находящиеся во взаимосвязи с ней процессуальные нормы, регламентирующие процедуру и сроки реализации права потерпевшего на ознакомление с материалами дела, как ориентированные на предоставление потерпевшему максимально полной информации, сами по себе какие-либо конституционные права и свободы не нарушают, что свидетельствует об отсутствии неопределенности в вопросе о том, соответствуют ли части первая и вторая статьи 200 УПК РСФСР Конституции Российской Федерации. В силу статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" это является основанием для отказа в принятии к рассмотрению жалобы гражданки О.В. Старовойтовой в этой части. 3. Законодательное закрепление в статье 218 УПК РСФСР права заинтересованных лиц обжаловать действия следователя прокурору само по себе не вступает в противоречие с провозглашенными Конституцией Российской Федерации гарантиями прав и свобод человека и гражданина, поскольку позволяет добиваться оперативного устранения ошибок и нарушений закона, допущенных в ходе расследования преступлений. Однако, как следует из представленных материалов, положение части первой статьи 218 УПК РСФСР было
обосновываться не одними лишь ссылками на продолжающееся ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела, а фактическими данными, подтверждающими необходимость сохранения этой меры пресечения (пункт 23). Названные положения статей 109 и 217 УПК Российской Федерации, связывающие возможность превышения установленного законом предельного срока содержания под стражей на досудебной стадии с частными интересами обвиняемого и его защитника, которым - при отсутствии оснований для изменения или отмены данной меры пресечения - оставшегося до истечения предельного срока содержания под стражей времени оказалось недостаточно для ознакомления с материалами уголовного дела, преследуют также публично-правовые интересы, заключающиеся помимо прочего в обязанности государства обеспечить посредством правосудия защиту конституционно значимых ценностей, и в этом смысле не могут расцениваться как нарушающие чьи-либо права. 3.1. Регулируя порядок окончания предварительного следствия с обвинительным заключением, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает в частях первой и второй статьи 219 возможность в ходе ознакомления с материалами завершенного расследования дополнить материалы уголовного дела лишь в случае
что данный срок следует исчислять с 14 октября 2010 года (т.е. с момента задержания) по 21 октября 2011 года, когда обвиняемый и его защитник первоначального были уведомлены об окончании расследования и им была предоставлена возможность начать ознакомление с материалами дела, т.е., по мнению суда, срок содержания под стражей составляет 12 месяцев и 8 суток. При этом суд посчитал невозможным включить в данный срок время первоначального ознакомления заявителя с материалами дела, а именно 13 месяцев и 23 суток (с 21 октября 2011 года по 14 декабря 2012 года). Как указал суд, поскольку от момента вступления в силу решения о возвращении уголовного дела прокурору (16 сентября 2013 года) до начала действий по завершению предварительного расследования (26 сентября 2013 года) прошло еще 10 суток, общая продолжительность содержания Е.В. Карабулина под стражей составила 12 месяцев и 18 дней, согласно же части третьей статьи 109 УПК Российской Федерации максимально допустимый предельный срок содержания под
содержания обвиняемого под стражей до окончания ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела и направления прокурором дела в суд, если после окончания предварительного следствия материалы уголовного дела предъявлены обвиняемому и его защитнику не позднее чем за 30 суток до окончания предельного срока содержания под стражей, установленного частями 2 и 3 статьи 109 УПК РФ (соответственно 6, 12, 18 месяцев), однако 30 суток для ознакомления с материалами уголовного дела им оказалось недостаточно. При рассмотрении такого ходатайства суду следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела по объективным причинам, выяснять, по каким причинам обвиняемый и его защитник не ознакомились с материалами дела в полном объеме, устанавливать, не является ли это обстоятельство результатом неэффективной организации процесса ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела и не связано ли оно с явным затягиванием времени обвиняемым и его защитником, а также
покупателей могут быть рассмотрены арбитражными судами в случае предъявления ПАО «КАМАЗ» отдельных исков о запрете использования соответствующего товарного знака. Как пояснила суду апелляционной инстанции представитель ПАО «КАМАЗ», с подобными исками ее доверить до настоящего времени в арбитражные суды не обращался (протокол судебного заседания от 21 июля 2016 года). Необоснованными, по мнению суда апелляционной инстанции, также являются и требования ПАО «КАМАЗ», заявленные им в суде первой инстанции, об обязании антимонопольного органа удовлетворить ходатайство об ознакомлении с материаламирасследования . Из материалов дела следует, что 28 января 2016 года от ПАО «КАМАЗ» в Иркутское УФАС поступило ходатайство от 18 января 2016 года № 50-050-39 об ознакомлении с материалами антимонопольного расследования (т. 2, л.д. 3). В письме от 3 февраля 2016 года № 00911 антимонопольный орган в удовлетворении названного ходатайства отказал. Согласно части 1 статьи 43 Закона о защите конкуренции с момента возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства лица, участвующие в деле, имеют
описании имущества должника, а именно о наличии обременения в виде залога; нарушения требований п. 4 ст. 14 Закона о банкротстве, в части установления места проведения собрания кредиторов в г. Кургане без принятия данного решения собранием (протоколом собрания) кредиторов ИП ФИО2; нарушения требований п. 3 ст. 13 Закона о банкротстве в части нарушения срока по обеспечению возможности ознакомления с материалами, представленными участникам собрания кредиторов для ознакомления и (или) утверждения, не менее чем за пять рабочих дней до даты проведения собрания кредиторов, назначенного на 04.05.2016, 02.08.2016, 01.02.2017, 21.02.2017. Уполномоченным лицом административного органа по результатам административного расследования 22.02.2017 в отношении арбитражного управляющего ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ. На основании ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ Управление Федеральной государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП
отраслевого законодательства, положения статей 20.3, 129 Закона о банкротстве должны применяться во взаимосвязи с требованиями такого законодательства. Удовлетворив заявления конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанции, руководствуясь положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве, фактически обеспечили его допуск к вещественным доказательствам, то есть к материалам уголовного дела. Вместе с тем, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает иной порядок допуска лиц к ознакомлению с материалами уголовных дел. Так, правом ознакомления со всеми материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования , в том числе после прекращения уголовного дела, имеет потерпевший (пункт 12 части 3 статьи 42 УПК РФ), гражданский истец (пункт 12 части 4 статьи 44 УПК РФ), их представители, обвиняемый (пункт 12 части 4 статьи 47 УПК РФ), защитник (пункт 7 части 1 статьи 53 УПК РФ). Иные лица, а также перечисленные лица до окончания предварительного расследования могут ознакомиться с материалами уголовного дела, в том числе с вещественными доказательствами,
расследования в течение суток под расписку либо доказательства направления указанного определения представителю юридического лица, в отношении которых оно вынесено, а также потерпевшему. Ссылка суда первой инстанции на справку от 28.12.2016 о том, что с целью ознакомления с определением о возбуждении дела об административном правонарушении ФИО4 осуществлен звонок генеральному директору общества на номер 8-983-507-1-888, несостоятельна, так как принадлежность указанного номера директору общества материалами дела не подтверждается; представитель общества не участвовал в составлении протокола об административном правонарушении, а фактически расписался после его составления; в нарушение части 5.1 статьи 28.7 КоАП РФ срок проведения административного правонарушения неоднократно продлевался сроком на один месяц и в последний раз был продлен без указания на период времени продления административного расследования . В нарушение части 5.2 статьи 28.7 КоАП РФ обществу не вручались копии определений о продлении срока проведения административного расследования в течение суток под расписку, или не высылались его представителю. Общество полагает, что выявленные процессуальные
ЧОО «МАССАДА» ФИО3 обратился в суд с жалобой на указанное постановление, в которой просил отменить постановление, признав его незаконным, производство по делу прекратить, поскольку срок привлечения его к административной ответственности истек. Несчастный случай с работником ООО ЧОО «МАССАДА» произошел <дата> и нарушение в виде не направления извещения о несчастном случае со смертельным исходом в Государственную инспекцию труда Самарской области в течение суток, не обеспечение участия доверенного лица пострадавшего в расследовании несчастного случая, не ознакомление с материалами расследования в трехдневный срок не являются длящимися нарушениями. Кроме того с заявлением об ознакомлении родственники пострадавшего не обращались. Все вмененные в постановлении нарушения не могут в данном случае признаваться длящимися и должностное лицо должно быть освобождено от ответственности ввиду истечения сроков давности, на что обращалось внимание инспектора Государственной инспекции труда. Кроме того, данный несчастный случай с работником ФИО5 не был сокрыт, сразу же в день случившегося было сообщено в правоохранительные органы, составлен акт расследования
Ю.Е. Яничкина; в акте пропущен п. 14 приложения 4 Порядка, а именно, не указаны лица, допустившие нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных актов, явившихся причинами несчастного случая. Помимо вышеизложенного, комиссией по расследованию несчастного случая с обучающимся были нарушены права стороны пострадавшего. В нарушение п. 15 Порядка истец, как родитель несовершеннолетнего пострадавшего, была лишена права на личное участие в расследовании несчастного случая (без включения в состав комиссии), а, следовательно, и права на ознакомление с материалами расследования несчастного случая. У комиссии была возможность получить письменно объяснение от ребенка, однако в нарушение п. 16 Порядка эта обязанность не была исполнена членами комиссии, проводившей расследование несчастного случая с обучающимся. Из полученного акта расследования несчастного случая с обучающимся невозможно проследить соблюдение п. 21 Порядка. ФИО1 не согласна с выводом комиссии, изложенным в п. 12 причиной несчастного случая является несобранность обучающегося при выполнении хореографической нагрузки. Считает, что данный вывод основан лишь на пояснениях хореографа,
