отличного от предусмотренного этой нормой правила (пункт 2). При отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора (пункт 3). Названные выше общие ограничениясвободыдоговора должны учитываться, в том числе при определении сторонами имущественных последствий расторжения договора (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»). Из взаимосвязанных положений статей 2, 4 и 19 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) и разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с
лизингополучателя, включающего, в том числе сумму выплаченных платежей. Кроме того, как указывает заявитель, в составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя при расчете сальдо. Двойной учет платы за финансирование, как отдельной составляющей расчета, так и в составе долга по лизинговым платежам, влечет неосновательное обогащение лизингодателя. Заявитель ссылается на то, что последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограниченийсвободыдоговора , определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – Постановление № 16). Имущественные последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом пределах свободы договора. Соглашение сторон не должно быть несправедливым, ухудшать положение лизингополучателя и приводить к искажению фактического результата соотнесения предоставлений. Расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Этот основной
подпунктом 3 части 2 статьи 45 Закона о контрактной системе, является собственной ответственностью гаранта, она начисляется не в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательств подрядчиком по государственному контракту и, следовательно, по общему правилу не входит в сумму гарантии. При этом по общему правилу, собственная ответственность гаранта, в том числе в виде начисляемой ему неустойки, не ограничена суммой, на которую выдана гарантия. Иное может быть предусмотрено в банковской гарантии и только при соблюдении общих ограничений свободы договора . Данная позиция нашла отражение в пункте 6 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27) и сохраняет практикообразующее значение (определение Судебной коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 305-ЭС19-25839). В данном случае, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, по условиям гарантии (пункт 9) размер неустойки не ограничен, неустойка
проверке конституционности пунктов 2 и 3 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО4», в отношениях с профессиональными продавцами граждане-потребители подчас лишены возможности влиять на содержание договоров, что является для них фактическим ограничением свободы договора. Воздействие на волю потребителя могут оказывать и различные преддоговорные практики, применяемые продавцами для максимизации прибыли. Соответственно, необходимыми становятся предоставление потребителю как экономически слабой стороне в этих правоотношениях особой защиты его прав и соразмерное правовое ограничение свободы договора для другой стороны, т.е. для профессионалов, с тем чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Также Конституционный суд РФ отметил, что «заключения кредитного и (направленного на обеспечение его исполнения) страхового договора, для покупателя в немалой части случаев является стрессом, на который, в зависимости от свойств личности, он может реагировать как повышением рациональности покупательского поведения, так и снижением ее». Таким образом, кредитная организация, являясь
лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). По смыслу разъяснений в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», исходя из целей законодательного регулирования, допускается ограничение свободы договора , которое необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.) или недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон. Императивность нормы, регулирующей права и обязанности сторон по договору, вытекает из существа законодательного регулирования данного вида правоотношений. В рассматриваемом случае такое ограничение установлено Законом о противодействии терроризму. Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, исходя из положений статей 3, 11, 11.2 Закона Российской Федерации от
N 4-П, свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц. В отношениях с банком в случае заключения договора кредитования гражданин выступает как экономически слабая сторона, лишенная возможности влиять на содержание договора в целом. В этой связи законодательное ограничение свободы договора в отношении банков обусловлено необходимостью особой защиты прав Истца. В виду вышесказанного, Истец считает, что его права были в значительной части ущемлены при заключении стандартной формы Договора, что в свою очередь также противоречит п. 1 ст. 16 ФЗ РФ «О защите прав потребителей». В-четвертых: В соответствии с п.2 Заявления процентная ставка годовых составляет 57 %, однако, согласно Заявлению полная стоимость кредита составляет 85,54 %. Содержание "полной суммы, подлежащей выплате потребителем" в зависимости от
для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (типовые договоры, положения и т.п.). Федеральный закон "Об электроэнергетике" предусматривает, что технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным (абзац третий пункта 1 статьи 26). Установленная данными положениями нормативного правового акта процедура подачи заявки на технологическое присоединение к электрическим сетям некоммерческим объединением не может рассматриваться как ограничение свободы договора и ограничение прав потребителя, имеющего энергопринимающие устройства, на их использование. В соответствии со ст. 539 ГК РФ, по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии (пункт 1). Договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии
