и в свободное от обмена почты время. На почтамтах, почтово-телеграфных станциях, в узлах и отделениях связи в кассах приема телеграмм и заказов на междугородные разговоры, независимо от того, кому подчинены эти кассы, продаются знаки почтовой оплаты. В кассах предприятий связи, предоставляющих услуги электросвязи более продолжительное время, чем почтовые, а также в дни и часы закрытия почтовых операций, кроме того, принимаются заказные письма и при наличии возможности предоставляются другие виды услуг. На железнодорожных станциях, автовокзалах (автостанциях), в аэропортах, морских и речных портах, на пристанях, на торговых предприятиях, в учреждениях банков, школах, сельских библиотеках, колхозных клубах, санаториях, домах отдыха, гостиницах и других предприятиях, организациях и учреждениях по согласованию с заинтересованными органами могут открываться пункты по приему простой и заказной корреспонденции, продаже знаков почтовой оплаты и предоставлению других видов услуг, обслуживаемые работниками этих предприятий, организаций и учреждений. 2. У входа в каждое предприятие связи должны быть: почтовый ящик, вывеска с указанием наименования предприятия
в том числе и по эксплуатации и обслуживанию иных воздушных судов; оказание услуг по акту от 01.04.2015 № 2718, составленному в одностороннем порядке истцом, не подтверждено иными первичными доказательствами оказания услуг, следовательно, факт оказания услуг не доказан истцом в данной части; оплата за январь, февраль и март 2015 года при простое воздушного судна по техническим причинам должна производиться по фактическому налету часов. Суд округа, соглашаясь с выводами судов первой и апелляционной инстанций, указал, что именно эксплуатант - общество «Авиакомпания «Якутия» и командир воздушного судна (в настоящем случае работник общества «Авиакомпания «Якутия») несут ответственность за техническую готовность воздушного судна к вылету, в связи с чем оплата за время вышеуказанного простоя должна производиться по фактическому налету часов. Доводы заявителя рассматривались судами и получили соответствующую правовую оценку в состоявшихся судебных актах. По сути, доводы кассационной жалобы сводятся к иной оценке доказательств. Однако полномочиями по переоценке доказательств и разрешению вопросов факта Судебная коллегия по
связанные с организацией расчетов и оплатой провозных платежей, сборов, штрафов, а также иных причитающихся ОАО «РЖД» платежей при перевозках грузов и грузобагажа железнодорожным транспортом в экспортном, импортном и внутригосударственном сообщениях, оплату по которым осуществляет заказчик. 08.10.2012 в адрес общества на 6 путь железнодорожной станции Рябцево прибыли вагоны № 79417358, № 79725388, № 79737136, не принадлежащие перевозчику. Данные вагоны поставлены на простой с составлением акта общей формы от 08.10.2012 № 234 как ожидающие подачи на путь необщего пользования, по причинам, зависящим от владельца пути необщего пользования. О дате и времени начала простоя с 9 часов 20 минут 08.10.2012 был уведомлен представитель грузополучателя. Актом общей формы № 297 от 23.11.2012 на 9 часов 10 минут закрыт акт № 234. Общая сумма простоя составила 1104,71 часа. ОАО «РЖД» начислило ответчику плату в соответствии с приложением № 3 к дополнительному соглашению к договору № ТЦФТО-3343/13-11 и претензией от 05.03.2013 обратилось к заявителю с требованием
выражений. В соответствии с п.6.3. договора № 594/2007 от 12.10.2007 г. раздела 6. «Ответственность сторон» за нарушение сроков предоставления заготовок комплектующих деталей и узлов для выполнения работ, повлекших за собой остановку работу, Заказчик оплачивает исполнителю за весь период простоя компенсацию из расчета не менее 2/3 за 1 человеко-час за каждого работника от ставок, согласованных сторонами в протоколе договорной цены. Время простоя фиксируется актом и подписывается уполномоченными представителями обеих сторон. Исходя из условий договора, оплата часов простоя возложена на ответчика в виде ответственности за нарушение сроков предоставления заготовок комплектующих деталей и узлов для выполнения работ, повлекших за собой остановку работы. Время простоя должно быть указано в двухстороннем акте. Обязательства по оплате ответчиком за часы простоя в иных случаях из договора не усматриваются. Учитывая положения ст.307 ГК РФ, в соответствии с которыми обязательства возникают из договора, истец не вправе требовать от ответчика оплаты по обязательству, не предусмотренному договором. Помимо взыскания основного
том, что простой произошел по вине ответчика, является основанием для отказа во взыскании 2 616 173 руб. 28 коп. по акту № 124 от 30.03.2013, не принимается судом апелляционной инстанции во внимание, так как в соответствии с п. 2.2.21 договора простой транспорта оформляется двусторонне подписанным актом. В случае простоя транспорта по вине заказчика, последний обязан оплатить исполнителю часы простоя в размере 80% от стоимости одного машиночаса. В случае простоя транспорта по вине исполнителя, оплата часов простоя заказчиком не производится. Следовательно, отметка о наличии вины ответчика в простое транспорта является обязательным условием для его оплаты. На основании указанных положений п. 2.2.21 договора также признается несостоятельной ссылка истца на то, что отсутствие в актах фиксации простоя техники подписи представителя ООО «ЯУНСМ», не освобождает ответчика от оплаты услуг по акту № 150 от 12.02.2013. Довод ООО «ТЕХНОТРАНС» о том, что отсутствие подписи представителя в путевых листах не свидетельствует о том, что услуги
том, что в период с 10.11.2020 по 13.11.2020 исполнителем осуществлялось фактическое приостановление оказания услуги, материалы дела не содержат. Исполнителем оформлены служебные записки о простое работников ввиду отсутствия работ, которые подписаны со стороны работников, находящихся на объекте заказчика. Таким образом, принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что материалами дела подтвержден факт простоя работников истца за период с 10.11.2020 по 13.11.2020, в связи с чем требование общества «Проспер-строй» об оплате часов простоя работников заявлено обоснованно на основании пункта 4.8 договора. В апелляционной жалобе истец ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно произведено снижение неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Рассмотрев с учетом доводов апеллянта вопрос о соразмерности неустойки за нарушение срока оплаты оказанных услуг последствиям нарушения обязательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. В системе действующего правового регулирования неустойка, являясь способом обеспечения обязательств и мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер.
405,93 / 7,2 = 195,27 руб. В июне 2017 г. истице за 78,7 рабочих часов начислено 22 604 руб., то есть 1 час работы стоит 22 604 / 78,7 = 287,22 руб. За июнь 2017 г. истице начислена оплата 10 дней простоя 14 059,33 руб. Должно быть начислено за эти дни: 4,8 * 10 * 287,22 = 13 786,56 руб. (оплата рабочих часов); 2,4 * 10 * 195,27 = 4 686,48 руб. ( оплата часов простоя ); 13 786,56 + 4 686,48 = 18 473,04 руб. Таким образом, в пользу истицы подлежит довзысканию за июнь 2017 г.: 18 473,04 - 14 059,33 = 4 413,71 руб. Из расчетного листка истицы за июль 2017 г. следует, что фактически ей начислена оплата за 6 дней простоя, из которых 5 дней истица работала до 12-48. Согласно расчету ответчика, оплата одного дня простоя составляет 1 409,32 руб., таким образом, оплата за 1 час
в мае 2019 (6 дней). В периоды с 07.01.2019 по 16.01.2019 и с 12.03.2019 по 22.03.2019 истец находился на больничном листе. Период временной нетрудоспособности истца с 12.03.2019 по 22.03.2019 работодателем оплачен. Период временной нетрудоспособности истца с 07.01.2019 по 16.01.2019 рассчитан судом как период нахождения истца в простое, поскольку больничный лист работодателем не учтен, при этом доказательства его передачи истцом не представлено. Ответчиком суду представлен расчет периода простоя с 01.01.2019 по 28.05.2019, согласно которого оплата часов простоя составляет 75111,30 руб. Исходя из количества календарных дней месяца, количества выходных и праздничных дней месяца, ответчик рассчитал истцу оплату простоя в январе 2019 – 15 дней (120 часов), в феврале – 20 дней (159 часов), в марте 2019 – 14 дней (112 часов), в апреле 2019 – 10 дней (80 часов), в мае 2019 – 3 дня (24 часа). При этом, 14 дней в апреле и 4 дня в мае истец находился в
рабочих часов называется учетным. Следовательно, при применении суммированного учета рабочего времени 1 отдельная смена может отличаться по продолжительности как в большую, так и в меньшую сторону. Но в целом количество отработанных часов за принятый в качестве учетного отрезок времени должно быть не больше и не меньше установленного для этого периода при условии нормальной продолжительности труда. Согласно пункту 1.7 Положения об оплате труда работников, занятых реализацией проездных документов (приложение № к коллективному трудовому договору) оплата часов простоя и резерва производится из расчета 2/3 часовой ставки без премии. В соответствии с приложением 6 к коллективному договору часовая тарифная ставка водителя пассажирского троллейбуса установлена в размере 161 руб. 35 коп. с ДД.ММ.ГГГГ. Данные обстоятельства сторонами не оспаривались. В соответствии с расчетным листком за июнь 2020 г. ФИО2 начислена заработная плата в сумме 39130 руб. 27 копеек, в состав которой включено 24041, 15 рублей как оплата по часовому тарифу из расчета за 149
имеет место неисполнение работодателем обязанности обеспечения работника материалом необходимым для выполнения работы. Следовательно, имеет место невыполнение норм выработки по вине работодателя. В материалы дела представлен приказ № ,,,,. «Об устранении нарушений норм трудового законодательства» в котором указано, на выявление недоплаты причитающейся заработной платы работникам пункта подготовки вагонов станции ,,,,. и ФИО1 за ноябрь, декабрь 2010г. и производстве перерасчета заработной платы ФИО1 за ноябрь и декабрь 2010г. с учетом выплаченных сумм по сдельной оплате, оплате часов простоя . В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Таким образом, суд, исследовав добытые в судебном заседании доказательства, приходит к выводу о наличии нарушений трудовых прав истца со стороны работодателя при начислении заработной платы за ноябрь, декабрь
