Статья 167 ГК РФ прямо предусматривает, что лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделкинедействительной не считается действовавшим добросовестно. В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно действующей судебной практике обязанность доказывания статуса «добросовестного залогодержателя» возлагается на заинтересованную сторону (Постановление ФАС ПО от 24 июня 2014г. N Ф06-6211/13 по делу N А65-18847/2011, Постановление ФАС УО от 05.04.2013г. по делу № А50-3804/2011, Постановление АС УО от 20.03.2015г. по делу А47-809/2013). В рассматриваемом случае Банк был однозначно осведомлен об обстоятельствах, послуживших основанием для признания сделки недействительной. Таковым обстоятельством является в соответствии со ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» «неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника
делу». Статья 167 ГК РФ прямо предусматривает, что лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделкинедействительной не считается действовавшим добросовестно. В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно действующей судебной практике обязанность доказывания статуса «добросовестного залогодержателя» возлагается на заинтересованную сторону (Постановление ФАС ПО от 24 июня 2014г. N Ф06-6211/13 по делу N А65-18847/2011, Постановление ФАС УО от 05.04.2013г. по делу №А50-3804/2011, Постановление АС УО от 20.03.2015г. по делу А47-809/2013). В рассматриваемом случае Банк был однозначно осведомлен об обстоятельствах, послуживших основанием для признания сделки недействительной. Таковым обстоятельством является в соответствии со ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» «неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону
иным субъектным составом. Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько прикрывающих сделок, которые являются ничтожными. Таким образом договор финансовой аренды (лизинга) № 2009/АКМ-7433 от 08.05.2009 г. и договор сублизинга № 28-СЛ/09 от 08.05.2009 г. недействительны (ничтожны) по основаниям п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, как прикрывающие фактические лизинговые отношения между АО «Росагролизинг» и ООО «Вторая пятилетка». Как указал Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 25 от 23.06.2015 г. «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действий сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права
что заключение оспариваемой сделки совершено после введения в отношении должника ФИО4 процедуры реализации имущества, безвозмездно, с противоправной целью, при наличии умысла на отчуждение спорного имущества должника во избежание обращения на него взыскания кредиторов, и исходил из наличия правовых оснований, предусмотренных ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, для признания сделкинедействительной. При этом ФИО2 не признан судом добросовестным приобретателем, исходя из того, что, по убеждению суда первой инстанции, с учетом установленных обстоятельств, он мог и должен был знать о возможности признания недействительными сделок в отношении приобретаемого имущества, осуществленных при наличии судебных споров и имеющегося запрета на отчуждение спорного имущества. Рассмотрев заявления сторон спора о применения исковой давности, оснований для их удовлетворения суд не установил. Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и письменного отзыва, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта
недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделкинедействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение . Например, во избежание обращения взыскания
отношении зарегистрированного права лицо, которое знало или должно было знать о недостоверности данных государственного реестра, не вправе ссылаться на соответствующие данные. В соответствии с ч.2 п.1 ст.170 ГК РФ лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделкинедействительной не считается действовавшим добросовестно. Утверждения истцов, что ответчики не имели цели приобретения в собственность оспариваемой квартиры, так как квартира фактически им не передавалась, являются надуманными. Цели приобретения любого имущества, в том числе недвижимого, не ограничены только его немедленным личным использованием, имущество может приобретаться с целью эффективного вложения денежных средств, сдачи в аренду, личного использования в будущем и т.<адрес> логике стороны истцов все сделки, заключенные в соответствии с §6 главы 34 ГК РФ являются притворными сделками, прикрывающими займы и кредиты. Заявляя о явно заниженной цене недвижимого имущества, истцы сознательно манипулируют понятиями «цена сделки (договора)» и «цена имущества», исключая из цены сделки денежные средства, фактически уплаченные
воли и др.). Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т. д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя. Таким образом, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 Гражданского кодекса РФ не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно
