организационно-распорядительных документов Генерального прокурора Российской Федерации; оспаривание судебных постановлений по соответствующей категории дел, а также подготовка процессуальных документов (отзывов, возражений и др.); контроль за организацией и осуществлением в прокуратурах субъектов Российской Федерации прокурорского надзора за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью органов федеральной службы безопасности (за исключением вопросов, отнесенных к компетенции военных прокуроров); контроль за организацией и осуществлением в нижестоящих прокуратурах прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении органами МВД России, СК России, ФСИН России, ФТС России уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности в сфере противодействия экстремизму и терроризму; контроль за организацией и осуществлением в нижестоящих прокуратурах прокурорского надзора за исполнением законодательства о межнациональных отношениях, противодействии экстремизму и терроризму; организация проверок достоверности сведений, изложенных в анкетах кандидатов на должности судей федеральных судов, а также подготовка материалов к заседаниям Комиссии при Президенте Российской Федерации по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей федеральных судов; участие в правотворческойдеятельности во взаимодействии с правовым управлением, другими подразделениями Генеральной
мая 2011 г. № 7-П). В постановлении от 19 апреля 2021 г. № 14-П Конституционный Суд Российской Федерации закрепил следующую позицию: положения федерального законодательства не предполагают возможности для органов местного самоуправления - вопреки их конституционному предназначению и разграничению компетенции между Российской Федерацией, ее субъектами и органами местного самоуправления в сфере регулирования имущественных отношений - самостоятельно, в качестве первичного нормотворчества вводить несоразмерные ограничения нестационарной торговли на придомовой территории, порождая тем самым произвольные препятствия для законной предпринимательской деятельности и ограничивая право собственника (участников долевой собственности) распоряжаться своим имуществом; собственники помещений в многоквартирном доме, реализуя правомочие, закрепленное пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, вправе предоставлять принадлежащий им земельный участок (его часть) для размещения нестационарных торговых объектов. При этом размещение таких объектов не должно нарушать интересы иных лиц и противоречить нормативным актам, принятым правотворческими органами в пределах их компетенции; следовательно, торговая деятельность , будучи дополнительным (факультативным) видом использования
Российской Федерации. В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 14-П, положения федерального законодательства не предполагают возможности для органов местного самоуправления - вопреки их конституционному предназначению и разграничению компетенции между Российской Федерацией, ее субъектами и органами местного самоуправления в сфере регулирования имущественных отношений - самостоятельно, в качестве первичного нормотворчества вводить несоразмерные ограничения нестационарной торговли на придомовой территории, порождая тем самым произвольные препятствия для законной предпринимательской деятельности и ограничивая право собственника (участников долевой собственности) распоряжаться своим имуществом; собственники помещений в многоквартирном доме, реализуя правомочие, закрепленное пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, вправе предоставлять принадлежащий им земельный участок (его часть) для размещения нестационарных торговых объектов. При этом размещение таких объектов не должно нарушать интересы иных лиц и противоречить нормативным актам, принятым правотворческими органами в пределах их компетенции; следовательно, торговая деятельность , будучи дополнительным (факультативным) видом использования указанного участка, допустима
- Постановление Пленума ВС РФ № 50) указано, что признаками, характеризующими нормативный правовой акт, являются: -издание его в установленном порядке управомоченным органом государственной власти, органом местного самоуправления, иным органом, уполномоченной организацией или должностным лицом, -наличие в нем правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределенного круга лиц, рассчитанных на неоднократное применение, направленных на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений. Вместе с тем, признание того или иного акта нормативным правовым во всяком случае зависит от анализа его содержания, который осуществляется соответствующим судом. Таким образом, основополагающим признаком отнесения правового акта к нормативным, с целью определения суда при его оспаривании, является наличие в нем правовых норм (правил поведения), обязательных для неопределенного круга лиц, рассчитанных на неоднократное применение, направленных на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений. В соответствии со статьей 2 Закона Иркутской области от 12.01.2010 № 1-оз «О правовых актах Иркутской области и правотворческойдеятельности в
(например, постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29 июля 2014 года по делу № А58-7168/2013, от 13 марта 2015 года по делу № А69-20652014, от 22 июня 2015 года по делу № А69-3106/2014 и от 25 июля 2019 года по делу № А19-29955/2018). Отсутствие в Иркутской области закона, устанавливающего в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 9 статьи 16 Закона № 171-ФЗ дополнительные ограничения времени розничной продажи алкогольной продукции, и регулирование данного вопроса лишь на уровне нормативного правового акта органа исполнительной власти, в любом случае не может служить основанием для привлечения Общества к административной ответственности. В этой связи ссылки заявителя апелляционной жалобы, что аналогичная ситуация в настоящее время сложилась еще в целом ряде субъектов Российской Федерации, не могут быть приняты во внимание при разрешении вопроса о привлечении к административной ответственности, поскольку такие субъекты Российской Федерации самостоятельно выбрали удобный им способ правотворческойдеятельности в
из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, а также отзыва Агентства лесного хозяйства от 13.07.2015г. на заявление ДНП «СЕРЕБРЯНЫЙ БОР» в обоснование наличия у Агентства лесного хозяйства Иркутской области полномочий на принятие распоряжения от 22.05.2015г. № 872-агр «Об отмене распоряжения от 13.10.2014г. № 2783-агр «Об утверждении акта выбора» ответчик ссылается на пункт 8 Положения об агентстве лесного хозяйства Иркутской области, утвержденный постановлением администрации Иркутской области от 31.10.2007г. № 237-па и статью 13 Закона Иркутской области от 12 января 2010 года № 1-оз «О правовых актах Иркутской области и правотворческойдеятельности в Иркутской области». Вместе с тем, арбитражный суд не может согласиться с данными доводами ответчика. При этом суд исходит из следующего. Согласно положениям статьи 2 Лесного кодекса Российской Федерации лесное законодательство состоит из настоящего Кодекса, других федеральных законов и принимаемых в соответствии с ними законов субъектов Российской Федерации. На основании и во исполнение настоящего Кодекса, других федеральных законов, законов субъектов
на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие). Как следует из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, а также отзыва агентства лесного хозяйства Иркутской области на заявление ДПК «САДКО» в обоснование наличия у агентства лесного хозяйства Иркутской области полномочий на принятие оспариваемого распоряжения заинтересованное лицо ссылается на пункт 8 Положения об агентстве лесного хозяйства Иркутской области, утвержденного постановлением администрации Иркутской области от 31.10.2007г. № 237-па, и статью 13 Закона Иркутской области от 12 января 2010 года № 1-оз «О правовых актах Иркутской области и правотворческойдеятельности в Иркутской области». Вместе с тем, арбитражный суд не может согласиться с позицией агентства лесного хозяйства Иркутской области по следующим основаниям. Согласно положениям статьи 2 Лесного кодекса Российской Федерации лесное законодательство состоит из настоящего Кодекса, других федеральных законов и принимаемых в соответствии с ними законов субъектов Российской Федерации. На основании и во исполнение настоящего Кодекса, других федеральных законов, законов субъектов
акт. Постановления Правительства Иркутской области подписываются Губернатором Иркутской области. Как усматривается из содержания оспариваемого нормативного правового акта, он принят в форме постановления, подписан Губернатором Иркутской области. Таким образом, форма и вид нормативного правового акта соблюдены при его принятии. Проверяя правила введения нормативного правового акта в действие, в том числе порядок опубликования и вступления его в силу, суд установил, что постановление Правительства Иркутской области от 13 ноября 2014 года № 567-пп «О переводе земельных участков» в соответствии со статьей 54 Закона Иркутской области «О правовых актах Иркутской области и правотворческойдеятельности в Иркутской области» опубликовано в общественно-политической газете «Областная» 5 декабря 2014 года № 137 (л.д.71 том 1), которая учреждена для обнародования (официального опубликования) правовых актов органов государственной власти Иркутской области на основании Закона Иркутской области от 12 марта 2010 года № 10-ОЗ. Постановление Правительства Иркутской области от 13 ноября 2014 года № 567-пп «О переводе земельных участков» вступило в
Алтайскому краевому Законодательному Собранию о признании недействующим в части со дня вступления решения суда в законную силу Положения об аппарате Алтайского краевого Законодательного Собрания, утвержденного постановлением от ДД.ММ.ГГ *** (далее - Положение). В обоснование административных исковых требований указано, что оспариваемый нормативный правовой акт принят уполномоченным на то органом государственной власти Алтайского края в целях регламентации деятельности его аппарата по непосредственному обеспечению реализации полномочий Алтайского краевого Законодательного Собрания и его структурных подразделений. В соответствии с подпунктом 3 пункта 7 Положения к числу функций аппарата Алтайского краевого Законодательного Собрания (далее - Аппарат) отнесено осуществление, помимо правовой и антикоррупционной, иных экспертиз законопроектов и проектов иных правовых актов, внесенных в Алтайское краевое Законодательное Собрание субъектами права законодательной инициативы. Между тем, законом Алтайского края от ДД.ММ.ГГ *** «О правотворческойдеятельности » предусмотрено, что правотворческие органы в пределах своих полномочий организуют и проводят внутреннюю, включающую в себя правовую и лингвистическую, а также антикоррупционную экспертизы проектов нормативных
