Расторжение договора технологического присоединения заказчиком - гражданское законодательство и судебные прецеденты

действиями (бездействием) заявителя, а исполнителем выполнены все необходимые мероприятия для создания технической возможности подключения (технологического присоединения) и выполнения работ по подключению (технологическому присоединению), оставшаяся доля платы за подключение (технологическое присоединение) вносится в течение 15 дней со дня подписания акта о выполнении мероприятий по обеспечению технической возможности подключения (технологического присоединения) по форме согласно приложению N 3 либо в течение 10 календарных дней со дня получения заявителем уведомления исполнителя о расторжении настоящего договора в одностороннем порядке, но не позднее срока подключения (технологического присоединения ), указанного в настоящем договоре."; в пункте 12: слова "условий на подключение (технологическое присоединение)" заменить словами "параметров подключения (технологического присоединения)"; после слова "(точек)" дополнить словами "присоединения или"; приложение N 1 к указанному договору изложить в следующей редакции: "Приложение N 1 к типовому договору о подключении (технологическом присоединении) к централизованным системам горячего водоснабжения (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 30 ноября 2021 г. N 2130) (форма) ТЕХНИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ

постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о пропуске истцом (заказчик) срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком (исполнитель). Доводы заявителя, обосновывающие причины, побудившие истца (заказчик) заявить о расторжении договора по истечении 7 лет со дня наступления срока на осуществление технологического присоединения, с которым он связывает начало течения исковой давности по настоящему требованию, ссылаясь на кассационную практику Верховного Суда Российской Федерации по другим делам, подлежат отклонению, поскольку не опровергают вывод суда о более ранней осведомленности заказчика о нарушении его прав и законных интересов. Основанных на законе доводов, в силу которых такая осведомленность не могла наступить до момента заявления о расторжении договора, равно как и ссылок на совершение действий, свидетельствующих о сохранении истцом интереса в исполнении договора после истечения срока осуществления технологического присоединения его объектов к сетям ответчика,

присоединению к электрическим сетям от 18.09.2007 № 1020-ПМ-07/В/5 и от 07.12.2007 № 963-ПМ-07/В/05ю. Указанные договоры расторгнуты по инициативе заказчика в соответствии с его уведомлением от 18.05.2015. Разрешая спор, суд округа руководствовался пунктом 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), учитывал разъяснения, данные в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015, и исходил из вывода о том, что расторжение договоров на технологическое присоединение в связи с односторонним отказом заказчика от их исполнения не лишает истца права на возмещение понесенных затрат, связанных с выполнением работ по изготовлению технических условий. Отметив, что предметом настоящего спора является не задолженность заказчика по договорам об оказании спорных услуг, а фактически понесенные исполнителем расходы в связи с расторжением договоров, окружной суд, со ссылкой на пункт 1 статьи 200 Кодекса, констатировал, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с даты уведомления заказчиком исполнителя об

без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Изучив кассационную жалобу и приложенные к ней материалы, судья считает, что жалоба не подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Указывая на расторжение договора оказания услуг по технологическому присоединению энергопринимающих устройств конечных потребителей от 09.01.2007 № 1/07 и неосновательное получение предприятием – участником тарифного регулирования системы «Одного окна» части денежных средств, перечисленных с транзитного счета уполномоченного банка в качестве аванса за выполнение мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заказчика в рамках договора от 21.12.2007 № ПМ-07/14195-07, компания обратилась в арбитражный суд с настоящими требованиями. Суды руководствовались статьями 1102, 1103, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Регламентом взаимодействия между энергетическими компаниями при осуществлении технологического присоединения потребителей к распределительным электрическим сетям в городе Москве,

изучив кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Газпром Инвест Юг» (Москва; далее – общество) на решение Арбитражного суда Брянской области от 24.09.2019 и постановление Арбитражного суда Центрального округа от 16.07.2020 по делу № А09-1613/2018 по иску публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра» в лице филиала «Брянскэнерго» (далее – компания, сетевая организация) к обществу о расторжении договора и взыскании денежных средств, установила: компания обратилась в арбитражный суд с иском к обществу о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения от 08.07.2010 № 40163203-ПМ10/В/4 (далее – договор) и взыскании 1 131 242 руб. 39 коп. убытков (с учетом принятого судом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ). К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Газпром». Решением Арбитражного суда Брянской области от 13.07.2018, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2018,

соответствии с пунктом 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Федеральный закон «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-ФЗ не содержит запретов и ограничений на отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения. Правила № 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком по иным основаниям, помимо указанного в подпункте "в" пункта 16. Возможность расторжения договора заказчиком полностью соответствует правовой направленности договоров подряда, возмездного оказания услуг, и смыслу договора технологического присоединения, в которых необходимость (нуждаемость) в получении результата работ (услуг) определяет именно заказчик. Поэтому законодатель предоставляет именно заказчику более широкие основания для расторжения договоров по своей инициативе, в ряде случаев в отсутствие нарушений со стороны контрагента (исполнителя), соблюдая принцип необходимости оплаты уже понесенных исполнителем расходов

об ответственности сторон за несоблюдение установленных договором и настоящими Правилами сроков исполнения своих обязательств, в том числе право заявителя в одностороннем порядке расторгнуть договор при нарушении сетевой организацией сроков технологического присоединения, указанных в договоре. Закон об электроэнергетике не содержит запретов и ограничений на односторонний отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения, равно как и не содержит специальных оснований для расторжения договора в таком порядке. Правила № 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в пп. «в» п. 16 Правил № 861. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195, отсутствие в специальных нормативных актах указания на возможность немотивированного одностороннего отказа от исполнения договора не означает, что такого права у заказчика не имеется. Иное толкование положений специального регулирования может привести к тому, что при отсутствии интереса заказчика в строительстве объекта, присоединение которого

энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, правомерно исходил из того, что поскольку ответчиком в материалы дела не было представлено доказательств, свидетельствующих о выполнении им работ на всю сумму предоплаты, перечисленной истцом в рамках исполнения условий договора, при этом указанные выше нормы не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке, то исковые требования о взыскании 6.185.583 руб. 60 коп. неосновательного обогащения подлежат удовлетворению в полном объеме. Ссылка ответчика на невыполнение истцом встречных обязательств по договору, предусмотренных п.п. 2.3.3, 2.3.4, 23.5, 2.3 и п. 2 ст. 416 Гражданского кодекса Российской Федерации, является необоснованной, поскольку положениями действующего законодательства не исключена возможность истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено

считается доставленным по правилам ст. 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон. Закон об электроэнергетике не содержит запретов и ограничений на односторонний отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения, равно как и не содержит специальных оснований для расторжения договора в таком порядке. Правила N 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в пп. "в" п. 16 Правил N 861. Пунктом 5.2. договора предусмотрено, что договор может быть расторгнут по требованию одной из сторон по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации. Таким образом, суд приходит к выводу, что договор прекратил свое действие в 2017 году в связи с правомерным односторонним отказом ФИО1 от исполнения договора. Согласно п. п. 2 - 5 ст. 453 ГК при расторжении

считается доставленным по правилам ст. 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон. Закон об электроэнергетике не содержит запретов и ограничений на односторонний отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения, равно как и не содержит специальных оснований для расторжения договора в таком порядке. Правила N 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в пп. "в" п. 16 Правил N 861. Установлено, что 20.07.2011 ФИО1 обратилась в АО «СК Алтайкрайэнерго» с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств жилого дома АДРЕС, указав, что ведет новое строительство в 2011-2013, намечаемый срок ввода объекта в эксплуатацию – 2013г. (л.д.18). 15.08.2011 между сторонами заключен договор НОМЕР от 15.08.2011 об осуществлении технологического присоединения, в соответствии с пп. 5.2. которого, договор может быть

содержат четко регламентированную процедуру технологического присоединения, этапы которой перечислены в пункте 7 Правил; в числе этапов названы подача заявки лицом, которое имеет намерение осуществить технологическое присоединение, заключение договора, выполнение сторонами договора мероприятий, предусмотренных договором. Закон об электроэнергетике не содержит запретов и ограничений на односторонний отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения, равно как и не содержит специальных оснований для расторжения договора в таком порядке. Правила N 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в подпункте "в" пункта 16. Сам пункт 16 регулирует не вопросы расторжения договора, а определяет существенные условия такового. Возможность расторжения договора заказчиком в одностороннем порядке полностью соответствует правовой направленности договоров подряда, возмездного оказания услуг, и смыслу договора технологического присоединения, в которых необходимость (нуждаемость) в получении результата работ (услуг) определяет именно заказчик. Поэтому законодатель предоставляет именно заказчику более широкие основания для расторжения договоров по своей

ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Пунктом 1 ст. 782 ГК РФ прямо предусмотрено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Отсутствие в специальных нормативных актах прямого указания на возможность немотивированного одностороннего отказа от исполнения договора не означает, что такого права у заказчика не имеется. Правила технологического присоединения не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в п. 16 (5) Правил. Изложенная правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда РФ от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246 и от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195 и закреплена в п. 23 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2018), утвержденного 28.03.2018 года. Таким образом, заказчик вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора при условии оплаты сетевой организации фактически понесенных ею расходов. Как следует из материалов

ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Пунктом 1 ст. 782 ГК РФ прямо предусмотрено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Отсутствие в специальных нормативных актах прямого указания на возможность немотивированного одностороннего отказа от исполнения договора не означает, что такого права у заказчика не имеется. Правила технологического присоединения не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в п. 16 (5) Правил. Изложенная правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда РФ от 24.03.2017 N 304-ЭС16-16246 и от 25.12.2017 N 305-ЭС17-11195 и закреплена в п. 23 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2018), утвержденного 28.03.2018 года. Таким образом, заказчик вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора при условии оплаты сетевой организации фактически понесенных ею расходов. Согласно п. 15 договора