для их устранения с учетом обычно применяемого способа. Срок устранения недостатков товара, определяемый в письменной форме соглашением сторон, не может превышать сорок пять дней. При этом за нарушение указанного срока установлена ответственность пунктом 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей в виде неустойки, которую изготовитель, допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара. Наличие вступившего в законную силу решения суда об устранении выявленного в объекте долевого строительства недостатка не освобождало застройщика от ответственности за неисполнение этого требования после принятия указанного судебного акта. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 1 марта 2016 г. N 4-КГ15-70) 9. Размер неустойки за нарушениесрокапередачиобъектадолевогостроительства может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии заявления со стороны застройщика, который должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. 5 октября
и договор был заключен во исполнение указаний общества «Ленстройтрест», приняв во внимание, что заключенный договор участия в долевом строительстве от 21.02.2014 № 209/Гтч1-1-2014 является для застройщика (общество «ЛСТ Гатчина») сделкой, не выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности, и не требовал согласия со стороны его участников; правовые отношения между ответчиками в настоящем споре регулируются агентским договором от 26.11.2013 № ЛГ-АД-73, действительность которого истцом не оспорена, суды пришли к выводу о том, что ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства несет застройщик (общество «ЛСТ Гатчина»), а у общества «Ленстройтрест» не возникает прав и обязанностей из договора участия в долевом строительстве, не усмотрев оснований для солидарного взыскания неустойки и отказав в иске к обществу «Ленстройтрест». Доводы кассационной жалобы не подтверждают существенных нарушений судами норм материального права и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и в силу статьи 291.6 АПК РФ не являются основанием для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании
корп. 22. Срок передачи объекта долевого строительства согласован сторонами: не позднее 30.12.2016 (пункт 3.3.3 договора), цена договора составляет 3 511 787 руб. (пункт 4.1 договора). Договорные обязательства по уплате стоимости объекта долевого строительства ФИО1 исполнены в полном объеме, объект долевого строительства передан застройщиком инвестору с нарушением установленного договором срока, лишь 28.09.2017. Впоследствии Дик А.П. (цедент) и общество с ограниченной ответственностью «ЛИГАЛ МСК» (цессионарий) (далее - общество «ЛИГАЛ МСК») 24.06.2019 заключили договор уступки прав требования (цессии), по условиям которого цессионарий приобрел право требования неустойки за нарушениесроковпередачиобъектадолевогостроительства за период с 31.12.2016 по 28.09.2017 по договору от 16.05.2016. Дик А.П. 16.07.2019 уведомил застройщика о заключении договора цессии. Ссылаясь на то, что ответчиком нарушены сроки передачи объекта недвижимости участнику долевого строительства, в связи с чем подлежит выплате неустойка, истец обратился в арбитражный суд с требованиями по настоящему делу. Удовлетворяя заявленные исковые требования суды, руководствуясь положениями статей 329, 330,
от 29.01.2020 по тому же делу по иску общества с ограниченной ответственностью СМЦ «МАКСПРОФИЛЬ» к акционерной компании с ограниченной ответственностью «СиТер Инвест Би.Ви.» (Нидерланды) о взыскании денежных средств, УСТАНОВИЛ: решением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2019, исковые требования общества с ограниченной ответственностью СМЦ «МАКСПРОФИЛЬ» (далее – общество) к акционерной компании с ограниченной ответственностью «СиТер Инвест Би.Ви.» (Нидерланды) (далее – акционерная компания) о взыскании 1 369 278 руб. 09 коп. неустойки за нарушениесроковпередачиобъектадолевогостроительства удовлетворены частично, с акционерной компании в пользу общества взыскано 82 805 руб. неустойки. В остальной части в удовлетворении иска отказано. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.01.2020 решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставлены без изменения. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, общество просит отменить указанные судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального
возврата заказного письма оператором почтовой связи с сообщением об отказе Участника от получения письма или в связи с отсутствием Участника по указанному почтовому адресу. Условие договоров (п. 2.5 Договора, Договора 1, Договора 2, Договора 3) о том, что застройщик может продлить срок ввода многоквартирного дома в эксплуатацию на два месяца в одностороннем порядке без заключения дополнительного соглашения с участником долевого строительства, снижает ответственность застройщика за нарушение сроков передачи объекта долевого строительства и ограничивает право участников долевого строительства на предъявление требований, связанных с нарушением срокапередачиобъектадолевогостроительства (право на неустойку (пеню) за нарушение срока передачи объекта долевого строительства и т.д.), является обоснованным. 2. Пунктом 2.8 Договора, Договора 1, Договора 2, Договора 3 установлено, что в случае, если в срок, указанный в п. 2.7 настоящего договора (в течение 5 дней с момента получения уведомления о завершении строительства), участник не подпишет Акт приема-передачи объекта или не передаст Застройщику мотивированный отказ от
судом, исходил из того, что истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств нарушения ответчиком сроков передачи объекта долевого строительства заказчику в соответствии с условием, предусмотренным пунктом 3.3. контракта. При этом администрацией не указан период просрочки, которая возникла вследствие нарушения обществом срока передачи объекта долевого строительства. В этой связи судами отмечено, что исчисление истцом момента просрочки на основании пункта 3.2. контракта, не соответствует условиям заключенного между сторонами контракта, поскольку ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства согласована применительно к дате начала просрочки в пункте 3.3. контракта, что следует из пункта 9.2. контракта. Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию получено 30.03.2012, следовательно, началом течения срока просрочки необходимо считать - 09.04.2012. Таким образом, при определении периода просрочки, администрация не доказала наличие оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной как муниципальным контрактом, так и законом. Доводы администрации об ином толковании условий названного контракта не опровергают выводы судов, направлены на
судом, исходил из того, что истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств нарушения ответчиком сроков передачи объекта долевого строительства заказчику в соответствии с условием, предусмотренным пунктом 3.3. контракта. При этом администрацией не указан период просрочки, которая возникла вследствие нарушения обществом срока передачи объекта долевого строительства. В этой связи судами отмечено, что исчисление истцом момента просрочки на основании пункта 3.2. контракта, не соответствует условиям заключенного между сторонами контракта, поскольку ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства согласована применительно к дате начала просрочки в пункте 3.3. контракта, что следует из пункта 9.2. контракта. Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию получено 03.10.2012, следовательно, началом течения срока просрочки необходимо считать - 11.10.2012. Таким образом, при определении периода просрочки, администрация не доказала наличие оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной как муниципальным контрактом, так и законом. Доводы администрации об ином толковании условий названного контракта не опровергают выводы судов, направлены на
объекта долевого строительства заказчику в соответствии с условиями, определенными пунктом 3.3. муниципального контракта, истцом в материалы дела не представлено. Истцом не указан период просрочки, которая возникла вследствие нарушения застройщиком срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства. Как следует из искового заявления, датой начала просрочки истец считает дату, определенную пунктом 3.2 муниципального контракта, то есть 31.12.2012. Вместе с тем, применение указанной даты не соответствует условиям заключенного между сторонами контракта, так как ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства определена применительно к дате начала просрочки в пункте 3.3 муниципального контракта, что прямо следует из указания, содержащегося в пункте 9.2 муниципального контракта. В материалы дела представлено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, которое получено застройщиком 03.10.2012, что определяет началом течения срока просрочки дату с 11.10.2012. При указанном определении периода просрочки администрация не доказала наличие оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной, как муниципальным контрактом, так и законом. На основании изложенного
объекта долевого строительства заказчику в соответствии с условиями, определенными пунктом 3.3. муниципального контракта, истцом в материалы дела не представлено. Истцом не указан период просрочки, которая возникла вследствие нарушения застройщиком срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства. Как следует из искового заявления, датой начала просрочки истец считает дату, определенную пунктом 3.2 муниципального контракта, то есть 31.12.2012. Вместе с тем, применение указанной даты не соответствует условиям заключенного между сторонами контракта, так как ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства определена применительно к дате начала просрочки в пункте 3.3 муниципального контракта, что прямо следует из указания, содержащегося в пункте 9.2 муниципального контракта. В материалы дела представлены разрешения на ввод объектов в эксплуатацию, которые получены застройщиком 20.11.2012 и 28.11.2012, что определяет началом течения срока просрочки дату с 28.11.2012 и 06.12.2012. При указанном определении периода просрочки администрация не доказала наличие оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной, как муниципальным контрактом, так и
объекта долевого строительства заказчику в соответствии с условиями, определенными пунктом 3.3. муниципального контракта, истцом в материалы дела не представлено. Истцом не указан период просрочки, которая возникла вследствие нарушения застройщиком срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства. Как следует из искового заявления, датой начала просрочки истец считает дату, определенную пунктом 3.2 муниципального контракта, то есть 16.12.2013. Вместе с тем, применение указанной даты не соответствует условиям заключенного между сторонами контракта, так как ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства определена применительно к дате начала просрочки в пункте 3.3 муниципального контракта, что прямо следует из указания, содержащегося в пункте 9.2 муниципального контракта. В материалы дела представлены разрешения на ввод объектов в эксплуатацию, которые получены застройщиком 17.03.2014, что определяет началом течения срока просрочки дату с 25.03.2014. При указанном определении периода просрочки администрация не доказала наличие оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной, как муниципальным контрактом, так и законом. На основании изложенного
приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по сделке (абз. 2, п. 1). При этом пунктом 4 указанной статьи установлено, что законом могут быть предусмотрены особенности отдельных видов агентского договора. Поскольку между ООО «Ак Барс Недвижимость» и ООО «ИнтегСтрой» заключен агентский договор от --.--.---- г., то в силу п. 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства несет ООО «Ак Барс Недвижимость» как агент, заключивший договор участия в долевом строительстве вышеуказанного жилого дома. Таким образом, суд считает исковые требования к ООО «ИнтегСтрой» подлежащими отклонению, поскольку согласно агентскому договору агент принимает на себя обязательства от своего имени и за счет принципала. Исковые требования предъявлены к ненадлежащему ответчику. Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда и штрафа подлежат отклонению, поскольку являются производными от искового требования о взыскании неустойки. На основании
принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по сделке (абз. 2, п. 1). При этом пунктом 4 указанной статьи установлено, что законом могут быть предусмотрены особенности отдельных видов агентского договора. Поскольку между ООО «АК БАРС Недвижимость» и ООО «ИнтегСтрой» заключен агентский договор от ..., то в силу п. 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства несет ООО «АК БАРС Недвижимость» как агент, заключивший договор участия в долевом строительстве вышеуказанного жилого дома. Исходя из пункта 1.1 названного агентского договора ООО «АК БАРС Недвижимость» (агент) приняло на себя обязательства от имени и за счет принципала – ООО «ИнтегСтрой» оказывать последнему за вознаграждение услуги в течение действия договора, срок которого определен до полного выполнения обязательств по настоящему договору. Таким образом, на момент подписания договора долевого участия ФИО1 обязанным по
об изменении срока строительства сторонами не подписано. Объект долевого участия истцу не передан. Как следует из материалов дела, спорный МКД введен в эксплуатацию 09 июня 2017 года. Ответчик уведомил истца о готовности передать объект долевого строительства с 20 июня 2017 года. Согласно информации «Почта России» данное уведомление истцом получено не было. 27 июня 2017 года истек срок хранения почтового отправления на почте. Следовательно, с 27 июня 2017 года с ответчика снимается ответственность за нарушение срока передачи объекта долевого строительства участнику долевого строительства. Как установлено п. 2 ч. 4 ст. 4 Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» договор участия в долевом строительстве должен содержать срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства. Согласно ч. 1 ст. 6 указанного Закона застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства
