возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. Как было указано ранее, убытки истца возникли по причине приобретения новых маслоохладителей по договору от 19.08.2019 в связи с наличием существенных недостатков 4-х маслоохладителей, поставленных по договору от 10.05.2012. При этом, в Спецификации к договору от 10.05.2012 указано, что товар должен соответствовать НП-031-01 «Нормы проектирования сейсмостойких атомных станций», ПНАЭ Г-1-001-89-4Н « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций . ОПБ-88». Данные требования к товару разработаны для атомной отрасли, следовательно, на момент подписания договора Ответчик четко понимал, что цель поставки товара - удовлетворение нужд атомной станции. Маслоохладители типа ОКН 26,9-420МК предназначены для охлаждения масла в системе смазки ГЦНА (главного циркуляционного насоса) на 4-м блоке Ростовской АЭС. Для обеспечения работоспособности двух ГЦНА-1713 используется одна маслосистема, в состав которой входят два маслоохладителя, работающих в режиме «один из двух»: один в работе, второй находится
исключающим доказательственное значение экспертного заключения. Доводы апеллянта о том, что клапаны не предназначены для эксплуатации на атомных станциях или атомной промышленности, а имеют общепромышленное назначение, в связи с чем, к ним не должны предъявляться повышенные требования к качеству, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку в п. 2 паспортов на клапаны указано, что они имеют класс безопасности 4 по НП-001-15. Так, согласно п. 2.6 Федеральных норм и правил в области использования атомной энергии « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций » (НП-001-15) к классу 4 относятся элементы нормальной эксплуатации атомных станций. В паспортах на клапаны указана их область применения: для установки на импульсных трубопроводах или дренажно - продувочных линиях для подключения или отключения приборов систем КИП и АЭУ. Расшифровка КИП и АЭУ дана в п. 2, 143 Федеральных норм и правил в области использования атомной энергии «Правила устройства и безопасной эксплуатации оборудования и трубопроводов атомных энергетических установок» (НП-089-15), из которых следует, что:
договором генерального подряда с АО «КОНЦЕРН ТИТАН-2» и договором АО «КОНЦЕРН ТИТАН-2» с ПАО «СУС», которые в свою очередь не исключают обязательного исполнения АО «СХК» всех разделов (в том числе Раздела 1 (п.п. 1.1.1, 1.1.3) «Общие требования», которые вопреки мнению АО «СХК» не носят исключительно общий характер, а подлежат исполнению в составе условий действия лицензии № ГН-02-101- 3990 от 10.02.2021, удовлетворяют требованиям ПОК (О) 110-08-001-2020, ПОК (С, ВЭ) 110/11- 014-2018, НП-001-15 « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций », Федерального закона от 21.11.1995 № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии», Федерального закона от 29.12.2004 № 190-ФЗ «Градостроительный кодекс Российской Федерации». Заинтересованное лицо указывает, что при изменении формулировок в изложении нарушений суть нарушений не изменилась; формулировка нарушения была изменена (конкретизирована), прежде всего, в связи с тем, что комплектация документов, предоставленных в ходе проверок АО «СХК» (по результатам которой выдано предписание № 12-33/2021-Пр от 29.04.2021 и предписание № 12- 71/2021 Пр от 25.08.2021)
А Н О В И Л : Согласно постановлению №11/Э заместителя руководителя Уральского Межрегионального территориального Управления по надзору за ядерной и радиационной безопасностью Ростехнадзора (далее - Уральское МТУ) ФИО2 от 10 января 2013г. начальником Белоярского отдела инспекций Уральского МТУ по надзору за ЯРБ Ростехнадзора О. при проведении в период с 29 декабря по 31 декабря 2012г. проверки филиала ОАО «Концерн Росэнергоатом» «Белоярская атомная станция» (далее - БАЭС), выявлено нарушение п.1.2.3. ОПБ-88/97 « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций », а именно: организационными и техническими мерами не обеспечена эффективность физических барьеров при номинальном уровне мощности реакторной установки. Нарушения, согласно указанного постановления, явились следствием не выполнения заместителем главного инженера по безопасности и надежности ФИО1 обязанностей указанных в должностной инструкции инв. № 02-41-371 от 12 декабря 2011г., а именно ФИО1: принимает меры по устранению нарушений правил и норм, в части ядерной и радиационной безопасности и надежности; определяет тенденции состояния безопасности и устойчивости БАЭС.
том числе, с учетом периодов работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Указанные обстоятельства подтверждаются также расчетом стажа и объяснениями представителей ГУ-УПФ РФ в <адрес>, данными в судебных заседаниях. Таким образом, период стажировки истца на <адрес> АЭС с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включен в его специальный стаж, период физического пуска блока № включен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В силу п. 88 Федеральных норм и правил в области использования атомной энергии « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций » (НП-001-15), утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 17.12.2015 № 522, физический пуск - этап ввода блока атомной станции в эксплуатацию, включающий загрузку реактора ядерным топливом, достижение критического состояния реактора и выполнение необходимых испытаний и измерений на уровне мощности, при котором теплоотвод от реактора осуществляется за счет естественных теплопотерь (рассеивания). В соответствии с приказом дирекции строящейся <адрес> АЭС от ДД.ММ.ГГГГ № в соответствии с проведенным физическим пуском
апреля 2017 года, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, установил: постановлением заместителя руководителя Уральского МТУ по надзору за ЯРБ Ростехнадзора от 16 марта 2017 года директору филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Белоярская атомная станция» ФИО1 по ч. 1 ст. 9.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях назначено наказание в виде 30000 рублей штрафа за нарушение правил в области использования атомной энергии, установленных п.п. 1.2.4, 4.1.2 НП-001-15 « Общие положения обеспечения безопасности атомных станций ». Решением судьи районного суда от 27 апреля 2017 года постановление должностного лица изменено, размер административного штрафа снижен до 20000 рублей. В жалобе защитник Короткий С.А. ставит вопрос об отмене состоявшихся решений и о прекращении производства по делу ввиду отсутствия состава правонарушения. Проверив материалы дела и доводы жалобы, заслушав пояснения защитника Короткого С.А., должностного лица, вынесшего постановление ФИО2, должностного лица, составившего протокол, ФИО3, оснований для отмены решения судьи не нахожу. Административная ответственность
