(или) иным лицам. В связи с этим при возбуждении дела по признакам нарушения пункта 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции антимонопольным органом должны быть установлены как факт доминирования хозяйствующего субъекта на товарном рынке, так и признаки совершения им действий (бездействия), результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц. В обоснование заявленных требований кооператив сослался на то, что исходя из положений статьи 3 Закона о защите конкуренции, определяющих сферу применения данного закона, антимонопольный орган возбудил в отношении кооператива дело по признакам нарушения статьи 10 названного Закона в отсутствие на то оснований, поскольку заявитель является хозяйствующим субъектом, на который действие указанной нормы права не распространяется. Судебная коллегия полагает, что, прекращая производство по делу, суд необоснованно уклонился от проверки факта наличия (отсутствия) у антимонопольного органа оснований для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства с учетом приведенных доводов кооператива. При этом судами трех
к основным сведениям об объекте недвижимого имущества, подлежащим внесению в кадастр недвижимости. По мнению судебной коллегии, суды, соглашаясь с Управлением Росреестра в том, что снятие с государственного кадастрового учета и прекращение прав в отношении объекта недвижимости по заявленному обществом основанию не предусмотрено Законом № 218-ФЗ, не учли, что постановке на кадастровый учет, государственной регистрации прав в ЕГРН должна предшествовать проверка наличия у объекта признаков недвижимого имущества. В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 29 Закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав включают в себя проведение правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав, на предмет наличия или отсутствия установленных настоящим Федеральным законом оснований для приостановления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав либо для отказа в осуществлении государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав. В пункте 1 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа
период с 1996 по 2000 годы. Суд первой инстанции, разрешая спор, признал, что технический результат, указанный в описании патента, тождественен техническому результату, названному в материалах рационализаторского предложения. В то же время суд, ссылаясь на пункт 2 статьи 10 Патентного закона, сделал вывод о том, что не все признаки, содержащиеся в ограничительной и отличительной частях независимого пункта формулы изобретения по патенту, являются тождественными признакам, содержащимся в материалах рационализаторского предложения. По смыслу пункта 2 статьи 3 Патентного закона патент удостоверяет приоритет, авторство изобретения и исключительное право на его использование. Право авторства (личное неимущественное право) характеризуется возможностью для гражданина признаваться автором созданных им объектов патентного права . Положения статьи 10 Патентного закона определяют содержание и критерии принадлежности патентообладателю исключительного (имущественного) права на использование охраняемого патентом изобретения, условия защиты исключительного права. Между тем с учетом приведенных положений о соотношении права авторства и исключительного права и, исходя из значения изобретения как технического решения (нового решения)
свободной конкуренции разнообразных продуктов интеллектуальной деятельности. С учетом изложенного, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации считает необходимым отметить, что при разрешении споров, связанных с требованиями о признании патентов недействительными, судам необходимо устанавливать то, каким образом спорный патент может негативно повлиять на права и деятельность физического или юридического лица, требующего признания патента недействительным. Между тем обстоятельства, касающиеся наличия данных признаков и возможности сделать вывод об их подтверждении либо опровержении, судами не проверялись. Таким образом, обстоятельства, позволяющие признать оспариваемое решение Роспатента противоречащим нормам действующего законодательства и нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности, отсутствуют. При таком положении Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации считает, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как принятые с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 167, 291.11-291.15
ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении требований МУП ЖКХ "КЕДР" отказать в полном объеме. По мнению ОАО "Сбербанк России", судом не принято во внимание, что ни юридически, ни фактически принадлежность данных денежных средств гражданам либо поставщикам не закреплена. Указанные лица не имеют прав владения, пользования, распоряжения данными денежными средствами, контроля за их движением, то есть полностью отсутствуют какие-либо признаки права собственности на данные денежные средства либо их принадлежности не владельцам счета. Полагает, что судом не учтены и не применены положения пункта 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 03.06.2009 № 103-ФЗ "О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами" (далее - Федеральный закон от 03.06.2009 № 103-ФЗ), положения которого распространяются на денежные средства, принятые платежным агентом в наличной форме от физических лиц. Вывод суда первой инстанции о том, что взыскание денежных
МКД в январе 2008 г., ранее, чем право собственности юридического лица ООО «МИАН-инфо», а также других лиц, у которых истец приобрел спорное имущество. Конструкция виндикационного иска по действующему гражданскому законодательству состоит из неразрывно связанных между собой обстоятельствах: признании права собственности истца и истребовании его у ответчика с передачей истцу. При этом истец должен доказать, что именно ему принадлежит право собственности, и что это право нарушено и удерживается ответчиком. Заявленный иск не содержит требований о признаки права истца или всех собственников МКД на спорные помещения. Предметом спора являются нежилые встроенно-пристроенные нежилые помещения, расположенные на 1 этаже МКД. При этом указанные помещения изначально, с момента строительства было определено как общее имуществом собственников МКД с назначением колясочная и подсобное, и использовалось в таком назначении и по настоящее время, доказательств того, что при строительстве они создавались, как отдельный объект недвижимости не представлено. Как установлено судом и подтверждается имеющимися в деле доказательствами, спорные нежилые помещение
Из содержания названной нормы следует, что субъектами применения льготного порядка расчетов за приватизируемые земельные участки выступают собственники зданий, находившихся ранее в государственной или муниципальной собственности. Следовательно, при приобретении в собственность земельного участка по цене, установленной в пункте 1 статьи 2 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", достаточным критерием установления права собственника недвижимого имущества на льготу служит факт отчуждения недвижимого имущества в процессе приватизации государственных (муниципальных) предприятий. Суд отмечает, что характеризующие признаки права на льготу законодатель, излагая правовую норму (п. 1 ст. 2 ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации») отнес к объектам - «если эти здания, строения, сооружения были отчуждены из государственной или муниципальной собственности, в том числе в случае, если на таких земельных участках возведены или реконструированы здания, строения, сооружения», а не к субъектам – «коммерческим организациям и индивидуальным предпринимателям» (для них характеризующим признаком является - наличие права собственности на указанные объекты). Таким
Из содержания названной нормы следует, что субъектами применения льготного порядка расчетов за приватизируемые земельные участки выступают собственники зданий, находившихся ранее в государственной или муниципальной собственности. Следовательно, при приобретении в собственность земельного участка по цене, установленной в пункте 1 статьи 2 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", достаточным критерием установления права собственника недвижимого имущества на льготу служит факт отчуждения недвижимого имущества в процессе приватизации государственных (муниципальных) предприятий. Суд отмечает, что характеризующие признаки права на льготу законодатель, излагая правовую норму (п. 1 ст. 2 ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации») отнес к объектам - «если эти здания, строения, сооружения были отчуждены из государственной или муниципальной собственности, в том числе в случае, если на таких земельных участках возведены или реконструированы здания, строения, сооружения», а не к субъектам - «коммерческим организациям и индивидуальным предпринимателям» (для них характеризующим признаком является - наличие права собственности на указанные объекты). Буквальное
ГК РФ к существенным условиям договора купли-продажи имущественных прав относится условие о товаре (праве требования), подлежащем передаче от продавца покупателю. Вместе с тем, исследуя материалы переписки ООО «МВ» и ООО «ОКХ» суд приходит к выводу, что перечень, характеристики и иные индивидуально-определенные признаки имущественных прав указанными лицами не согласовывались, поскольку в материалах переписки содержится лишь принципиальное согласие ООО «МВ» на заключение договору уступки права требования без указания на конкретных должников, размер их задолженности и иные признаки права . В этой связи действия ответчика по направлению письма от 08.11.2017, в котором он направил третьему лицу проект договора цессии и реестра требований должников следует оценивать как оферту на заключение договора купли-продажи имущественных прав, поскольку лишь данное письмо отвечает признакам оферты, в частности, содержит все существенные условия договора. Таким образом, 08.11.2017 ответчиком направлена оферта на заключение договора уступки прав, предметом которой явилось право требования ООО «МВ» к должникам ООО «ОКХ» на получение причитающейся задолженности
обезличен", о реальном разделе жилого дома, снятии с кадастрового учета объекта недвижимости, о прекращении зарегистрированного права собственности на жилое помещение, изменения вида жилого помещения и признании права собственности на жилой дом, по встречному иску по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, третье лицо: У. Ф. службы государственной регистрации, кадастра и картографии по "адрес обезличен" о снятии с кадастрового учета объекта недвижимости, о прекращении зарегистрированного права собственности на жилое помещение, изменении вида жилого помещения и признаки права собственности на жилой дом, УСТАНОВИЛ: Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, третье лицо: У. Ф. службы государственной регистрации, кадастра и картографии по "адрес обезличен" о реальном разделе жилого дома, снятии с кадастрового учета объекта недвижимости, о прекращении зарегистрированного права собственности на жилое помещение, изменения вида жилого помещения и признании права собственности на жилой дом. В обоснование заявленного требования указано, что ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером "№ обезличен",
