законами может быть установлен запрет на залог отдельных объектов недвижимого имущества (земельных участков, квартир и пр.), что противоречит статье 334 Гражданского кодекса, где сказано, что залог земельных участков, предприятий, зданий, сооружений, квартир и другого недвижимого имущества (ипотека) регулируется законом об ипотеке. Никаких иных ограничений данной статьей Гражданского кодекса не установлено. В этой связи обращает на себя внимание положение статьи 63 Закона, не допускающее ипотеку земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, а также сельскохозяйственных угодий из состава земель сельскохозяйственного назначения, земель крестьянских (фермерских) хозяйств. Данная норма противоречит пункту 3 статьи 129 Гражданского кодекса, устанавливающему, что земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах, поскольку Федеральный закон "Об
Федерального закона имеются следующие замечания. В формулировке понятия "личное подсобное хозяйство" (статья 3) используется неопределенный в правовом отношении термин "хозяйство". Таким образом, в Федеральном законе остался неразрешенным вопрос, что следует понимать под личным подсобным хозяйством. В связи с этим представляются неслучайными внутренние противоречия Федерального закона, одними положениями которого регулируются вопросы ведения личного подсобного хозяйства как особой формы деятельности в области сельскохозяйственного производства, а другими - определяется правовое положение личного подсобного хозяйства как лица. Обращает на себя внимание игнорирование требований ряда федеральных законов и правил юридической техники при регулировании соответствующих отношений. Полагаю необходимым определить понятие "личное подсобное хозяйство" с учетом требований действующих федеральных законов, после чего переработать и другие положения Федерального закона. Статьями 3, 5, 6, 17 и 18 Федерального закона определяются порядок создания, регистрации, прекращения личного подсобного хозяйства, состав его участников, порядок управления им и иные вопросы подобного рода. В настоящее время личное подсобное хозяйство является формой ведения гражданами сельскохозяйственного
находящимся в муниципальной собственности городского округа, при этом разграничивает компетенцию представительного органа и исполнительно-распорядительного органа местного самоуправления, говоря о том, что в исключительной компетенции представительного органа муниципального образования находятся: определение порядка управления и распоряжения имуществом, находящимся в муниципальной собственности (пункт 5 части 10 статьи 35); иные полномочия представительных органов муниципальных образований определяются федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними конституциями (уставами), законами субъектов Российской Федерации, уставами муниципальных образований (часть 11 статьи 35). Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что предусмотренное статьей 51 Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» право органов местного самоуправления самостоятельно от имени муниципального образования владеть, пользоваться и распоряжаться муниципальным имуществом, не означает произвольной реализации данного права, на чем фактически настаивает Совет депутатов города Бердска, такое право осуществляется на основе правовых актов муниципального образования, но принятых в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными законами,
названные доводы подлежат отклонению как не свидетельствующие об уважительности причин пропуска установленного законодательством срока. Предприятие является как инициатором спора, так и инициатором обжалования судебных актов, принятых по результатам его рассмотрения. Кроме того, как следует из данных картотеки арбитражных дел, последний оспариваемый судебный акт принят Арбитражным судом Московского округа 19.03.2020 и опубликован на официальном сайте 20.03.2020. При этом представитель заявителя, также подписавший кассационную жалобу, принимал участие в рассмотрении дела в судах нижестоящих инстанций. Также обращает на себя внимание то обстоятельство, что согласно доводам жалобы деятельность предприятия была приостановлена на срок до 31.05.2020, между тем, с жалобой в Верховный Суд Российской Федерации заявитель обратился лишь 17.07.2020. Таким образом, поскольку данных о наличии объективных препятствий для своевременного обжалования судебных актов заявителем в рассматриваемом ходатайстве не приведено, с учетом названных обстоятельств оснований для восстановления пропущенного срока подачи кассационной жалобы не имеется. Ввиду отказа в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока заявленное также ходатайство о
доводы подлежат отклонению как не свидетельствующие об уважительности причин пропуска установленного законодательством срока. Общество является как инициатором спора, так и инициатором обжалования судебных актов, принятых по результатам его рассмотрения. Кроме того, как следует из данных картотеки арбитражных дел, последний оспариваемый судебный акт принят Арбитражным судом Уральского округа 09.06.2020 и опубликован на официальном сайте 10.06.2020. При этом представитель заявителя, также подписавший кассационную жалобу, принимал участие в рассмотрении дела в судах нижестоящих инстанций. Кроме того, обращает на себя внимание то обстоятельство, что запросы общества в арбитражный суд о получении заверенных копий судебных актов датированы 10.08.2020, то есть последним днем срока обжалования принятых по спору судебных актов. Таким образом, поскольку данных о наличии объективных препятствий для своевременного обжалования судебных актов заявителем в рассматриваемом ходатайстве не приведено, с учетом названных обстоятельств оснований для восстановления пропущенного срока подачи кассационной жалобы не имеется. Учитывая изложенное и руководствуясь положениями статьи 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья
по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, арбитражными судами, в качестве истцов или ответчиков. Заказчик в рамках настоящего дела выступал в качестве истца по гражданско-правовому спору, возникшему в связи с ненадлежащим исполнением обязательства по сделке, и не относится к лицам, поименованным в указанной статье налогового законодательства. Данные обстоятельства не позволяют признать Заказчика обратившимся в суд в защиту общественных интересов, в связи с чем, Заказчик не подлежал освобождению от уплаты государственной пошлины. Так же обращает на себя внимание тот факт, что при принятии искового заявления к производству судом первой инстанции Заказчику была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, а не освобождение от ее уплаты. В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что, подавая исковое заявление, Заказчик просил взыскать с Подрядчика 11
Доля продаж в адрес остальных покупателей в период с сентября по декабрь 2016г. по сравнению с периодом с января - август 2016г. существенно снижена либо приостановлена. Таким образом, инспекцией установлено, что до сентября 2016 г. ООО «СТМК» в адрес покупателей реализовало 100% изготовленной продукции. Начиная с сентября 2016 г. (по декабрь 2016 г.) в цепочку реализации продукции и деликатесов покупателям - магазинам включено ООО «СТМК-Морозко» со значительным объемом реализуемых в адрес последнего товаров. Обращает на себя внимание тот факт, что дебиторская задолженность ООО «СТМК» увеличилась именно в 4 квартале 2016 г. (в период приближения выручки общества к предельному размеру доходов, ограничивающих право применения УСН), основным дебитором в данный период является взаимозависимое лицо ООО «СТМК-Морозко». Тогда как из материалов проверки следует, что ранее посредников по реализации колбасной продукции и деликатесов у ООО «СТМК» не было, товар приобретался покупателями напрямую, оплата производилась в адрес ООО «СТМК», что способствовало своевременному получению оплаты за
перевода, истец мотивированно не опроверг. По сроку приобретения деталей для автомобиля ответчика – 31.08.20 года (л.д.48) и по сроку перевода истцом суммы на счет ответчика – 5.09.2020 года (л.д.6), а так же по самой сумме заказа и сумме перевода (54500 руб.+ комиссия за перевод), можно сделать вывод о том, что истцом денежные средства перечислены на основании договора сторон и не ошибочно, а в порядке оплаты за приобретенные для его автомобиля детали. При этом, обращает на себя внимание и то, что истец сам перевел денежные средства на счет ответчика, который является для истца посторонним человеком, и с которым, по его утверждению, никаких договорных отношений не было, однако, и счет ответчика и сумма переведена, равная цене заказа, указаны истцом точно, следовательно действия истца не являются ошибкой. Обратного истец суду не доказал. При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения иска ФИО1 у суда не имелось. Доводы жалобы о том, что заказ покупателя №1100 от
столкновения автомобиля истца с дорожным ограждением, на что он указал в иске. При этом, экспертное заключение судом так же не оценено, что с очевидностью следует из текста решения. Никаких выводов, сделанных экспертом, суд не проверил, в решении, применительно к описанным истцом событиям ДТП, не привел. Суд не обратил внимание и на то, что событие ДТП, как указал истец, состоит из двух фаз: столкновение двух автомобилей и последующее столкновение автомобиля истца с дорожным ограждением. Обращает на себя внимание то, что наличие дорожного ограждения на участке трассы, на котором, со слов истца, произошло ДТП, нигде не отражено, его существование на указанном участке дороги, ничем не подтверждено, не отражено на схеме. Судом место расположения ограждения, обстоятельства столкновения с ним, не выяснялись, а приняты как установленные со слов истца в отсутствие каких-либо объективных данных, подтверждающий данные пояснения. Фотографий с места ДТП нет, причем, не сделаны они и самими участниками ДТП. Снимков автомобиля виновника ДТП
