Федерации, Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями, приведенными в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», исходил из того, что договор, оспариваемый в настоящем деле, имеет признаки сделки с заинтересованностью, которая в установленном законом порядке не одобрена, однако истцом не доказано, что в результате заключения оспариваемой сделки оказались нарушенными права или имущественные интересы общества и его участников, в связи с чем отказал в удовлетворении требований о признании сделки недействительной, и, как следствие, в применении последствий недействительности сделки. Обстоятельств, при наличии которых оспариваемые сделки могли бы быть признаны недействительными как мнимые (ничтожные) сделки , судами не установлено. Приведенные заявителем доводы касаются доказательственной стороны спора, сводятся к оспариванию выводов судов об обстоятельствах настоящего дела, установленных в ходе его рассмотрения по существу, и направлены на изменение оценки доказательств,
19 Конституции Российской Федерации) означает, помимо прочего, недопустимость введения не имеющих объективного и разумного оправдания ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях). Отрицательное влияние мнимой сделки (и ее цель) состоит в невозможности включить в состав конкурсной массы имущество, в действительности принадлежащее должнику. Поэтому законодатель предусмотрел возможность заявления в деле о банкротстве должника о недействительности совершенных должником мнимых, притворных сделок. Не исключает оспаривание мнимой сделки ее совершение за пределами периода подозрительности в три года перед возбуждением дела о банкротстве. Как следует из материалов дела и установлено судами, 29.10.2007 супругами ФИО3, ФИО4 в долевую собственность приобретена квартира № 47, которая 04.03.2014 переоформлена на ФИО5 (мать ФИО4). В качестве оснований мнимости управляющий заявил обстоятельства сохранения супругами О-выми правомочий владения, пользования, возможности распоряжения квартирой № 47, ее содержания, формальности передачи титула собственности аффилированному лицу, не оплачивавшего спорную дорогостоящую жилую недвижимость и
19 Конституции Российской Федерации) означает, помимо прочего, недопустимость введения не имеющих объективного и разумного оправдания ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях). Отрицательное влияние мнимой сделки (и ее цель) состоит в невозможности включить в состав конкурсной массы имущество, в действительности принадлежащее должнику. Поэтому законодатель предусмотрел возможность заявления в деле о банкротстве должника о недействительности совершенных должником мнимых, притворных сделок. Не исключает оспаривание мнимой сделки ее совершение за пределами периода подозрительности в три года перед возбуждением дела о банкротстве. Как следует из материалов дела и установлено судами, в период брака супругой должника ФИО4 18.03.2016 приобретено транспортное средство Porsche Cayenne, 2013 года выпуска, цвет синий, VIN: <***>, государственный регистрационный знак <***> (далее - автомобиль). Между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) 28.05.2018 заключен договор купли-продажи автомобиля. Цена имущества определена в размере 2 800 000 руб. На основании данного договора 08.06.2018
что поскольку как установлено выше и установлено приговором Советского районного суда г. Рязани от 19.06.2017, целью оспариваемых договора было отчуждение недвижимого имущества из собственности ЗАО «Кремлевский вал» в собственность подконтрольных одному из участников общества юридических лиц с целью незаконного завладения имуществом общества в нарушение прав другого участника (истца), то обе оспариваемые сделки следует квалифицировать как одну мнимую сделку по отчуждению имущества. Исходя из изложенного, истец как участник ООО «Кремлевский Вал» обладает правом на оспаривание мнимой сделки по отчуждению из собственности общества, принадлежащего ему имущества. Судом апелляционной инстанции также не могут быть приняты доводы заявителя жалобы о том, что ООО «МеталлИнвест» является добросовестным приобретателем, поскольку приговором Советского районного суда г. Рязани от 19.06.2017 было установлено, что ООО «МеталлИнвест» оспариваемый договор купли-продажи был заключен не с целью приобретения имущества, а в исполнение единой мнимой сделки по выводу имущества из собственности ЗАО «Кремлевский Вал» в интересах учредителей одного из участников ООО «Кремлевский
движимого имущества от 20.12.2017, заключенных между ФИО2 и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки отказано. Не соглашаясь с принятым судебным актом, АО КБ «ЛОКО-Банк» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить полностью, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы податель указывает, что факт не обжалования Банком определения суда о включении в реестр требования ФИО1 не лишает заявителя права на оспаривание мнимой сделки должника; в обоснование своей позиции Банк со ссылками на статьи 10, 168 170 ГК РФ указывал о наличии признаков мнимости сделки. По мнению апеллянта, договор купли-продажи транспортного средства не может быть бесспорным доказательством финансовой возможности выдать денежные средства в качестве займа. Целью продажи ФИО1 автомобиля Infiniti FX35 могло быть не получение наличных денежных средств для их последующей передачи в беспроцентный заем, а покупка другого автомобиля или иного ценного имущества. В качестве доводов о
принимаются, что указывает в данном случае на прямую, безусловную заинтересованность ФИО3 в оспаривании сделки, которую суд, исходя из изложенного, признал недействительной (ничтожной). Суд признавая, что договорные отношения между сторонами являются ничтожной (мнимой) сделкой, в связи с чем, при признании недействительным спорной задолженности, невозможно применение двусторонней реституции согласно положениям статьей 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО3 не имеет права на оспаривание договора, являются несостоятельными, поскольку право на оспаривание мнимой сделки иным лицом предусмотрено законом. Решение суда соответствует материалам дела и требованиям закона. Всем установленным обстоятельствам дана надлежащая оценка, нормы материального права применены правильно, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы коллегия не усматривает. Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия О П Р Е Д Е Л И Л А : Решение Курского районного суда Курской области от 02 апреля 2021 года оставить без изменения, а апелляционную
может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве. Суд приходит к выводу о наличии оснований для признания договоров займа мнимыми сделками, стороны которой стремились к сокрытию ее действительного смысла. При этом, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей, является достаточным для квалификации сделки как мнимой. Оспаривание мнимой сделки ее сторонами само по себе не свидетельствует о том, что указанная сделка не нарушает прав других лиц. Признавая договоры займа мнимыми сделками, суд, в частности, исходит из того, что ФИО2 является сожителем матери супруги ФИО1, тогда как семейные отношения с ФИО4 у ФИО2 прекратились, а между супругами имеется спор о разделе совместно нажитого имущества. Указанное обстоятельство свидетельствует о согласованности действий сторон сделок с целью создания формальной задолженности для увеличения объема обязательств супругов при
пользовании ФИО1, не являющегося членом семьи нового собственника, о чем также свидетельствует приведенные выше обстоятельства, касающиеся его двойной регистрации. В этой связи есть основания констатировать, что обе стороны этой мнимой сделки едины в стремлении сокрытия ее действительного смысла. Установление этого факта, указывающего на отсутствие у сторон сделки намерений на возникновение гражданских прав и обязанностей по ней, по мнению суда, является достаточным для квалификации этой сделки как мнимой. При этом следует отметить, что не оспаривание мнимой сделки ее сторонами само по себе не свидетельствует о том, что указанная сделка не нарушает ничьих прав. При таком положении дел, суд, руководствуясь приведенными выше нормами права, пришел к выводу о доказанности мнимости оспариваемой ФИО4 сделки, что является основанием для признания этой сделки недействительной в части продажи ФИО8 ФИО5 Н.Я. 1/2 доли <адрес> с приведением сторон этой сделки в первоначальное положение. ФИО15 заявила о пропуске ФИО4 срока исковой давности как об основании оставления его
