всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости, соразмерности и в целях устранения последствий допущенного нарушения. Фирма обратилась в арбитражный суд с иском к компании о защите деловой репутации путем опровержения распространенных сведений, порочащих деловую репутацию истца, и о взыскании причиненных этим убытков. Арбитражный суд первой инстанции, признав оспариваемые сведения порочащими деловую репутацию истца и не соответствующими действительности, обязал ответчика их опровергнуть. В удовлетворении требования о возмещении убытков суд отказал, указав на недоказанность их заявленного размера. Арбитражный суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции. Арбитражный суд округа, отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков и оправляя дело на новое рассмотрение, исходил из следующего. Объективная сложность доказывания причинно-следственной связи между наличием убытков и распространением ложных и порочащих сведений, равно как и размера убытков, не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданского оборота при доказанности факта нарушения. Согласно
исполнении», согласно которым по смыслу пункта 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Поскольку товар в адрес ответчика поставлен еще 15.08.2017, а претензия составлена по состоянию на 03.05.2018, то есть истцом оплата товара ожидалась более полугода, что не отвечает принципам делового оборота , поскольку фактически в рассматриваемый период истец был лишен возможности использовать в предпринимательской деятельности денежные средства ввиду неоплаты поставленного товара, суд определил срок исполнения обязанности по оплате товара с учетом положений статей 314, 327.1, 506 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд отклонил доводы ответчика о необоснованном не снижении судом договорной неустойки, руководствуясь пунктами 71, 73, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской
оригиналов платежных поручений с синей печатью банка, выписок банка по счету, оборотно-сальдовых ведомостей; агентский договор на момент перечисления средств не был расторгнут, о факте исключения налоговым органом из ЕГРЮЛ ООО «Бобры» СК могло не знать; на отсутствие среди учредителей должника - ООО «Кристалл-99», не участвует в уставном капитале должника, не член высшего органа управления, контроль над должником в силу организационно-правовой формы общества находится у акционеров; самостоятельные хозяйствующие субъекты свободны в гражданском обороте, соблюден принцип делового оборота с проверенными контрагентами; не обеспечение договоров займа допустимо в рыночных условиях; сам по себе факт предоставления займов не свидетельствует о наличии корпоративных отношений; договоры займа заключались не на льготных условиях; на момент предоставления займов отсутствовала процедура банкротства; заявитель не относится к аффилированным/заинтересованным лицам, довод о родстве Н-вых неотносимое доказательство; в силу отсутствия корпоративного характера требование об экономическом мотиве не допустимо; поведение ООО «Кристалл - 99» соответствует поведению разумного участника гражданского оборота и соответствует
предусмотренных договором работ исключалось ввиду неготовности строительной площадки. Кредитор не обосновал, в чем конкретно заключается недобросовестность и неразумность ответчика как руководителя при исполнении условий договора с заказчиком, не указал, каким образом ответчик или третьи лица извлекли выгоду во вред должнику и его кредиторам. Исходя из обстановки, ФИО1 была убеждена в наличии у заказчика потребительского интереса в выполненных работах как направленных на исполнение обязательств по договору. Такие действия ответчика не выходили за пределы общих принципов делового оборота и предпринимательского риска. Взыскание неотработанного аванса и неустойки не является следствием выполнения ООО «Тесла» дополнительных работ. Наоборот, именно выполнение дополнительных работ по восстановлению строительной площадки позволило ООО «Тесла» продолжить выполнять основные работы и сократить размер взысканного неотработанного аванса и неустойки. Кроме того, после выполнения дополнительных работ не произошло прекращение деятельности ООО «Тесла», должник не принимал на себя новые обязательства, размер кредиторской задолженности не увеличивался, осуществлялись расчеты по договорам лизинга, за работу дорожно-строительной техники,
решение о выполнении дополнительных работ свидетельствуют о намерении исполнить условия договора субподряда от 07.05.2018 № СМР/3558; посчитал, что при принятии решения о выполнении дополнительных работ ФИО7 исходя из обстановки была убеждена в наличии у заказчика интереса в этих работах как направленных на исполнение обязательств по договору. Отменяя определение суда первой инстанции от 27.03.2022 и отказывая в удовлетворении заявленных Обществом требований, апелляционный суд исходил из того, что действия ответчика не выходили за пределы общих принципов делового оборота и предпринимательского риска. По мнению суда кассационной инстанции, выводы апелляционного суда, послужившие основанием для принятия обжалуемого постановления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве. Приведенный в кассационной жалобе Общества довод о том, что ФИО7 не опровергала установленные законом презумпции, не может быть принят. Как полагает суд кассационной инстанции, принятие контролирующим должника лицом управленческого решения, в результате которого причинен вред должнику, не является основанием для возникновения закрепленной в
поставки, перевозки груза и т.п.). В случае, если поставщик самостоятельно организует от своего имени поставку товара, обязательство поставщика по передаче товара считается исполненным в момент сдачи товара непосредственно покупателю или перевозчику и также должно подтверждаться документами, служащими для списания товарно-материальных ценностей у грузоотправителей и оприходования их у грузополучателей, а также для складского, оперативного и бухгалтерского учета. Вместе с тем, в материалы дела доказательства, подтверждающие перемещение товара от поставщика покупателю не представлены. Исходя общих принципов делового оборота для получения товара со склада поставщика или от транспортной организации (организации) уполномоченному лицу выдаются соответствующие документы и доверенность на получение товара. Унифицированная форма доверенности утверждена Постановлением Госкомстата России от 30.10.1997 г. N 71а «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты, основных средств и нематериальных активов, материалов, малоценных и быстроизнашивающихся предметов, работ в капитальном строительстве», с учетом изменений и дополнений. Причем утверждено две формы доверенности: N М-2 и
принадлежности товаров одному производителю. Принимая во внимание, что общество «Дубитель» и завод фактически осуществляют идентичную деятельность, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о наличии опасности смешения в глазах потребителя товаров указанных производителей, поименованных как «КССБ-2М», при условии, что такое наименование введено обществом «Дубитель» и использовалось последним еще до создания завода. Использование сложившейся в результате производства и реализации реагента с наименованием «КССБ-2М» репутации общества «Дубитель» среди потребителей товара нельзя признать соответствующим принципам делового оборота . Таким образом, суды первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае действия завода являются недобросовестной конкуренцией в форме смешения, которая осуществляется путем реализации своего товара - реагента с заимствованным у общества «Дубитель» обозначения «КССБ-2М», что направлено на формирование у потребителя ложного впечатления об отдельных характеристиках товара с целью повлиять на его решение приобрести товар. Как верно установлено судами, совокупность собранных по делу доказательств подтверждает то, что
ссудном счете. Справку из ЦБ РФ о том, что эта задолженность зарегистрирована как задолженность по физическим лицам и числится за истцом (правоустанавливающий документ). Просит запросить лицензию на право осуществления деятельности и доверенность лица подписавшего кредитный договор между истцом и ею. С точки зрения юридической квалификации - проценты на сумму кредита - это вознаграждение (или благодарность) банку-кредитору за его услуги. Кредит - это услуга. Данную точку зрения подтверждает и заемщик. Общеизвестный житейский принцип и принцип делового оборота : благодарим или вознаграждаем всегда один раз, а не ежемесячно на протяжении всего срока кредита. То есть, срок кредита не может влиять на сумму процента. Аннуитетная формула расчета процентной ставки по потребительскому кредиту во взаимосвязи со ст. 819 ГК РФ (в ее применении и интерпретации ответчиком) заведомо создает долговую кабалу и подневольное состояние, грубейше нарушает ее абсолютное право (ст. 4 п. 1), гарантированное Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод. Считает,
заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Применяя ст. 431 ГК РФ, буквальное толкование к п. 1 ст. 819 ГК РФ, заемщик возвращает полученную денежную сумму (основную сумму кредита) и процент (от основной суммы кредита). Но не более. С точки зрения юридической квалификации, проценты на сумму кредита - это вознаграждение (или благодарность) банку-кредитору за его услуги. Общеизвестный житейский принцип и принцип делового оборота : благодарим или вознаграждаем всегда один раз, а не ежемесячно на протяжении всего срока кредита. То есть, срок кредита не может влиять на сумму процента или сумму кредитной сделки. Опираясь на законодательство РФ, ответчик предлагает свой расчет: 92 171 руб. (основной долг) + 20 738 руб. 48 коп. (22,5% как вознаграждение) = 112 909 руб. 48 коп. Ответчик указывает, что выплатила 44 206, руб. 51 коп., из которых 16 759 руб. 60 коп.
