или прекращение прав на имущество, которые подлежат государственной регистрации, должна быть нотариально удостоверена. На основании части 1.1 статьи 42 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» сделки по отчуждению или договоры ипотеки долей в праве общей собственности на недвижимое имущество подлежат нотариальному удостоверению, за исключением, в том числе, сделок при отчуждении или ипотеке всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке. На основании части 2 статьи 54 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» сделки, связанные с распоряжением недвижимым имуществом на условиях опеки, а также сделки по отчуждению недвижимого имущества, принадлежащего несовершеннолетнему гражданину или гражданину, признанному ограниченно дееспособным, подлежат нотариальному удостоверению. Вовлечение в нотариальную сферу в обязательном порядке сделок со специальным субъектным составом, в частности, с лицами, обладающими неполной гражданской дееспособностью, обусловлено необходимостью публичного контроля со стороны нотариата с целью защиты прав таких лиц как наиболее слабой стороны сделки. Исходя из норм статьи 163
в интересах несовершеннолетнего ФИО5 путем создания цепочки последовательных сделок в целях придания видимости статуса ФИО5, как добросовестного приобретателя. Учитывая изложенные обстоятельства, суд правильно квалифицировал договоры купли-продажи от 26.11.2014 и от 17.12.2014 как единую сделку, направленную на отчуждение имущества должника с целью недопущения обращения на него взыскания по требованиям кредиторов. Судом учтено, что само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса. Договор купли-продажи объекта недвижимости, заключенный между должником и ФИО4, является ничтожным на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а договор купли-продажи, заключенный между должником и ФИО6 в интересах несовершеннолетнего ФИО5, является недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Фактически договоры от 26.11.2014 и от 17.12.2014 направлены не на приобретение объекта недвижимости, а на создание видимости возникновения правовых последствий в виде государственной регистрации
лиц по учетам (ГИБДД, налоговая, ССП, Росреестр и т.д.) разрешенным в пределах дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3; - запретить ФИО3 совершать любые сделки по приобретению, отчуждению или возможностью отчуждения любого имущества должника, в том числе имущества и техники (автотранспортного средства), зарегистрированных за выявленными предприятиями. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.03.2017 ходатайство финансового управляющего ФИО5 о принятии обеспечительных мер удовлетворено частично. Судом наложен арест на имущество должника, в том числе его доли в коммерческих предприятиях ФИО3: - жилая недвижимость, расположенная по адресу: <...>; - доля (100%) в ООО «Обеспечение» (ОГРН <***>); - доля (100%) в ООО «ТК «ЧелПром» (ОГРН <***>), в удовлетворении остальной части ходатайства финансового управляющего ФИО5 о принятии обеспечительных мер отказано. ФИО1 (далее – ФИО1), действующая в интересах несовершеннолетней ФИО2 (далее – ФИО2) обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить в
регистрирующий орган для подписания и сдачи на регистрацию основного договора купли-продажи недвижимости. Однако основной договор ДД.ММ.ГГГГ подписан не был. В ходе обсуждения процедуры подписания основного договора купли-продажи выяснилось, что у Ж-вых не хватает ряда документов, необходимых для сдачи договора на государственную регистрацию, а именно из всего необходимого пакета документов имелись только правоустанавливающие документы на объекты недвижимости. Необходимое при государственной регистрации сделки и перехода права собственности разрешение ТУ МСР Пермского края по г.Перми на отчуждение недвижимости несовершеннолетним ФИО1., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также квитанции об уплате государственной пошлины за регистрацию сделки и перехода права собственности, Ж-выми представлено не было. В то же время ФИО3 на заключение основного договора была готова. Денежные средства находились у дочери ФИО3, которая не присутствовала на сделке, однако была в непосредственной близости от здания регистрирующего органа и при необходимости могла предоставить ответчикам сумму, необходимую для уплаты продавцу по условиям договора купли-продажи. В случае подписания договора не
отчуждениенедвижимости несовершеннолетнего, на что 12 апреля 2021 года получила отказ, мотивированный отсутствием согласия второго родителя - отца на сделку купли-продажи недвижимости, принадлежащей несовершеннолетнему ребенку. Полагает, что указанное решение противоречит абзацу 2 пункта 1 статьи 28, пунктам 2, 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьям 2, 17, 38 Конституции Российской Федерации, статье 64 Семейного кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 21 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», из которых следует, что отказ в выдаче разрешения на совершение сделки, направленной на отчуждение недвижимого имущества подопечного, возможен лишь в случае нарушения прав подопечного, влекущего лишение его прав на данное имущество, либо уменьшение стоимости данного имущества, что в данном случае отсутствует. Истец ФИО4 в судебном заседании не участвовала, извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Представитель истца ФИО1 в судебном заседании требования истца поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и пояснила, что истец с несовершеннолетним
будет сохранять право пользования данным имуществом, которое перейдет в собственность ФИО только после ее смерти, что дом и участок не смогут быть проданы или подарены кому либо, без ее согласия. На основании изложенного истица просит признать вышеуказанный договор дарения 1\2 доли земельного участка и 1\2 доли дома, расположенных по вышеуказанному адресу недействительным, как совершенного под заблуждением. В судебном заседании истец поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, при этом также показала, что отчуждение недвижимости несовершеннолетнему имело место в связи с финансовыми трудностями ее сына, отца несовершеннолетнего ребенка. Ответчик- представитель несовершеннолетнего ФИО3 О,А. в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании с иском согласилась, при этом, пояснила, что совершить обратно сделку не представляется возможным из-за отсутствия разрешения органов опеки и попечительства. Третье лицо - ФИО4 – отец несовершеннолетнего ребенка в судебное заседание не явился, письменно заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие с иском согласен. Третье лицо
