участникам долевого строительства жилых помещений. Несмотря на то, что в статье 48 Закона № 218-ФЗ в редакции, действовавшей на момент вынесения оспариваемого отказа, указано на необходимость представления для государственной регистрации договора долевого участия в строительстве, заключенного застройщиком с первым участником долевого строительства многоквартирного дома, поручительства банка или договора страхования гражданской ответственности застройщика за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по передаче жилого помещения, непредставление таких документов на регистрацию в случае, если застройщик к моменту регистрации завершил строительство и передал жилое помещение участнику долевого строительства, не могло служить в данном конкретном случае основанием для отказа в государственной регистрации спорного договора (муниципальногоконтракта ). Целью предусмотренной частью 1 статьи 29 Закона № 218-ФЗ правовой экспертизы представленных на регистрацию документов является в том числе проверка законности сделки с целью пресечения неправомерных действий, недопущения государственной регистрации прав, возникших без оснований, предусмотренных законодательством. Между тем, как следует из материалов дела, муниципальный контракт от 15.06.2015 об участии
инстанции Российской Федерации неоднократно указывали на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», Определения Конституционного Суда РФ от 07.10.1999 № 137-О, от 14.12.1999 № 228-О, от 21.06.2000 № 137-О и др.) Контрактная система в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд является специальным институтом, для которого, однако, характерны многие особенности гражданских правоотношений, в том числе – возможность взыскания неустойки (штрафа, пеней). В соответствии с частью 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом , а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю)
Истолкование приведенных норм Закона о контрактной системе в их взаимосвязи позволяет сделать вывод о том, что законодательство о контрактной системе отделяет просрочку исполнения обязательства от иных нарушений поставщиком обязательств и устанавливает специальную ответственность за просрочку исполнения обязательства в виде пени. Ответственность в виде штрафа применяется за неисполнение обязательства. Неисполнение поставщиком обязательств по государственному контракту свидетельствует как о просрочке исполнения обязательства (нарушение срока выполнения работ), так и о нарушении условий контракта в целом. В связи с этим в случае расторжения договора пеня за просрочку исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту подлежит начислению до момента прекращения договора в результате одностороннего отказа заказчика от его исполнения. Одновременно за факт неисполнения государственного (муниципального) контракта , послужившего основанием для одностороннего отказа от договора, может быть взыскан штраф в виде фиксированной суммы. Данная правовая позиция выражена в пункте 36 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для
необоснованным получением ответчиком денежных средств в связи с нарушением сроков производства работ. При выполнении работ были обнаружены не зависящие от воли и действий подрядчика обстоятельства, которые не позволили исполнить обязательства в установленный контрактом срок. Данные обстоятельства отражены в решении Арбитражного суда Нижегородской области от 23.10.2018 №А43-30857/2018. Ответчик предъявленные требования не признал, полагая, что обеспечение исполнения обязательств носит компенсационный характер, при этом выплата банковской гарантии по своей правовой природе не может расцениваться как ответственность за неисполнение муниципального контракта . Срок выполнения работ нарушен на 150 дней, что привело к нарушению прав муниципального образования и причинен ущерб. В рамках дела №А43-30857/2018 обстоятельства приостановления работ не устанавливались. Как следует из исковых материалов, между ОС и ЖКХ администрации Дальнеконстантиновского муниципального района Нижегородской области (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «СК Темп» (подрядчик) заключен муниципальный контракт от 03.05.2018 №933863, по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя выполнение работ по строительству сельского
апелляционную жалобу администрация Родионово-Несветайского района указала на законность и обоснованность принятого арбитражным судом первой инстанции решения, просила в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. В дополнительных пояснениях администрация указала, что сумма штрафа, взысканная оспариваемым решением в размере 99250 руб. согласно п. 6.3.2.1 муниципального контракта и выплаченная сумма обеспечения контракта в размере 49625 руб. в силу п. 5.1, 5.6 муниципального контракта имеют под собой различное правовое основание, выплата по банковской гарантии не может рассматриваться как ответственность за неисполнение муниципального контракта . В возражениях ООО «Надежда» указало, что поскольку других денежных требований, кроме штрафа, у ответчика не имелось, суд первой инстанции обязан был учесть это обстоятельство при определении размера подлежащей взысканию суммы штрафа. В дополнениях к апелляционной жалобе ООО «Надежда» также указало, что судом первой инстанции не дана оценка тому обстоятельству, что в результате умышленного нарушения ответчиком условий контракта истец не смог реализовать принадлежащие ему по условиям спорного контракта права на приемку жилого
в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.10.2012 №6040/12 по делу №А40-63658/11-25-407. ФИО3 также указывает, что вывод о злоупотреблении правом со стороны МБУК «Городской дом культуры» не основан на нормах материального права, поскольку исполнитель отвечает перед заказчиком по своим обязательствам, вытекающим из муниципального контракта, а гарант – по своим согласно условиям выданной банковской гарантии. Учитывая, что обеспечение исполнения обязательств носит компенсаторный характер, выплата по банковской гарантии не может рассматриваться как ответственность за неисполнение муниципального контракта . Администрация Боровичского муниципального района (далее - Администрация, заявитель2) с принятым решением суда не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Костромской области от 23.06.2017 по делу № А31-2704/2016 отменить полностью и принять по делу новый судебный акт. По мнению Администрации, решение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным. ФИО4 полагает, что суд первой инстанции пришел к неверному выводу о том, что в связи
лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: – государственное казенное учреждение Рязанской области «Центр закупок Рязанской области», закрытое акционерное общество «Сбербанк-АСТ», индивидуальный предприниматель ФИО1, ФИО2. Решением Арбитражного суда Рязанской области от 10.03.2021 заявленные требования удовлетворены. Не согласившись с данным решением, управление обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции апеллянт ссылается на то, что ответственность за неисполнение муниципального контракта должна нести ФИО5; указывает на то, что судом не дана правовая оценка выводам, изложенным в решении управления от 02.06.2020. От администрации в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в которых она, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –
Фактическое неисполнение муниципального контракта, а именно просрочка его исполнения, уже является существенным нарушением охраны законных интересов общества и государства, что соответствует практике Конституционного суда Российской Федерации от 18.03.2021 года № 7-П «По делу о проверки конституционности части 7 статьи 7.32 КоАП РФ в связи с жалобой ООО «Компания Ладога». В возражениях на протест защитник Лихачев Б.В. указал, что прокурор не обосновал, почему затруднение с привлечением рабочей силы из других местностей не исключает ответственность за неисполнение муниципального контракта . Согласно постановлению суда административная ответственность ФИО1 исключена по другим основаниям. При этом необходимо с учетом судебной практики обратить внимание на обстоятельства непреодолимой силы из-за распространения новой коронавирусной инфекции, повлекшие существенные затруднения с привлечением рабочей силы, и как следствие отставание от графика выполнения работ. Для разрешения вопроса, связанного с дефицитом рабочей силы, ООО «ХОРС» были приняты исчерпывающие меры. В протесте не обоснован вывод, что исполнение муниципального контракта было возможным, без привлечения в
поскольку ИП ФИО2 участвовала в электронном аукционе в интересах ФИО4, все необходимые для участия в аукционе документы, в том числе вторая часть заявки, декларация о соответствии единым требованиям, предъявляемым к участникам электронного аукциона, должны были быть представлены ИП ФИО2 не в отношении себя лично, а в отношении представляемого лица ФИО4 Как указано в решении Рязанского УФАС России № от ДД.ММ.ГГГГ, доводы заказчика о том, что указанная банковская гарантия не влечет в себе ответственность за неисполнение муниципального контракта , не подтверждается материалами дела, так как исходя из проекта муниципального контракта, направленного заказчиком в адрес ИП ФИО2, следует, что контракт заключается между заказчиком и ИП ФИО2, следовательно ответственность за неисполнение муниципального контракта будет нести ФИО2 (т.1 л.д.166). Однако, материалы дела опровергают данный вывод, поскольку в протоколе разногласий (т.1 л.д.200-201) и в составленном после его подачи проекте муниципального контракта (т.1 л.д.219-231) прямо указано, что ИП ФИО2 является представителем ФИО4, действующей на основании
