Результаты орд как доказательство - гражданское законодательство и судебные прецеденты

проверке показаний Ротаря на месте, в связи с чем считает незаконными все следственные мероприятия с участием названных понятых по причине их заинтересованности. Оспаривает законность проведения оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ) в отношении ФИО1 и ФИО2 и полученных при этом сведений, поскольку в материалах дела отсутствует процессуальный источник происхождения обнаруженного у Ротаря СВУ - «пояса шахида», которое не обозначено в приложении к протоколу его осмотра и в постановлении о передаче результатов ОРД следователю от 21 июня 2019 г., признано вещественным доказательством только 10 сентября 2019 г. уже после проведения экспертизы, в связи с чем данное СВУ и заключение эксперта-взрывотехника являются недопустимыми доказательствами. В суде не установлена и не проверена достоверность оперативной информации, на основании которой проведены ОРМ в отношении ФИО1 и ФИО2 и их задержание, не раскрыт источник данной информации, хотя сторона защиты ходатайствовала об этом, в связи с чем незаконными являются не только ОРМ в отношении ФИО1 и ФИО2,

23 апреля 2018 г. (т. 1 л.д. 31-33, 39-41) оформлены не единым печатным текстом, а пропущены и написаны рукописно следующие графы: номер постановления, фамилия судьи, что может свидетельствовать о том, что текст постановлений был заранее подготовлен сотрудниками УФСБ, а не напечатан судьей. Поскольку данные постановления вынесены с нарушением ст. 9 ФЗ «Об ОРД» они являются недопустимыми, как и результаты последующих проведенных на их основе ОРМ. Ссылаясь на ч. 3 ст. 48 ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» ст. 15 ФЗ «Об ОРД», считает незаконным изъятие 24 апреля 2018 г. вещественных доказательств протоколом ОРМ «Обследование помещений » (т. 1 л.д. 42-86) несмотря на соответствующее постановление суда. Обращает внимание, что согласно п. 5 Инструкции о порядке изъятия из незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, инструментов и оборудования, находящихся под специальным контролем и используемых для производства и изготовления наркотических средств и психотропных веществ, а также их учета, хранения, передачи,

(протоколы допросов свидетелей ФИО7 и ФИО8) №374412 (допрос ФИО5, заключение эксперта ФИО6 в отношении донно-забортной арматуры); №11902050001000029 (допрос свидетеля ФИО17). Возможность использования материалов уголовного дела суд первой инстанции обосновал приказом МВД России №317, ФНС России №ММВ-7-2/481@ от 29.05.2017, соглашением о взаимодействии между СК РФ и ФНС от №101-162-12/ММВ-27-2/3, п.45 Постановления Пленума ВАС РФ от №57. При отсутствии в материалах дела соответствующего постановления УМВД России по ПК о предоставлении результатов ОРД, по мнению общества, суд не имел законных основании использовать описанные доказательства , т.к. они получены с нарушением закона. Суд первой инстанции не принял во внимание факт отсутствия объективных и неоспоримых данных, подтверждающих отсутствие принадлежности подписей в договорах, счетах-фактурах, ТН, УПД руководителям ООО «Таймекс-М», ООО «Лига», ООО «Транско», ООО «Гермес», ООО «Дельта». Объективным доказательством, в данном случае, является только почерковедческая экспертиза. Суд сделал вывод о подписании приведенных документов не уполномоченным лицом, основываясь лишь на объяснениях руководителей Обществ (поставщиков). Однако из

или его заместителя). В то же время п. 14 «Инструкции» гласит о том, что при необходимости рассекречивания сведений, содержащихся в материалах. отражающих результаты ОРД, руководителем органа, осуществляющего ОРД (начальником или его заместителем), выносится постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей. Все вышеуказанные требования Федеральных законов и «Инструкции» соблюдены, что подтверждается материалами проверки и не может служить основанием для отмены решения суда первой инстанции. Более того, исходя из смысла текста п. 1 «Инструкции» следует, чторезультаты оперативно-розыскной деятельности могут и должны использоватьсятакже в гражданском и арбитражном судопроизводстве. Довод апелляционной жалобы внешнего управляющего о том, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения норм процессуального права не соответствуют фактическим обстоятельствам, а именно утверждение о том, что в нарушение ч. 4 ст. 71 АПК РФ не дана оценка письменным доказательствам - копиям контрольно-кассовых чеков от 23 июня 2017 г. на сумму 1760000 рублей и письменным объяснениям ФИО11 Так на стр. 4 определения

его заместителя). В то же время п. 14 «Инструкции» гласит о том, что при необходимости рассекречивания сведений, содержащихся в материалах. отражающих результаты ОРД, руководителем органа, осуществляющего ОРД (начальником или его заместителем), выносится постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей. Все вышеуказанные требования Федеральных законов и «Инструкции» соблюдены, что подтверждается материалами проверки и не может служить основанием для отмены решения суда первой инстанции. Более того, исходя из смысла текста п. 1 «Инструкции» следует, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут и должны использоваться также в гражданском и арбитражном судопроизводстве. Довод апелляционной жалобы внешнего управляющего о том, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения норм процессуального права не соответствуют фактическим обстоятельствам, а именно утверждение о том, что в нарушение ч. 4 ст. 71 АПК РФ не дана оценка письменным доказательствам - копиям контрольно-кассовых чеков от 23 июня 2017 г. на сумму 1760000 рублей и письменным объяснениям ФИО11 Так на стр. 4

до проведения проверки. Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в действующем законодательстве отсутствуют ограничения в использовании налоговыми органами при проведении мероприятий налогового контроля и арбитражными судами при разрешении споров письменных доказательств, добытых в результате оперативно-розыскных мероприятий и названные материалы ОРД могут быть оценены в качестве относимого и допустимого доказательства по делу в совокупности с иными доказательствами, даже если такое доказательство имеет исключительно информационный характер, т.к. результаты ОРД получены легально, в установленном порядке, по своим признакам они соответствуют документальным доказательствам (статья 75 АПК РФ), и основания считать их недопустимыми отсутствуют. Поскольку доказательств иного из материалов дела не следует, суд полагает выводы суда первой инстанции в указанной части ошибочными. Так, из материалов дела следует, что имущество, выступающее предметом спорной сделки (нежилые помещения, находящиеся в 6-этажном здании - общей площадью 8355,5 кв.м., расположенные по адресу: <...>) спорное имущество принадлежало: Наименование объекта Дата сделки по приобретению недвижимого имущества ООО УК Кристалл-Сервис

может являться предметом рассмотрения в ходе судебного разбирательства при рассмотрении дела по существу, тем более что указанная квалификация улучшает (смягчает) положение подозреваемого, обвиняемого. Судебная коллегия также считает несостоятельными доводы жалоб о не предоставлении при рассмотрении жалобы судебных решений, полученных в ходе проведения ОРМ на ограничение конституционных прав, поскольку предоставление результатов ОРД следователю и в суд является прерогативой органа дознания, при этом указанные документы не входят в перечень обязательных документов, предоставляемых следователю для оценки результатов ОРД как доказательств по делу и могут быть истребованы в любой стадии уголовного судопроизводства в целях проверки законности проведения ОРМ. Кроме того, судебная коллегия считает несостоятельными доводы адвоката о рассмотрении жалобы незаконным составом суда в связи с имеющимся в материалах доследственной проверки постановлением о проведении ОРМ с грифом секретности, который никем не отменен. По мнению судебной коллегии, данные выводы адвоката ничем не подтверждены, поскольку, как это следует из представленных материалов и протокола судебного заседания, согласно постановлению

на имя начальника ФКУ СИЗО № УФСИН <адрес>, которым предоставлено право на проведение оперативно-следственных действий на весь период предварительного следствия с обвиняемыми ФИО29, ФИО30 При этом, как неоднократно указывал Конституционный суд РФ, результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно розыскной деятельности", могут стать доказательствами, после закрепления их надлежащим процессуальным путем. Т.е. для закрепления результатов ОРД как доказательств необходимо их подтверждения путем проведения процессуальной проверки. Тогда как при проверке процессуальным путем в ходе предварительного следствия в рамках уголовного дела этих сведений, являющихся результатом ОРД и положенных в основу проведенной служебной проверки, эта информация, полученная ФИО14, не нашла своего подтверждения. Так, истцом в судебное заседание был представлен протокол очной ставки, проведенной между ФИО2 и ФИО30, в ходе которой ФИО30 не опознал ФИО2, пояснив следователю, что это не тот человек, который применял к

данный довод, адвокат приводит положения ФЗ РФ «Об ОРД», и полагает, что своими действиями оперативные сотрудники нарушили данный закон, так как целью оперативного эксперимента является выявление наличия преступного умысла, в то время, как полагает адвокат, на самом деле оперативными сотрудниками при помощи Р. не была пресечена преступная деятельность данной группы лиц, в число которых входила и ФИО2 Таким образом, адвокат в жалобе указывает, что фактические обстоятельства проведения следственного эксперимента ставят под сомнение допустимость результатов ОРД как доказательств . Помимо этого, адвокат полагает, что суд первой инстанции при назначении ФИО2 наказания должен был учитывать, что ФИО2, находясь на свободе длительное время – один год и 10 месяцев, каких-либо противоправных действий не совершила, ни в чем предосудительном замечена не была. Как указывает адвокат, изложенные им в жалобе обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 в меньшей степени представляла опасность, кроме того сделала первые шаги к исправлению и на основании этого для исправления ФИО2