2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО6 и ФИО7» указано следующее. Обстоятельства фальсификации доказательств как уголовно наказуемого деяния не составляют предмета доказывания по гражданскому делу. Данные фактические обстоятельства выходят за рамки объективных пределов законной силы судебного решения, вынесенного в гражданском судопроизводстве, и составляют предмет доказывания по уголовному делу , возбужденному по признакам соответствующего преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации. Исходя из того, что установленные федеральным законом механизмы признания и опровержения преюдициальной силы судебных актов подлежат судебному контролю в том числе с точки зрения их соответствия конституционным принципам независимости суда и обязательности судебных решений и с учетом конституционного содержания права на судебную защиту, в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь
преступного умысла, тогда как подложность документов может быть установлена только вступившим в законную силу судебным актом: решением или приговором суда, которые в данном деле отсутствуют. При этом данные, указывающие на подлог или фальсификацию доказательств, исследуются в процедурах, установленных уголовно-процессуальным законом. Обстоятельства фальсификации доказательств как уголовно наказуемого деяния не составляют предмета доказывания по гражданскому делу. Данные фактические обстоятельства выходят за рамки объективных пределов законной силы судебного решения, вынесенного в гражданском судопроизводстве, и составляют предмет доказывания по уголовному делу , возбужденному по признакам соответствующего преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации , о чем отмечено в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П. Арбитражным процессуальным законодательством возможность устанавливать подложность документа, доказательства по делу предусмотрена в рамках рассмотрения спора по существу. Правовая оценка соответствующих документов может быть дана арбитражным судом при рассмотрении дела наряду с иными обстоятельствами, необходимыми для его разрешения, но не в самостоятельном порядке. В рамках рассмотрения настоящего дела истцом
предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства. Так, преюдициальным значением применительно к части 4 статьи 69 АПК РФ имеет факт совершения определенных действий определенным лицом, обстоятельства совершения правонарушения как уголовно наказуемого деяния, которые не составляют предмета доказывания по гражданскому делу. Данные фактические обстоятельства выходят за рамки объективных пределов законной силы судебного решения, вынесенного в гражданском судопроизводстве, и составляют предмет доказывания по уголовному делу , возбужденному по признакам соответствующего преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации. Названная норма не препятствует лицу, в отношении которого был вынесен обвинительный приговор, защищать свои права и законные интересы, отстаивать свою позицию в рамках гражданского судопроизводства в полном объеме на основе принципов состязательности и равноправия сторон. Она, напротив, направлена на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых судом постановлений. При этом, в силу статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации возмещение вреда,
банка вреда, причиненного преступлением в размере 4 943 696 071 руб. 02 коп. (5 160 850 886 руб. 04 коп. - 143 172 714 руб. - 73 982 101 руб. 02 коп.). Суд общей юрисдикции установил, что размер ущерба, причиненного преступлением доказан, вступившим в законную силу приговором суда установлена вина ответчиков в причинении вреда, размер ущерба определен на основании проведенной при рассмотрении уголовного дела судебной экспертизы, обстоятельства причинения материального ущерба входили в предмет доказывания по уголовному делу и являлись квалифицирующими признаками инкриминируемого ответчикам преступления. В силу частей 3 и 4 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда
по жалобе ФИО1 в части обжалования постановления заместителя начальника ОД ОМВД России по Волоколамскому району майора полиции А от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении ходатайств ФИО1 и ФИО2 об истребовании сведений прекращено как не подлежащую рассмотрению в таком порядке. В кассационной жалобе заявитель ФИО1 просит отменить постановление суда, как незаконное и необоснованное, указывает на то, что решение принято судом без исследования материалов уголовного дела, выводы суда предрешают исход уголовного дела, судья сократила предмет доказывания по уголовному делу , выводы суда противоречивы. Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения. В соответствии со ст.125 УПК РФ в судебном порядке обжалуются решения и действия (бездействия) дознавателя, следователя, прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Судья, рассматривая жалобу, обязан проверить законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, следователя, прокурора. Под законностью понимается соблюдение норм
которых возбуждено уголовное дело, к участию в уголовном деле был привлечен ФИО7, относительно которого в ходе допроса в качестве свидетеля следователь хотел получить у него сведения, тем самым он пытался доказать вину ФИО6 в совершении преступления, что является недопустимым и нарушает фундаментальное право подозреваемого (обвиняемого) на защиту и посягает на адвокатскую тайну. Обращает внимание на то, что ФИО6 подозревается в получении взятки именно за покровительство незаконной коммерческой деятельности в <адрес>. Таким образом, предмет доказывания по уголовному делу , по которому он допрошен в качестве свидетеля, и предмет доказывания по уголовному делу в отношении ФИО8 и других лиц один и тот же – незаконная коммерческая детальность в <адрес>. Кроме того, копия протокола допроса ему не была вручена, в связи с чем он был лишен права на доступ к правосудию, поскольку фактически лишился возможности обжаловать в суд следственные действия; также считает, что незаконно подвергся процессуальному принуждению в виде обязательства о явке.
