Ограничение ответственности по обязательствам - гражданское законодательство и судебные прецеденты

срока действия договора и в течение трех лет с даты прекращения его действия не осуществлять конкурирующую деятельность, в частности не осуществлять деятельность, непосредственно конкурирующую с основной деятельностью правообладателя (пункт 11.1.1). Из пунктов 11.7, 11.7.1 договора следует, что в случае нарушения пользователем требований, предусмотренных разделом 11 ( ограничение конкуренции), пользователь несет ответственность, предусмотренную пунктом 13.6 договора. В соответствии с пунктом 13.6 договора в случае нарушения пользователем положений по ограничению конкуренции пользователь выплачивает правообладателю штраф в размере 1 000 000 руб. за каждый факт нарушения. Суды трех инстанций, отказывая обществу во взыскании штрафа за продолжение предпринимателем конкурирующей деятельности, исходили из того, что нарушение пользователем договорных обязательств совершено за период после 28.07.2020, расторжение договора (прекращение обязательства) исключает возможность взыскания штрафа, установленного пунктом 13.6 договора. Между тем, как разъяснено в пункте 3 постановления от 06.06.2014 № 35, по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем

с пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство. В ходе рассмотрения дела компания ссылалась на отсутствие ее вины в несвоевременном ремонте арендуемого помещения, а также в расторжении договора. Кроме того, судом первой инстанции установлено наличие препятствий компании в доступе в арендуемое помещение в виде отсутствия разрешений на ввоз и вывоз строительных материалов. Между тем

свой риск путем пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами. Следовательно, риск изменения обстоятельств должна нести заинтересованная в изменении или расторжении договора сторона, в данном случае ответчик. В силу ст.ст. 48, 56 ГК РФ юридические лица несут ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом, а не только своими доходами от осуществления предпринимательской деятельности. Если осуществляемая ответчиком предпринимательская деятельность не дала ожидаемых им результатов, данное обстоятельство не является основанием для ограничения ответственности по обязательствам размером фактически полученных доходов от осуществления предпринимательской деятельности. Заключая кредитное соглашение, ответчик нес риск негативного результата предпринимательской деятельности, вследствие чего должен был предвидеть, что исполнение обязательств будет осуществляться не только за счет предполагаемых доходов, но и за счет иного имущества должника. Изменение коньюктуры рынка, снижение цен на реализуемые истцом товары само по себе нельзя расценивать как существенное изменение обстоятельств. Тяжелое финансовое положение истца, затруднения в предпринимательской деятельности, в том числе снижение прибыли, не

ЗАО «Технобурсервис». Согласно п.3.1.6 договора в случае вывода из строя оборудования исполнителя в результате аварий, пожаров, взрывов, происшедших по вине Заказчика, Заказчик возмещает стоимость погибшего оборудования в размере полной остаточной стоимости утраченного оборудования. Аналогичное требование содержится в п. 4.5. договора. Принимая во внимание, что ст. 393 ГК РФ установлено возмещение убытков по ценам, существовавшим в день добровольного удовлетворения требования кредитора, либо в день предъявления иска, стороны в п. 3.1.6 и 4.5. договора установили ограничение ответственности по обязательству . Суд считает необоснованным довод истца о возмещении ответчиком стоимости незастрахованного оборудования, и наличия в связи с этим обязанности по возмещению стоимости застрахованного оборудования. Согласно представленному двустороннему акту от 02.10.2002г. должник и кредитор определили общую сумму возмещения утраченного оборудования вне зависимости от того застраховано оно или нет. Договор от 01.06.2002 года также не содержит условий о различной ответчик в случае утраты застрахованного либо незастрахованного оборудования. Учитывая, что суброгация представляет собой переход прав кредитора

с учетом ограничений, предусмотренных Законом о банкротстве, он не имел возможности исполнить обязанность по предоставлению обеспечения в пользу гарантирующего поставщика. Подробно позиция заявителя изложена в кассационной жалобе. ФИО1 ходатайствовал о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя. Отзыв Управления на кассационную жалобу в суд не поступил. Управление, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не явилось в заседание суда округа, кассационная жалоба рассмотрена в его отсутствие. Законность принятых судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» (далее – ООО «ЭСВ», гарантирующий поставщик) обратилось в Центральное управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – Управление, административный орган) с заявлением от 03.09.2020 № ЭВ/02/2574 о привлечении генерального директора ООО «Теплосетевая компания» ФИО1 к административной ответственности за нарушение порядка предоставления обеспечения обязательств по оплате

ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» имелась и текущая задолженность перед иными кредиторами и с учетом ограничений, предусмотренных Законом о банкротстве, он не имел возможности исполнить обязанность по предоставлению обеспечения в пользу гарантирующего поставщика. Подробно позиция заявителя изложена в кассационной жалобе. Отзыв Управления на кассационную жалобу в суд округа не поступил. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. Законность принятых судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Из материалов дела следует, что общество с ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» (далее – ООО «ЭСВ», гарантирующий поставщик) обратилось в Управление с заявлением от 14.12.2020 № ЭВ/02/4074 о привлечении генерального директора Общества ФИО1 к административной ответственности за нарушение порядка предоставления обеспечения исполнения обязательства по оплате электрической энергии (мощности) в соответствии со статьей 14.61 КоАП РФ. На основании

его в полном объеме в соответствии с законодательством. Ответчик за нарушение действующего законодательства об охране окружающей среды был привлечен к административной ответственности. Как указано в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может возникать в случае деликта. Таким образом, природоохранное законодательство не предусматривает ограничения ответственности по обязательствам в сфере природопользования. Согласно п. 35 указанного Постановления Пленума Верховного Суда, в соответствии со статьей 1064 ГК РФ и статьей 77 Федерального закона «Об охране окружающей среды» вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению виновным лицом независимо от того, причинен ли он в результате умышленных действий (бездействия) или по неосторожности. При всех установленных судом данных, суд, проверив расчет суммы ущерба связанных с тушением лесного пожара, признает их правильными и, учитывая наличие преюдициального акта, установившего

к ответственности за нарушение лесного законодательства не освобождает виновных лиц от обязанности устранить выявленное нарушение и возместить причиненный этими лицами вред. Как указано в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования" гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может наступать вследствие нарушения договора в сфере природопользования или в случае деликта. Природоохранное законодательство не предусматривает ограничения ответственности по обязательствам в сфере природопользования. Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Как следует из приговора Серовского городского суда Свердловской области от 08.07.2011, ФИО3 и ФИО1 в период с ( / / ) по