суды первой и апелляционной инстанций сослались на статью 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статью 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и сочли, что спорная квартира защищена исполнительским иммунитетом как единственное пригодное для постоянного проживания должника помещение. При этом суды не усмотрели оснований для отнесения указанного имущества к совместной собственности бывших супругов, указав, что квартира приобретена ФИО1 до вступления в брак, а мировым соглашением, утвержденным судом общей юрисдикции, законный режим имущества супругов не был изменен. Отменяя принятые судебные акты в части исключения квартиры и конкурсной массы, Судебная коллегия, приняв во внимание условия заключенного должником с его бывшей супругой ФИО2 мирового соглашения, исходила из того, что удовлетворение заявления управляющего в отношении спорной квартиры повлечет защиту права на жилище ФИО1 и членов его новой семьи, одновременно лишение этого права ФИО2 и их общего несовершеннолетнего ребенка. Направляя дело на новое рассмотрение, Судебная коллегия, руководствуясь положениями статьи 19 Конституции
Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Суды установили основанный на действующем брачном договоре, заключенном ранее возникновения задолженности перед кредиторами, раздельный режим имущества супругов и отсутствие доказательств возникновения права общей собственности на спорное имущество, в связи с чем отказали в удовлетворении ходатайства в соответствии со статьями 33, 42 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Приведенные в кассационной жалобе доводы не составляют оснований для кассационного пересмотра судебных актов. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определил: отказать финансовому управляющему ФИО1
суды пришли к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». При этом суды установили, что спорный автомобиль приобретен должником в период нахождения в браке с ФИО4, доказательств получения транспортного средства в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам не представлено, автомобиль поступил в совместную собственность супругов М-вых и до заключения оспариваемой сделки законный режим имущества супругов в отношении указанного имущества изменен не был, не изменился и объем имущественной массы должника, в связи с чем не имеется оснований для вывода о причинении сделкой вреда имущественным правам кредиторов. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. По существу доводы жалобы направлены на переоценку
изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Суды установили основанный на действующем брачном договоре раздельный режим имущества супругов и осуществление оспариваемых платежей супругом должника за счет личного заработка, согласно статьям 213.25, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не относящегося к конкурсной массе. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации ФИО2
Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Суды установили основанный на действующем брачном договоре, заключенном ранее возникновения задолженности перед кредиторами, раздельный режим имущества супругов и отсутствие доказательств возникновения права общей собственности на спорное имущество, в связи с чем отказали в удовлетворении ходатайства в соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации
договора не представлено. Невыполнение должником указанной обязанности свидетельствует о намерении должника избежать гражданско-правовой ответственности за неисполнение договора и иных обязательств и на причинение ущерба кредиторам должника, что нарушает требования статьи 10 ГК РФ. Следовательно, кредиторы в настоящем деле о банкротстве не связаны содержанием брачного договора. При этом кредитор не обязан оспаривать указанный договор, но вправе требовать от должника исполнения обязательства независимо от содержания и условий такого договора. Третьи лица полагаются на установленный законный режим имущества супругов и исходя из этого определяют степень имущественной состоятельности супруга и то, заключать ли с ним в договор и на каких условиях. Если в действительности режим имущества супругов договорный (раздельная собственность), о чем кредиторы, вступая в договор, не знают, то они попадают в такое же невыгодное положение, как и те кредиторы, которые заключили договор с супругом ранее заключения брачного договора. С учетом изложенного, вопреки доводов апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно признал не подлежащими
в период прекращения фактических брачных отношений, в условиях отсутствия объективной необходимости для увеличения уставного капитала, правомерно признана судом недействительной. Довод заявителей жалоб о том, что в отношении доли в уставном капитале ООО «Феникс» брачным договором установлена долевая собственность супругов, в связи с чем ФИО4 был вправе распоряжаться своей долей, отклоняется судом апелляционной инстанции как основанный на неверном толковании условий брачного договора. Как справедливо указал суд первой инстанции, брачный договор от 13.03.2000 изменил законный режим имущества супругов на долевой и раздельный только при наступлении определенного условия, а именно - расторжения брака, в связи с чем до момента расторжения брака, действовал законный режим имущества супругов, то есть режим совместной собственности. Более того, увеличение уставного капитала общества путем внесения новым участником дополнительного вклада, по сути, привело к уменьшению доли ФИО1 с 50 % до 25 % уставного капитала общества, в связи с чем указанные выше действия следует расценивать как распоряжение ФИО4, в
и апелляционной инстанции о том, что арендная плата является регулярным периодическим (ежемесячным) платежом и подлежит исполнению арендатором в пользу арендодателя по истечении каждого месяца, противоречащими положениям статей 314, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); отказ в удовлетворении требований о взыскании арендной платы за период с 01.12.2017 по 31.01.2019 по причине ограничения доступа арендатора к арендуемому объекту неправомерен; суды необоснованно применили к разрешению коммерческого спора субъектов предпринимательской деятельности нормы права, регулирующие режим имущества супругов , поскольку при таком подходе была проигнорирована воля юридических лиц, как самостоятельных субъектов правоотношений, на вступление в правоотношения по поводу аренды спорных помещений; указывает на то, что ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств по договору аренды нежилого помещения от 01.01.2016 возлагается на ответчика – как арендатора спорных помещений; разрешая спор, суды оценили личность именно истца (цессионария) применительно к правоотношениям истца и третьего лица ФИО3, в то время как истец, приобретая право требования по договору
суда первой инстанции от 31.08.2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО1, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 31.08.2021 по обособленному спору № А56-59847/2020/истр. отменить в части отказа в обязании супруги должника выплатить часть действительной стоимости реализации общего совместного имущества супругов, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что правовой режим имущества супругов на основании брачного договора не действует в отношении обязательств перед кредиторами, возникшими до его заключения. В дополнениях к апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО1 привел уточненный расчет, согласно которому просил обязать ФИО5 внести в конкурсную массу ФИО3 1 943 715 руб. В отзыве ФИО3 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы (с учетом дополнений). Представитель ФИО3 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.
во внимание условие п. 2.2 договора, где отражено, что покупатель произвел оплату в день подписания договора. Вместе с тем, установленный факт отсутствия оплаты по договору не влечет вывод об удовлетворении заявления управляющего в связи со следующим. Из материалов дела о банкротстве должника следует, что судом рассматривался обособленный спор №А33-33544-7/2019 по заявлению финансового управляющего о признании брачного договора недействительным, в рамках которого установлено, что 23.07.2019 между ФИО9 и ФИО2 заключен брачный договор, устанавливающий правовой режим имущества супругов , согласно которому установлено, что все движимое и недвижимое имущество, в том числе имущественные права, интеллектуальная собственность (включая, но не ограничиваясь нижеперечисленным), которые будут приобретены (получены) супругами во время брака, будет являться как в период брака, так и после его прекращения собственностью того из супругов, на имя которого это имущество оформлено или зарегистрировано, вне зависимости о финансового, материального, интеллектуального и какого-либо иного вклада в них другого супруга; приобретенные супругами во время брака земельные
помощи. Поскольку являются наследниками по закону к имуществу умершего, полагают, что в полном объеме право собственности за истцом на спорную квартиру не может быть признано, поскольку в этом имуществе им полагается по .... доли в праве собственности как наследникам по закону. Брачный договор не является основанием для государственной регистрации права собственности на квартиру за истцом, поскольку умерший не давал завещательного распоряжения в регистрирующий орган о передаче в собственность истцу квартиры. При этом, договорной режим имущества супругов установлен только для случая расторжения брака и при определении состава наследства его условия не учитываются. Просили в иске отказать. Правом на предъявление встречных требований ответчики ФИО3, ФИО4 не воспользовались. Ответчики ФИО2, ФИО5, ФИО6, третье лицо нотариус ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте заседания надлежащим образом. Телефонограммой в процессе рассмотрения дела от ответчиков ФИО6, ФИО5 получено сообщение, в котором против удовлетворения исковых требований не возражают, просят рассмотреть дело в
согласие на совершение ряда действий». В жалобе на действия судебного пристава-исполнителя от <дата> ФИО2 указывает: «Оспариваемые мной постановления... касаются жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> <номер>», которые в силу норм Семейного Кодекса РФ, являются совместным имуществом супругов: моим и моей супруги ФИО3 Между тем в п. 5 «Согласия о разделе общего имущества супругов» указано, что единственным собственником данного имущества является супруг ФИО2 Таким образом, стороны «согласия» на практике считают законный режим имущества супругов действующим. В соответствие с нормой ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Обстоятельством, подлежащим оценке судом, является также неравный разделнедвижимого имущества между супругами. Так, ФИО3 по условиямсоглашения является единственным собственником 7 объектов недвижимости -производственных помещений общей площадью более 2 тысяч кв. м. в центре города.Должнику же ФИО2 переходит право на жилое помещение (супруги,очевидно, информированы
поскольку для отдельных видов совместной собственности Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами не установлено иное (пункты 1, 2, 4 статьи 253 Гражданского кодекса РФ). Особенности правового регулирования отношений собственности супругов определены в Семейном кодексе РФ. По общему правилу, имущество супругов, нажитое ими во время брака, является их совместной собственностью независимо от того, на имя кого из них оно приобретено (пункт 1 статьи 33, пункты 1 и 2 статьи 34 данного Кодекса). Законный режим имущества супругов – предполагающий, что все приобретенное ими в период брака по возмездным сделкам за счет указанных в законе источников поступает в не разграниченную на доли общую собственность, используется ими сообща и на началах доверия друг другу, - являясь общим правилом для супружеской собственности, допускает возможность его изменения по соглашению (пункт 1 статьи 33 и глава 8 «Договорный режим имущества супругов» данного Кодекса). Таким образом, если супруги не определили своим соглашением режим долевой или раздельной
