Получение неисключительных прав - гражданское законодательство и судебные прецеденты

31.12.2017 инспекцией составлен акт и принято решение о доначислении налога на прибыль в сумме 8 013 266 рублей, соответствующих сумм пени и штрафа. Основанием для доначисления налога на прибыль в сумме 8 013 266 рублей послужил вывод инспекции о совершении сделок, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем передачи товарного знака с целью перераспределения имущества между взаимозависимыми лицами. Не согласившись с решением инспекции в указанной части, общество обратилось в арбитражный суд. При рассмотрении дела судами установлено, что обществом с индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее - предприниматель) заключен лицензионный договор от 07.06.2010 № 404681 на использование товарного знака «А-Лен A-Len». Договором предоставлялась неисключительная лицензия на использование исключительного права на товарный знак для производства и введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации красящей добавки к полипропилену и полиэтилену на основе карбоната кальция и предусмотрена была ежемесячная уплата роялти (вознаграждения) с момента государственной регистрации договора в рублях за один килограмм ввозимой продукции

для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суды, руководствуясь положениями статьи 166, 1236 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», учитывая разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», установив, что спорный договор является возмездным, предполагает получение обществом с ограниченной ответственностью «Эпизод» платы за использование неисключительного права на использование комплекса исключительных прав и не соответствует критериям крупной сделки, которая подлежит одобрению. Доводы кассационной жалобы аналогичны доводам, заявлявшимся обществом в судах нижестоящих инстанций, которым дана надлежащая правовая оценка, Иное толкование заявителем норм действующего законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального права. Таким образом, доводы кассационной жалобы выводов судов не опровергают и не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального

нужд» контракт заключается на условиях, указанных в извещении о проведении открытого аукциона и документации об аукционе, по цене, предложенной победителем аукциона, либо в случае заключения контракта с участником аукциона, который сделал предпоследнее предложение о цене контракта, по цене, предложенной таким участником. Как установлено судом и подтверждено материалами дела Администрацией города Сочи проводился открытый аукцион в электронной форме (извещение № 0118300018712000495) на выполнение работ по технико-технологической поддержке информационных систем города Сочи: в том числе получение неисключительных прав (корпоративная лицензия OLR) на программное обеспечение, с целью оснащения пользователей администрации города Сочи лицензионным программным обеспечением в рамках реализации пункта 3.3 городской целевой программы «Электронный Сочи» на 2010 -2012 годы. По результатам открытого аукциона победителем признано ЗАО «Ай-Теко», с которым 17.10.2012 администрацией города Сочи заключен муниципальный контракт № А025/12. Во исполнение условий контракта обществом выполнены необходимые работы и заказчику переданы лицензии на право использования программных продуктов. Факт передачи работ подтвержден актом сдачи приемки

договора стороны установили, что неисключительные права использования БД предоставляются субсублицензиату с момента направления последнему по электронной почте кода доступа к БД и на срок, указанный в «Спецификации на БД». Согласно пункту 1.8 контракта Субсублицензиат взял на себя обязательства принять и оплатить права использования БД. Волеизъявление ответчика было направлено на получение неисключительных прависпользования электронной системы «Система Главбух», а истца – на получение за переданные неисключительные права вознаграждения. Товар, в данном случае неисключительные права, был передан истцом ответчику, а ответчиком был принят, что подтверждается подписанным сторонами электронными подписями Актом приема-передачи неисключительных прав от 30.04.2021, в котором в том числе указано, что Сублицензиат выполнил все обязательства по контракту в полном объеме в срок с надлежащим качеством, Субсублицензиат претензий к Сублицензиату не имеет, что предусматривает передачу Ответчику кода доступа к базе данных. Правоотношения сторон по вышеуказанному договору предусматривают оплату полученного права на использование таких прав, в данном случае оплату за право на использование электронной

к выводу, что использование Обществом исключительных прав на телесериалы «Цвет Пламени», «Телохранитель-2» и «Телохранитель-3» до отчуждения данных прав в пользу третьего лица New Century Distribution LLC осуществлялось в течение периода, не превышающего 12 месяцев, в связи с чем указанные права на спорные телесериалы не подлежат признанию в качестве нематериальных активов. Отклоняя довод Инспекции о том, что до момента приобретения Обществом исключительных прав на спорные телесериалы, налогоплательщик фактически пользовался ими, на основании договоров на получение неисключительных прав (лицензионные договоры) и договоров дальнейшей возмездной передачи полученных прав третьим лицам, суды указали, что приобретение неисключительных прав на результаты интеллектуальной собственности препятствует их признанию нематериальными активами, вне зависимости от их фактического использования налогоплательщиком в целях извлечения прибыли. Также судами признан правомерным и обоснованным учет Обществом стоимости приобретенных прав на телесериалы, не удовлетворяющих критерию нематериальных активов, в целях бухгалтерского учета в качестве расходов будущих периодов, до момента списания их в состав текущих расходов, как

ответчику не предъявлялись, а предъявленные истцом ответчику претензии касались ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору на внедрение программного обеспечения №378-3/389/01/06 от 06.07.2006. В соответствии с частью 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство. Из изложенного следует, что истец и ответчик исполнили обязательства по договору №378-2/359/01/06 от 29.06.2006 в вышеуказанной части надлежащим образом, при этом истец в соответствии с условиями раздела 4 договора №378-2/359/01/06 от 29.06.2006 уплатил ответчику вознаграждение за получение неисключительных прав на использование программного продукта, и на использование новых версий данного программного продукта, поименованных в указанном договоре и переданных ответчиком истцу по вышеуказанным актам приема-передачи, а ответчик, в свою очередь передал истцу указанный программный продукт и его обновленные версии, оплаченные истцом. Таким образом, судом установлено и материалами дела подтверждено, что истцом не доказан факт ненадлежащего выполнения ответчиком обязательств по договору №378-2/359/01/06 от 29.06.2006, в то время как действия истца по подписанию вышепоименованных актов приема-передачи,

одностороннего отказа сублицензиата от исполнения сублицензионного договора, а также возврат лицензионного вознаграждения в случае заявления о таком отказе. Стороны вправе согласовать данные условия в договоре в соответствии с положениями ГК РФ о свободе договора. Пунктами 6.4 Договора стороны определили, что лицензионное вознаграждение возврату не подлежит. Сублицензионный договор по форме и содержанию соответствует требованиям части 4 ГК РФ. Передача истцу неисключительного права пользования программой осуществлена по акту приема- передачи. Подписанием акта приема-передачи истец подтвердил получение неисключительных прав пользования программой ЭВМ, их активацию, а также отсутствие претензий к содержанию программы, объему (количеству, комплектности) полученных прав. Способы и пределы использования переданных прав изложены в договоре. Пункты 12.1, 12.2 Договора также содержат подтверждение истцом того факта, что ему известны и понятны функциональные характеристики программного обеспечения (назначение, область применения и основные функциональные возможности программы). Договор исполнен сторонами, исполнение принято сторонами, односторонний отказ сублицензиата от исполнения договора ни законом, ни договором не предусмотрен. Доказательства нарушения

неисключительного права на использование полезной модели «Съемный напольный коврик транспортного средства», охраняемой патентом Российской Федерации № от 19.09.2016г., по условиям которого ФИО2 (лицензиар) предоставил ООО «Мириада» (лицензиат) неисключительную лицензию на использование полезной модели на территории Краснодарского края, в целях предложения к продаже, продаже и иного введения в хозяйственный оборот продукта, изготовленного на основе полезной модели «Съемный напольный коврик транспортного средства», охраняемой патентом Российской Федерации №. В соответствии с п.4.1 данного договора Лицензиат за получение неисключительного права на условиях настоящего договора обязуется уплачивать Лицензиару фиксированное вознаграждение в размере 200 000 рублей за отчетный период, который составляет 12 месяцев с момента подписания договора. При этом, доводы ответчика о мнимости договора суд считает недоказанными, поскольку истцом в подтверждение исполнения договора представлена копия платежного поручения № от 22.09.2016г., подтверждающего перечисление ему ООО «Мириада» денежных средств во исполнение указанного договора от 19.09.2016г. в размере 200 000 рублей. Ссылка ответчика на заключение договора на нерыночных

появлялась, трудовые функции не исполняла, по поручению и с ведения Ответчика либо его представителя к трудовым обязанностям не приступала. Более того, вопреки доводам Истицы о ведении бухгалтерской деятельности посредством доступа в программу СБИС отмечают следующее: поскольку сертификат ключа доступа к программному комплексу СБИС бывшим директором Ответчику не передавался, <дата> Ответчик обратился с заявлением на изготовление сертификата ключа проверки электронной подписи в ООО «Компания Тензор». <дата>. ответчик заключил сублицензионный договор с ООО «Тензор-Удмуртия» на получение неисключительного права использования программного комплекса СБИС, а именно, права регистрации одного сотрудника в СБИС с подписью на внешнем носителе арт. Н. <дата>. Ответчик заключил договор на бухгалтерское обслуживание с ООО Консалтинговая Компания «КапиталЪ», ввиду чего Истица ни коем образом не могла осуществлять трудовые функции в должности главного бухгалтера. Из положений сублицензионного договора следует, что доступ к аккаунту СБИС передается только одному сотруднику, что исключает возможность получения доступа новым директором Общества к старому аккаунту СБИС. Доступ

также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; - в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации. Кроме того, по лицензионному договору от 26.02.2019 было предоставлено право на использование товарного знака по свидетельству № 266060 на территории Российской Федерации в отношении всех товаров, включенных в пять классов МКТУ (06, 08, 14, 21 и 26) и в отношении услуг, включенных в два класса МКТУ (35 и 42). За получение неисключительного права использования объекта интеллектуальной собственности на условиях данного договора лицензиат обязался выплачивать лицензиару ежеквартальное фиксированное вознаграждение в размере 60000 рублей. При определении стоимости права использования спорного товарного знака необходимо учитывать способ его использования нарушителем, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования. Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в случае, если судом