перерасчетом таможенной стоимости товаров, указанной в таможенных декларациях на ввозимый товар, и требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности учредителей и руководителя общества (должника), взыскании с них солидарно задолженности в порядке субсидиарной ответственности является существенным. Заявитель ссылается, что прекращение уголовного дела в соответствии со ст.25.1 УПК РФ, ст.76.2 УК РФ в связи с признанием Зориным СВ. своей вины и возмещением причиненного преступлением вреда в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ является не реабилитирующим основанием прекращения уголовного дела, поскольку право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием , имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным также пп. 5 и 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и пп. 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Прекращение уголовного преследования по нереабилитирующему основанию хоть и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой
или дознания, поскольку наличие в действиях лица состава уголовно наказуемого деяния, а также его причастность и вину устанавливает суд в приговоре. В постановлении о прекращении уголовного преследования от 30.06.2018 (т.1, л.д. 125-129) отсутствуют сведения, указывающие отношение ФИО1 к подозрению его в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ. Кроме того, в письменном согласии ФИО1 на прекращение в отношении него уголовного преследования (т.1, люд. 130) не указано о признании им своей вины. Таким образом, постановление следователя о прекращении уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям не может иметь для суда заранее установленным доказательством вины ФИО1 в совершении действий, которые причинили истцу убытки, поскольку такие обстоятельства могут быть установлены только судом в итоговом решении (приговоре). Данную позицию неоднократно высказывал Конституционный суд Российской Федерации. Так, в Определениях Конституционного суда Российской Федерации от 02.11.2006 N 488-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Ленинградского областного суда о проверке конституционности статьи 78 Уголовного кодекса Российской
истечением срока давности, вследствие акта об амнистии или акта о помиловании, по причине смерти обвиняемого, они могут быть основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам при условии признания их судом обстоятельствами, существенными для дела согласно пункту 1 части 2 статьи 311 АПК РФ. В заявлении о пересмотре налоговый орган ссылается на факт вынесения 09.01.2019 СУ СК России по Тверской области постановления о прекращении уголовного дела в отношений директора АО «Исток» ФИО6 В основание поданного заявления налоговый орган привел доводы о том, что ФИО7, являясь подозреваемым по указанному уголовному делу, пояснил, что вину признает полностью, в содеянном раскаивается, указал, что по его вине обществом не уплачены налоги в крупном размере. ФИО6 согласился на прекращение уголовного дела и уголовного преследования по основанию, предусмотренному статьей 28.1 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (прекращение уголовного преследования в связи с возмещением ущерба). Из заявления инспекции также следует, что доказательствами, подтверждающими вину ФИО6 по данному
по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности. 19.10.2021 уголовное дело № 12001400019000717 (уголовное преследование) в отношении обвиняемого ФИО3 прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, что является нереабилитирующим обстоятельством. Представитель ответчика возражал против приобщения к материалам дела дополнительных документов пояснил, что доказательств признания его доверителем признания свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, не имеется. Рассмотрев ходатайство ФИО4 о приобщении в материалы дела дополнительных доказательств (постановления от 19.10.2021 о прекращении уголовного дела № 12001400019000717 (уголовного преследования ) и письма Прокуратуры Выборгского района от 14.01.2022 № 2474ж2021) определением от 09.03.2022, вынесенным в порядке части 5 статьи 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), апелляционный суд, принимая во внимание принцип относимости и допустимости доказательств, а также изготовление указанных документов после вынесения решения суда первой инстанции по настоящему делу, применительно к части 2
