обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Кодекса). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны. Поскольку материалами дела подтверждается, что целью соглашения являлся перевод обязательств на неплатежеспособное лицо, суды первой и кассационной инстанции обоснованно удовлетворили иск, направленный на защиту прав добросовестного кредитора (завода и его акционеров). Доводы кассационной жалобы с учетом изученных материалов истребованного дела не подтверждают наличие оснований для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Руководствуясь статьями 291.6, 291.8, 291.11 Кодекса, судья определил: отказать индивидуальному предпринимателю ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в
№ 35), указали, что к обществу «Форвард» также перешли связанные со статусом заявителя права и обязанности в деле о банкротстве, в том числе предусмотренные статьей 59 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Соглашаясь в целом с выводами судов, судебная коллегия считает необходимым отметить следующее. Суть притязаний заявителя сводилась к тому, что, являясь текущим кредитором должника по выплате вознаграждения и возмещению расходов на процедуру банкротства, в результате переводаобязательств общества «РусБизнесАктив – Кубань» на общество «Форвард» в отсутствие его согласия арбитражный управляющий полностью утрачивает возможность получения причитающихся ему денежных выплат, поскольку цессионарий объективно не способен исполнить данные обязательства в силу собственной финансовой несостоятельности (27.06.2023 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности данного юридического лица). По общему правилу, кандидатура заявителя по делу о банкротстве должника имеет значение при даче арбитражным управляющим своего согласия быть утвержденным арбитражным судом в деле о банкротстве. Как следует из
прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Проверив доводы кассационной жалобы, изучив оспариваемый судебный акт, суд не находит оснований к передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что предметом заключенного 05.09.2012 г. администрацией и Правительством города Москвы соглашения об уступке является уступка администрацией Правительству города Москвы прав требования к истцу без переводаобязательств по государственному контракту. Суды первой и апелляционной инстанции, посчитали, что Правительство города Москвы путем перевода на себя прав и обязанностей по договору аренды на земельный участок № 5 (по ГП), подготовки и принятия распорядительных документов, дающих право истцу строить на данном участке: градостроительный план земельного участка от 14.07.2014 г. и разрешение на строительство от 10.09.2014 г., оказало истцу вместо администрации содействие в исполнении истцом обязательств по государственному контракту. Следовательно, Правительство города Москвы фактически выразило
для заключения соглашения о таком переводе долга не требуется. При этом кумулятивный перевод долга допускается только по обязательствам, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности (абзац второй пункта 1 и пункт 3 статьи 391 ГК РФ). Как разъяснено Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 27 Постановления № 54, если из соглашения кредитора, первоначального и нового должников по обязательству, связанному с осуществлением предпринимательской деятельности, неясно, привативный или кумулятивный перевод долга согласован ими, следует исходить из того, что первоначальный должник выбывает из обязательства (пункт 1 статьи 322, статья 391 ГК РФ). Таким образом, если воля сторон направлена на перевод долга, то в случае заключения трехстороннего соглашения между первоначальным должником, новым должником и кредитором, из которого неясно, заключен ли перевод долга в соответствии с абзацем первым или вторым пункта 1 статьи 391 ГК РФ, указанное соглашение следует рассматривать как направленное на привативный перевод долга, то есть на замену должника в обязательстве, а
что доказательства передачи ФИО6 денежных средств, полученных, по его утверждению от ФИО3, в кассу или на счет Общества в материалы дела не представлены. Истолковав условия соглашения от 31.10.2013 в соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции установил также, что сделка по переводу долга ФИО6 перед ФИО3 на Общество не предусматривает какого-либо встречного предоставления со стороны ФИО6 В связи с этим суд первой инстанции правомерно заключил, что целью сделки являлся безвозмездный перевод обязательства ФИО6 по возврату заемных средств на Общество. Установив, что ФИО6 в рассматриваемый период являлся аффилированным лицом должника, а именно его генеральным директором, суд обоснованно сделал вывод об осведомленности ФИО6 о данных обстоятельствах. Суд выявил, что Общество перечислило ФИО3 7 701 225 руб. 56 коп. в счет погашения задолженности по договору займа. При таком положении суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в результате оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.
на третье лицо кредитором законодательством не предусмотрено, а поэтому на ответчика не может быть возложена обязанность об уплате задолженности, возникшей у УМП «Аксарайское ЖКХ». Кроме того, решения о взыскании задолженности с указанного лица в пользу ООО «Астраханьгазпром» за оказанные жилищно-коммунальные услуги уже были вынесены Арбитражным судом Астраханской области, исполнение которых должно производиться в порядке, установленном Федеральным законом об исполнительном производстве, а не путем предъявления новых исков к третьему лицу. Арбитражные суды правильно указали, что перевод обязательства по оплате задолженности от УМП «Акасарайское ЖКХ» к МО «Аксарайский сельсовет» означает прекращение обязательства у стороны долга, однако прекращение обязательства происходит способами, предусмотренными главой 26 ГК РФ, как-то: надлежащее исполнение, отступное, зачет, прощение долга, невозможность исполнения, ликвидация юридического лица, и т.д. Исполнение обязательства третьим лицом не означает прекращение обязательства у должника. Данная позиция судов первой и апелляционной инстанций соответствует разъяснениям, данным в пункте 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001
имущества отступным без выставления его на торги не могла нарушить права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, поскольку такие лица в деле о банкротстве Общества отсутствовали. В силу специфики условий Контракта перевод обязательств на другое лицо зависит от Министерства обороны Российской Федерации (далее - Минобороны России) на такой перевод и подписания дополнительного соглашения к Контракту, то есть отсутствие согласия второй стороны Контракта на перевод обязательства является препятствием для реализации на торгах такого актива должника. При этом в данной ситуации соглашением не нарушены принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов должника. Таким образом, несоблюдение указанной процедуры реализации имущества должника в рассматриваемом случае, не приведшее к нарушению тех интересов, для защиты которых такая процедура установлена, не может влечь недействительность соответствующей сделки. Указанные выводы сделаны в определении Арбитражного суда Калининградской области от 22.07.2021 по делу № А21-275/2015, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого
то же время, данном случае судами правильно учтено, что ФИО3 является единственным кредитором должника, в связи с чем оспариваемым соглашением не нарушены и принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов должника. Также суды пришли к выводу, что в силу специфики условий инвестиционного контракта перевод обязательств на другое лицо зависит от согласия Министерства обороны Российской Федерации на такой перевод и подписания дополнительного соглашения к инвестиционному контракту, то есть отсутствие согласия второй стороны инвестиционного контракта на перевод обязательства является препятствием для реализации на торгах такого актива должника. В этой связи суд апелляционной инстанции правильно указал, что несоблюдение указанной ФИО1 процедуры реализации имущества должника не привело к нарушению тех интересов, для защиты которых такая процедура установлена, и, соответственно, не может повлечь недействительность рассматриваемой сделки. Ссылка заявителя на то, что собранием кредиторов 15.01.2020 был утвержден проект соглашения без указания стоимости уступаемого актива, как правильно указали суды, не влечет нарушения прав лиц, участвующих в деле
для вывода о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки должника. Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.05.2017 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.10.2016 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Суд кассационной инстанции признал правомерным вывод суда первой инстанции о том, что в результате оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов с учетом того, что целью сделки являлся безвозмездный перевод обязательства ФИО6 по возврату заемных средств на Общество, а также признал обоснованным вывод об осведомленности ФИО6 о данных обстоятельствах ввиду того, что ФИО6 в рассматриваемый период являлся аффилированным лицом должника, а именно его генеральным директором. Вместе с тем, кассационный суд посчитал, что выводы судов относительно осведомленности (неосведомленности) ФИО2 о целях совершения сделки сделаны преждевременно, без надлежащей оценки представленных в дело доказательств, является основанием для отмены обжалуемых судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в
(инвестор) 21.11.2016 заключен инвестиционный договор. По условиям данного договора инвестор вкладывает денежные средства в строительство объекта: многоквартирный четырехэтажный жилой дом по проспекту Бумажников в г. Сыктывкаре (дом № 2), создаваемого застройщиком в результате реализации инвестиционного проекта (п.1.1 инвестиционного договора). П. 1.3 инвестиционного договора определяет объем денежных средств, вкладываемых инвестором – 1000000 рублей. Также в п. 1.3 и 1.4 инвестиционного договора стороны согласовали, что денежные средства уплачены инвестором (ФИО4) ФИО2 02.10.2015. Инвестор (ФИО4) согласен на перевод обязательства ФИО2 перед инвестором на нового должника ООО «...». По договору о переводе долга от 21.11.2016 обязательство ФИО2 перед ФИО4 на сумму 1000000 рублей перешли на нового должника ООО «...». Исходя из содержания договора о переводе долга от 21.11.2016 в совокупности с п. 1.3 и 1.4 инвестиционного договора суд пришел к выводу о том, что задолженность ФИО2 перед ФИО4 по устной сделке в части 1000000 рублей перешла к ООО «...». Данное лицо стало новым должником
взыскать госпошлину в размере <данные изъяты> рублей. В судебное заседание истец не явилась, была извещена надлежащим образом, просит рассмотреть дело в ее отсутствие. Ответчик ФИО2, в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом. Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, просит дело рассмотреть в его отсутствие с учетом его отзыва на иск, согласно которому считает, что ответственность за договор несет лицо, которое его заключало. В данном случае,должником по кредитному договору является Истец. Перевод обязательства по погашению части задолженности на Ответчика не являющегося стороной обязательства, является по существу переводом долга. Однако в соответствии с п.1 ст.391 ГК РФ перевод долга на другое лицо допускается только с согласия кредитора. Также считает, что законодательство РФ не предусматривает в качестве основания для изменения кредитного договора - расторжение брака или раздел имущества супругов, Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон. Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам. Согласно ч.1 ст.33 Семейного
время к ней подъехал ФИО3 и сообщил, что обязательства по договору будет выполнять лично он, также сообщил ей об изменении цены в сторону уменьшения, так как им была предложена другая фурнитура. Она считала, что Николай является сотрудником ИП ФИО2 На ее предложение заключить дополнительное соглашение, Николай заверил ее, что будут исполняться обязательства в рамках заключенного договора (за исключением цены). Уже в процессе общения она поняла, что Николай не является сотрудником ИП ФИО2 Таким образом, перевод обязательства произведен без согласования с ней, согласия она не давала и была поставлена перед фактом уже в процессе работы Николая. Работы по установке двери в душевой были произведены, а работы по изготовлению и установке перегородки в комнате затянулись под разными причинами и оговорками. Реально работы по установке начались примерно в 2014 году. Сначала при доставке изделия половина перегородки разбилась, в связи с чем, были установлены только направляющие и половина перегородки. Потребовалось время для поиска стекла
между сторонами в равных долях, также удовлетворению не подлежит. В соответствии со ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Статья 310 ГК РФ предусматривает, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Перевод обязательства по погашению ссудной задолженности на ответчика ФИО2, который не является стороной кредитного договора, расценивается судом как перевод долга. В силу ст. 391 ГК РФ перевод должником своего долга на другое лицо допускается лишь с согласия кредитора. К форме перевода долга соответственно применяются правила, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 389 настоящего Кодекса. Из письменного отзыва представителя ЗАО «Банк ВТБ 24» усматривается, что банк выражает категорическое несогласие с распределением обязательств между истцом и ответчиком
