доли лицо, действующее разумно и добросовестно, имеет право и обязано проявить заинтересованность относительно сделок общества. При этом, он может отказаться от приобретения такой доли, если полагает, что такие сделки или решения совершены в нарушение интересов общества. Как указали суды, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что истец, проявляя должную степень осмотрительности, заботливости и внимательности, был лишен возможности до заключения договора купли- продажи долей провести оценку приобретаемых долей, тогда как воля истца была направлена на получение прав по владению долей общества. Учитывая, что истец не доказал наличие обстоятельств, которые бы могли свидетельствовать о том, что ответчик при заключении договора намеренно умолчал об обстоятельствах, зная о которых, истец не выразил бы свою волю на их заключение, принимая во внимание, что доказательств того, что сведения о наличии у общества задолженности перед ФИО2 на момент совершения сделки имели существенное значение для заключения сделки купли-продажи 100% доли, истцом также не представлено, пришли к выводу об
рассматриваться комплексно в их системной связи. Спорные акты не являлись самостоятельными соглашениями о зачете встречных требований по смыслу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, а выступали в качестве документов, определяющих сальдо взаимных предоставлений между подрядчиком и заказчиком, где цены указаны лишь для эквивалентности определения предоставлений в стоимостном выражении. Стороны соглашений фактически договорились, что общество как заказчик рассчитывается с должником как подрядчиком за выполненные работы путем передачи прав на квартиры. Конечной целью обеих сторон являлось получение прав на квартиры для их дальнейшей перепродажи, которая выступала в качестве средства финансирования строительства дома «своими силами» во избежание привлечения дорогостоящих кредитов из внешних источников. Заявитель обращает внимание, что указанные договоренности о расчетах за выполненные работы квартирами были закреплены одновременно как в договоре подряда, так и в договорах долевого участия в строительстве. Вывод судов о расчете сторон деньгами противоречит выбранной сторонами модели конкретного строительного проекта. По мнению ответчика, судами не учтено, что подписание спорных актов
апелляционного суда от 17.05.2019 по делу № А40-242423/2017, а потому за акции регистраторского общества «Статус» как предмета сделки истцу полагалось уплатить справедливую цену. Передача акций регистратора Р.О.С.Т. не являлась расчетом за акции, а имела иную цель, а именно в обход преимущественного права ответчиков - акционеров регистраторского общества «Статус», приобрести спорный пакет акций (3 872 акции). При этом ФИО1 является одним из мажоритарных акционеров регистратора Р.О.С.Т. Действия ФИО1 при заключении договора мена были направлены на получение прав миноритарного акционера регистраторского обществ «Статус» и получение доступа к информации о конкурирующем обществе. Поэтому позиция заявителя о том, что расходы, понесенные им в связи с оплатой акций, следовало рассчитывать исходя из рыночной стоимости пакета акций регистратора Р.О.С.Т. несостоятельна и противоречит существу правового регулирования отношений, которые стороны действительно имели ввиду (купля-продажа акций регистраторского общества «Статус») и с очевидностью противоречит принципу добросовестности. Права и обязанности покупателей по прикрываемой сделке (по договору купли-продажи) переведены на ответчика в
норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Между тем, таких оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу, и доводов кассационной жалобы заявителя не установлено. Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, исполнительным комитетом Лаишевского района Республики Татарстан необоснованно созданы преимущества для ФИО1 и ФИО25 на получение прав на земельные участки, исключена возможность эффективного распоряжения данными участками, в связи с чем данные действия привели или могли привести к ограничению конкуренции, связанной с правом других лиц обратиться с заявлением о предоставлении земельного участка в аренду и приобрести его на равных условиях. Вместе с тем, принимая обжалуемые судебные акты, руководствуясь положениями статей 41.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статьями 209, 212 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 28-30, 30.1 Земельного
названным Кодексом. Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе. В обоснование своих доводов заявитель кассационной жалобы указывает, что суды пришли к неверному выводу о том, что спорный договор не прекратил свое действие, так как ими не было учтено то, что спорный договор является рамочным, по условиям которого, по мнению истца, каждая заявка на получение прав на программу ЭВМ является отдельным договором, и считает, что направление претензии от 03.07.2019 № АС-2019-045 следует расценивать как отказ от соответствующей заявки, соответственно вывод судов о том, что истец не утратил свое право, нарушает баланс интересов сторон. Заявитель кассационной жалобы также отмечает, что после вынесения постановления судом апелляционной инстанции, им 08.11.2019 в адрес ответчика была направлено уведомление об отказе от договора, а значит на сегодняшний день спорный договор расторгнут. Таким образом, в кассационной жалобе,
противоправного поведения Департамента градостроительства. При этом предписание не налагает на заявителя не предусмотренных действующим законодательством обязанностей, не нарушает права и законные интересы Департамента градостроительства и не влечет для заявителя негативных последствий. Таким образом, поскольку исходя конкретных обстоятельств дела, антимонопольный орган выдал предписание о недопущении Департаментом градостроительства вышеуказанных фактов, в частности создание преимущественных условий деятельности отдельным хозяйствующим субъектам, путем предоставления земельного участка, находящееся в муниципальной собственности в обход публичных процедур (при наличии нескольких претендентов на получение прав на данный земельный участок), апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что оспариваемое предписание возлагает на Департамент градостроительства общую обязанность по соблюдению законодательства, в частности земельного законодательства. Апелляционная коллегия соглашается с доводом антимонопольного органа о том, что предписание направлено на защиту конкурентной среды, гражданских прав хозяйствующих субъектов, отвечает критерию определенности правовых норм и не умаляет самостоятельности органов местного самоуправления. Учитывая обстоятельства рассмотренного дела, предписание является соразмерным, эффективным, обоснованным и
суд не усмотрел в данном случае оснований для применения реституции (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса российской Федерации), и сослался на решение налоговой инспекции, которым установлено получение должником необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения из бюджета НДС. Как следует из решения налоговой инспекции и пояснений конкурсного управляющего должника общество получило у ЗАО «Агрокомплекс», ЗАО «Птицефабрика Дружба», ООО «Холдинговая компания-агрофирма Россия» права требований к должнику. При этом на аналогичную сумму общество было обязано должнику за получение прав требований к ЗАО «Темижбекское зерновое предприятие», ЗАО «Титан», ООО «Крымский зерновой комплекс». Обоюдные требования должника и общества были зачтены 1 июля 2015 года, то есть должник перестал быть должен 297 248 555 рублей тройке кредиторов (ЗАО «Агрокомплекс», ЗАО «Птицефабрика Дружба», ООО «Холдинговая компания-агрофирма Россия»), но уступил обществу свои требования на ту же сумму к ЗАО «Темижбекское зерновое предприятие», ЗАО «Титан», ООО «Крымский зерновой комплекс». При этом апелляционный суд, сделав вывод о фиктивности документооборота, не
от 28.05.2007 по делу № А27-17112/2006-3 Арбитражный суд Кемеровской области в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произвел замену взыскателя (МУП «Коммунальные котельные и тепловые сети») на предпринимателя ФИО2 В связи с неисполнением должником обязательства по оплате задолженности ВРООИ «Планета» предъявило к этому учреждению и субсидиарному должнику (главному распорядителю бюджетных средств) требование о взыскании 171 611 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами согласно статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на получение прав требования от ФИО2 по договору уступки от 10.10.2008 № 10/10/1 с учетом дополнительного соглашения от 11.10.2008. Из содержания части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вытекает право заинтересованного лица обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав и законных интересов. Однако при удовлетворении иска в сумме 63 267 рублей 86 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами суд первой инстанции не выяснил основания возникновения у ВРООИ «Планета» права требования по основному обязательству,
дебиторской задолженности в виде прав требования к ФИО4 суд первой инстанции необоснованно принял во внимание возражения конкурсного управляющего ФИО2, связанные с невозможностью взыскания данной задолженности в ходе исполнительного производства, а также с низкой стоимостью подлежащих реализации прав требования согласно представленной справке оценщика. В данном случае возможная существенная разница между рыночной стоимостью принадлежащих должнику прав требования и затратами на проведение процедуры продажи их на торгах не могут являться препятствием для выражения воли уполномоченного органа на получение прав требования должника по соглашению об отступном одновременно с определением способа возмещения расходов конкурсного управляющего. У суда первой инстанции не имелось правовых оснований для отклонения жалобы уполномоченного органа на действия конкурсного управляющего ФИО2 по списанию дебиторской задолженности. Суд апелляционной инстанции не устранил допущенное судом первой инстанции нарушение норм Закона о банкротстве. Учитывая установление всех обстоятельств по данному обособленному спору, суд кассационной инстанции считает возможным принять в этой части новый судебный акт о признании незаконными действий
