Принимает решение по внутреннему убеждению - гражданское законодательство и судебные прецеденты

разъяснений и др.) и принимают самостоятельное решение о направлении в суд заявления об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы. Такой порядок применения данной меры государственного принуждения позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, который вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. В свою очередь, суд оценивает доказательства, представленные как государственным (муниципальным) служащим, так и его супругой (супругом) и - с особенностями, установленными процессуальным законодательством, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, позволивших приобрести соответствующее имущество, по своему внутреннему убеждению . Приведенное законодательное регулирование,

кассационной инстанции, содержащиеся в определении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 24 декабря 2020 года. Кроме того, суд кассационной инстанции указал, что принимает во внимание и то, что в течение более чем трех лет данное уголовное дело не получило своего окончательного разрешения, что повлекло нарушение прав шестидесяти потерпевших на судопроизводство и на исполнение судебного акта в разумный срок. Однако приняв по изложенным основаниям решение о вынесении частного определения, судебная коллегия Первого кассационного суда общей юрисдикции не учла, что установленные при кассационном рассмотрении дела нарушения судом апелляционной инстанции требований уголовно- процессуального закона, в частности ст. 87, 88 УПК РФ, явились основанием для отмены апелляционного определения от 15 февраля 2021 года, а также оставила без внимания то, что собранные по делу доказательства оценивались судом апелляционной инстанции по своему внутреннему убеждению , тогда как по смыслу закона, частное определение выносится не при любом нарушении закона, допущенном нижестоящим судом, а только в случаях, если

не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед иными доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами. Одновременно следует учитывать квалификацию эксперта, выяснять, были ли ему представлены достаточные материалы и надлежащие объекты исследования. Игнорирование этого правила, некритическое отношение к фактическим данным, содержащимся в заключении эксперта, может привести к принятию незаконного решения по делу. В связи с изложенным суд не соглашается с выводами эксперта и принимает решение по внутреннему убеждению , а также в соответствии со сложившейся судебной практикой об удовлетворении требований заявителя. Использование в полном и сокращенном фирменном наименовании ООО «РОСАГРОКОРПОРАЦИЯ» части «Рос» как при визуализации, так и при звучании явно ассоциируется с наименованием «Российская Федерация» или «Россия», а также словами, производными от этого наименования. При этом не имеется необходимости в проведении психолингвистического эксперимента. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в полном и сокращенном наименовании ООО «РОСАГРОКОРПОРАЦИЯ» содержится

(№261114/5685026/01).Таким образом, комиссия пришла к выводу, что в документации конкурса отсутствовал единый механизм оценки и сопоставления заявок конкурсантов, и члены конкурсной комиссии оценивали поступающие заявки по своему внутреннему убеждению. Указанная ситуация свидетельствует о возможности произвольного толкования установленных критериев и, соответственно, создания для отдельных участников конкурсного отбора преимущественных условий, что свидетельствует о возможности ограничения конкуренции в ходе процедур конкурсного отбора. Факт того, что члены конкурсной комиссии принимали решение об определении победителя не по установленным критериям оценки и сопоставления заявок участников, а по своему внутреннему убеждению , подтверждается пояснениями представителя организатора конкурса во время рассмотрения жалобы, аудиопротоколом заседания Комиссии Ставропольского УФАС России и содержанием протокола подведения итогов открытого конкурса на право пользования недрами №261114/5685026/01/04 от 03 марта 2015 года. Таким образом, участники конкурса, подавая заявку на участие в конкурсе, не могли знать, по каким критериям и в каком порядке будет оцениваться их заявка. Кроме того, участники конкурса не могли ознакомиться с

суд принимает признание иска ответчиком, как не противоречащее закону и не нарушающее прав других лиц. В силу абзаца 3 пункта 3 части 4 статьи 170 АПК РФ в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения может быть указано только на признание иска и принятие его судом. В соответствии с частью 3 статьи 70 АПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. Учитывая изложенное, а также принимая во внимание признание ответчиком факта наличия частичного долга и пеней, заявленные истцом требования подлежат удовлетворению в полном объеме, взысканию с ответчика подлежит задолженность по оплате потребленной электрической энергии по договору энергоснабжения от 01.07.2008 №31-1166 в размере 69510 руб. 96 коп., пени в размере 49476 руб. 37 коп. Оценка представленных доказательств произведена судом в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по своему внутреннему убеждению ,

27.08.2015 № 190. Таким образом, в спорный период времени данный ответчик не являлся членом Правления Банка и не мог голосовать за принятия каких-либо решений. Довод конкурсного управляющего должника о том, что ФИО7 продолжал участвовать в заседаниях Правления Банка (в т.ч. в сентябре 2015 года) и принимать решения опровергается представленными в материалы дела доказательствами. Соответственно, оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд не усматривает. Иные ответчики не доказали объективную невозможность участия в судьбоносных для банкротства банка заседаниях. Принятие выписок из протоколов заседаний Правления и Совета директоров в качестве подтверждения присутствия ответчиков на заседаниях является оценкой судом представленных доказательств на основании внутреннего убеждения с учетом обоснования конкурсным управляющим отсутствия оригиналов протоколов и в совокупности с иными собранными по делу доказательствами. Ссылки ответчиков на неучастие суд расценивает как избранную стратегию защиты. В соответствии с абз. 8 п. 4 ст. 10 (в ред. от 29.12.2014), п. 11 ст. 61.11 Закона