Законом № 2395-1 оснований для вынесения оспариваемого распоряжения о досрочном прекращении права общества «Елена» пользования недрами. Суд округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции, указав при этом следующее: согласно материалам дела процедура досрочного прекращения права пользования недрами, предоставленного обществу «Елена», была начата Министерством исключительно по инициативе общества «Феникс», находящегося в длительном хозяйственном конфликте с обществом «Елена» по поводу наложения границ недропользования на смежных участках; в рассматриваемой ситуации поведение Министерства является противоречивым, непоследовательным и нарушающим разумные ожидания лицензиата, полагающего, что при отсутствии каких-либо претензий лицензионного органа осуществляемая им в течение длительного срока деятельность подразумевается законной и не вызывающей нареканий. Доводы кассационных жалоб не опровергают приведенные выводы судов, направлены на переоценку обстоятельств дела, установленных судами, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации о п р е д е
на имущество организаций» (далее – Постановление № 78-ПП). Действие Постановления № 78-ПП распространяется на правоотношения, возникшие с 1 января 2016 года. Учитывая буквальное толкование части 3 статьи 2 Закона № 64, применение понижающего коэффициента в отношении объектов недвижимого имущества возможно только при одновременном соблюдении следующих условий: недвижимое имущество должно быть прямо поименовано в перечне, утвержденном Постановлением № 78-ПП, и должно удовлетворять требованиям части 3 статьи 2 Закона Москвы № 64. Заявитель мог бы испытывать разумные ожидания на удовлетворение его требований, если бы имущество заявителя в период действия Постановления № 606-ПП находилось бы в пешеходных зонах общегородского значения. Однако имущество заявителя в таких зонах не находилось и не находится в настоящее время. Перечень же иных зон, в том числе зон с интенсивным пешеходным движением, указанное постановление не устанавливало. Оценивая разумные ожидания заявителя исходя из последующего изменения законодательства, а именно – принятия Постановления № 78-ПП, также следует исходить из отсутствия таких ожиданий
эксплуатацию, и в отношении такого объекта законодательством предусмотрено определение класса энергетической эффективности. Принимая во внимание, что установление класса энергетической эффективности зданий, не являющихся многоквартирными домами, законом не предусмотрено, суды согласились с выводом налогового органа об отсутствии оснований для применения льготы в отношении объекта недвижимости «Гостинично-туристический комплекс». В кассационной жалобе налогоплательщик, не оспаривая выводы арбитражных судов относительно толкования и применения соответствующих правовых норм по существу указанного вопроса, вместе с тем полагает, что у общества имелись разумные ожидания относительно правомерности применения указанной льготы, поскольку такое право было подтверждено ранее налоговым органом по итогам камеральной налоговой проверки уточненного авансового расчета общества по налогу на имущество организаций за 1 квартал 2015 года, а также следовало из разъяснений, содержащихся в письмах Министерства финансов Российской Федерации от 02.02.2017 № 03-05-04-01/5599 и от 15.05.2017 № 03-05-05-01/29134. Таким образом, общество полагает, что с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 28.11.2017 № 34-П, изменение
должника, направленные на создание условий для осуществления регистрации права собственности на него за ответчиком (фиксации за ним прав на земельный участок, на котором расположен данный объект), а потому ничтожными на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, тогда как прикрываемая сделка является недействительной на основании пункта 2статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» как направленная на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, в частности, банка (залогового кредитора), имеющего разумные ожидания на получение удовлетворения своего требования за счет всего имущества (объектов) должника, расположенного на находящемся у него в залоге земельном участке. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. По существу доводы жалобы основаны на неверном толковании заявителем норм материального права, направлены на переоценку доказательств и установленных
для предъявления требований к должнику по общему правилу начинает течь со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (пункт 24 Постановления N 45 от 13.10.2015 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан"). Особенности правового регулирования срока предъявления требований при наличии возбужденного исполнительного производства обусловлены тем, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.07.2018 г. N 305-ЭС17-10070 по делу А40-43851 /2016). В силу пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве) исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае признания должника-организации банкротом, за исключением исполнительных документов, указанных в
сходства обозначения по заявке № 2019724032 с противопоставленными наименованиями мест происхождения товаров. При рассмотрении дела суд первой инстанции также установил, что Роспатент нарушил принцип законных ожиданий, поскольку в период с 24.06.2015 (с даты регистрации противопоставленного наименования места происхождения товара № 142) не вносились изменения в пункт 7 статьи 1483 ГК РФ и в указанное время административный орган производил регистрацию товарных знаков с использованием слов «АЛТАЙ»/»АЛТАЙСКИЙ», в связи с чем у общества «Магия Алтая» имелись разумные ожидания в отношении регистрации заявленного обозначения в качестве товарного знака. В такой ситуации в качестве восстановительной меры суд первой инстанции обязал Роспатент повторно рассмотреть возражение общества «Магия Алтая». При рассмотрении дела в порядке кассационного производства президиум Суда по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверил соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 данного Кодекса основанием для отмены судебного
и при ее непосредственном участии, что позволяет ей своевременно отстаивать свои права, знать о принятом решении и, как следствие, планировать свою деятельность (пункты 12, 25 Правил № 1178). Тарифным решением по существу утверждается план экономической деятельности электросетевого хозяйства региона, с учетом как котлового, так и индивидуальных тарифов, устанавливается баланс интересов всех электросетевых организаций, входящих в «котел», а также учитываются все объекты электросетевого хозяйства, которые планируются к использованию сетевыми организациями региона в течение периода регулирования. Разумные ожидания сетевых организаций в условиях добросовестного исполнения ими своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа. Именно эти интересы подлежат судебной защите. Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые объекты в течение периода регулирования, однако, как профессиональные участники рынка электроэнергетики они должны соотносить экономические последствия своих действий с установленной 6 моделью взаиморасчетов, так как свобода их деятельности ограничена государственным регулированием. Согласно пункту 8 Правил
по делу № СИП-1047/2020 и других. Президиум Суда по интеллектуальным правам неоднократно указывал, что органы государственной власти обязаны осуществлять возложенные на них функции с учетом принципа защиты законных ожиданий. Предсказуемость поведения властного участника правоотношений является одним из факторов, сдерживающих произвол власти, создающих условия для реализации принципа правовой определенности и способствующих формированию у невластных субъектов доверия к закону и действиям государства. Очевидно, регистрация Роспатентом товарных знаков « » и « » определила, с одной стороны, разумные ожидания общества о том, что и заявленному на регистрацию обозначению также будет предоставлена правовая охрана, а с другой – возложила на Роспатент как на государственный орган обязанность в случае отказа в регистрации заявленного обозначения аргументированно изложить свою позицию в отношении различного отношения к таким обозначением. Ссылки Роспатента на то, что делопроизводство по каждой заявке осуществляется самостоятельно, очевидно недостаточно. Довод заявителя кассационной жалобы, касающийся несогласия с результатами исследования и оценки судом первой инстанции результатов социологического исследования,
уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, и Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017 (далее – Обзоры от 20.12.2016 и 12.07.2017), и в случае завершения мероприятий по продаже имущества должника до указанной даты требования по заработной плате были бы погашены в полном объеме, в связи с чем работники должника имели разумные ожидания по удовлетворению своих требований в приоритетном порядке относительно страховых взносов на обязательное пенсионное страхование. Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующему. Из разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 40.1 Постановления № 60, следует, что обязанность доказывания обстоятельств, при наличии которых суд вправе признать законным отступление управляющим от очередности, предусмотренной в пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве, возложена на конкурсного управляющего, который должен действовать добросовестно и разумно.
отказом в выплате страхового возмещения не согласен в виду того, что по договору страхования застрахованным является именно имущество. Кроме того, истец указывает, что Правила страхования, на которые ссылался ответчик в письме, ему не вручены. При этом ответчику на момент заключения договора страхования было известно о том, что истец состоял в браке, автомобиль является совместной собственностью супругов, в связи с чем, ФИО4 обладает правом пользования и распоряжения имуществом. Кроме того, п. 5.4.1 Правил страхования исключает разумные ожидания истца на страховую выплату при правомерном пользовании застрахованным имуществом законным владельцем данного имущества. ФИО4 является сособственником застрахованного автомобиля. По указанным основаниям истец не согласен с пунктом 2.4.1 договора. В соответствии с п. 11.6.2 Правил страхования при повреждении ТС, если стоимость восстановительного ремонта превышает 70% страховой суммы, выплате подлежит страховая сумма за вычетом безусловной франшизы. По мнению истца, стоимость восстановительного ремонта превышает 70% от страховой суммы. Таким образом, страховая выплата равна страховой сумме в размере
недобросовестного поведения (пп. 3пп. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ). На момент подписания договора правило «эстоппель» было закреплено в п. 3 ст. 432 ГК РФ. Об обязательности применения правила «эстоппель» судами указывает Верховный Суд Российской Федерации, в частности позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2017) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2017 года). Непоследовательное и противоречивое поведение при осуществлении права, подрывающее сформированное прежним поведением управомоченного лица разумные ожидания других лиц, должно рассматриваться судами как основание для блокирования (отказа в защите) права. Таким образом, само по себе установление судом факта нарушения стороной правила «эстоппель», является основанием для отказа в защите права. В данном случае, используя денежные средства в рамках предоставленного лимита и кредитной карты, ответчик фактически исполняла договор на определенных в нем условиях, в дальнейшем, при обращении банка с настоящим иском, ответчик давала противоречивые ответы относительно заключения кредитного договора, фавктически уклоняясь от ответа
