Продление меры пресечения в суде - гражданское законодательство и судебные прецеденты

по правам человека признано, что в отношении ФИО2 имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с необоснованно длительным содержанием под стражей. Заявитель находился под стражей с 14 мая 2011 года по 13 мая 2013 года, когда он был осужден по приговору суда. С 25 мая 2012 года при продлении ему срока содержания под стражей национальные суды систематически ссылались на тяжесть предъявленных обвинений и на риск его побега, не оценив возможности применения в отношении него иной меры пресечения. Следовательно, заключил Европейский Суд по правам человека, с 25 мая 2012 года, после окончания предварительного расследования и направления дела в суд, срок содержания ФИО2 под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования его продолжительности. Кроме того, как отметил Европейский Суд по правам человека, после заключения под стражу 14 мая 2011 года ФИО2 был доставлен в суд только через

ему деяний, и что данная причастность подтверждается собранными по делу доказательствами. При этом, в соответствии с положениями ст. 107-109 УПК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенными в постановлении от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», при рассмотрении вышеуказанного ходатайства следователя обязанность органа предварительного расследования состоит в обосновании необходимости продления лицу меры пресечения, а обязанность суда в проверке соблюдений условий и предпосылок ее продления, включая обоснованность подозрения лица в причастности к инкриминированному ему деянию, что и имело место в данном случае. Судебная коллегия не учла и то обстоятельство, что в ходе судебного заседания по разрешению ходатайства следователя о продлении меры пресечения ФИО1 судьей Л. не исследовались доказательства виновности или невиновности обвиняемого, не давалась оценка доказательствам с точки зрения их допустимости, относимости и достаточности, не делался и сам

для изменения меры пресечения на более мягкую. В обоснование решения в этой части суд правомерно сослался на особую тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения, поскольку под угрозой возможности применения сурового уголовного наказания обвиняемый может предпринять действия, направленные на воспрепятствование правосудию. Весомое значение в принятии судом такого решения имели доказательства попыток оказания влияния на одного из свидетелей обвинения с целью изменения им показаний. Продление меры пресечения на 1 месяц больше, чем просил прокурор, не является нарушением положений ст.ст.228 и 255 УПК РФ, в соответствии с которыми после поступления уголовного дела в суд вопрос о мере пресечения может быть разрешен по инициативе и усмотрению суда. Материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания опровергаются доводы стороны защиты о неподготовленности к рассмотрению вопроса о мере пресечения, поскольку председательствующий дважды делал перерывы в судебном процессе с целью предоставления стороне защиты времени для согласования позиции по мере пресечения и подготовки к выступлениям. В ходе судопроизводства были исследованы

года срок содержания ФИО3 под домашним арестом продлен на 3 месяца, то есть по 3 января 2021 года включительно. Апелляционным постановлением Ленинградского областного суда от 18 декабря 2020 года постановление от 9 сентября 2020 года в отношении ФИО3 оставлено без изменения. Постановлением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 7 октября 2020 года оставлено без удовлетворения ходатайство адвоката Машиной М.А. об изменении запретов и ограничений, установленных ФИО3 при избрании и продлении меры пресечения в виде домашнего ареста. Постановлением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 30 декабря 2020 года срок содержания ФИО3 под домашним арестом продлен на 3 месяца, то есть по 3 апреля 2021 года включительно. По приговору Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 марта 2021 года ФИО3 осужден по ч.4 ст. 159 УК РФ с применением ст.73 УК РФ к лишению свободы сроком на 4 года условно с испытательным сроком 4 года. Мера пресечения в отношении ФИО3 в

Ефимова А.Е. под домашним арестом продлен на 3 месяца, то есть по 3 января 2021 года включительно. Апелляционным постановлением Ленинградского областного суда от 18 декабря 2020 года постановление от 9 сентября 2020 года в отношении Ефимова А.Е. оставлено без изменения. Постановлением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 7 октября 2020 года оставлено без удовлетворения ходатайство адвоката Машиной М.А. об изменении запретов и ограничений, установленных Ефимову А.Е. при избрании и продлении меры пресечения в виде домашнего ареста. Постановлением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 30 декабря 2020 года срок содержания Ефимова А.Е. под домашним арестом продлен на 3 месяца, то есть по 3 апреля 2021 года включительно. По приговору Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 марта 2021 года Ефимов А.Е. осужден по ч.4 ст. 159 УК РФ с применением ст.73 УК РФ к лишению свободы сроком на 4 года условно с испытательным сроком 4 года. Мера пресечения в отношении

правам человека признано, что в отношении Калиниченко А.П. имело место нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с необоснованно длительным содержанием под стражей. Заявитель находился под стражей с 14 мая 2011 года по 13 мая 2013 года, когда он был осужден по приговору суда. С 25 мая 2012 года при продлении ему срока содержания под стражей национальные суды систематически ссылались на тяжесть предъявленных обвинений и на риск его побега, не оценив возможности применения в отношении него иной меры пресечения. Следовательно, заключил Европейский Суд по правам человека, с 25 мая 2012 года, после окончания предварительного расследования и направления дела в суд, срок содержания Калиниченко А.П. под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования его продолжительности. Кроме того, как отметил Европейский Суд по правам человека, после заключения под стражу 14 мая 2011 года Калиниченко А.П. был доставлен в суд

ограниченной ответственностью «Дороги Сибири» ФИО2, ФИО3; - документы, подтверждающие уплату государственной пошлины в установленных порядке и размере или право на получение льготы по уплате государственной пошлины, либо ходатайство о предоставлении отсрочки, рассрочки ее уплаты или об уменьшении размера государственной пошлины. 30.06.2015 от ООО «Спектр» в канцелярию суда поступило ходатайство о продлении срока оставления апелляционной жалобы без движения. В данном ходатайстве заявитель указал, что направить копию апелляционной жалобы в адрес ФИО3 не представляется возможным, поскольку 08.05.2015 постановлением Абаканского городского суда в отношении ФИО3 была избрана мера пресечения - заключение под стражу сроком по 20.06.2015, в последующем 11.06.2015 Абаканский городской суд изменил меру пресечения ФИО3 на домашний арест, в связи с тем, что ООО «Дороги Сибири» о судебном заседании Абаканского городского суда не извещалось и в процессе представители участия не принимали, соответственно место, которое суд определил ФИО3 в качестве домашнего ареста, ответчику не известно, соответственно, заявителю не известно куда направлять корреспонденцию.

следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Из содержания жалобы ФИО1 следует, что ему неоднократно продлевалась мера пресечения в виде содержания под стражей, при этом следователь Славянского межрайонного СО СУ СК России по Краснодарскому краю ФИО2 не уведомлял его о направлении ходатайства о продлении меры пресечения в суд , а кроме того не получал копии указанных ходатайств, чем были нарушены его права на защиту. Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что указанные в жалобе требования, не могут быть предметом обжалования в понимании положений ч.1 ст.125 УПК РФ, поскольку они не нарушают законные права заявителя, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участника уголовного судопроизводства либо затруднить доступ ФИО1 к правосудию. При этом, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что