руководствовались положениями статей 10, 168, 174 (пункт 2), а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и пришли к выводу о недоказанности оснований для признания оспариваемых дополнительных соглашений недействительными по мотиву их совершения единоличным исполнительным органом общества в ущерб интересам общества. Наличие в действиях участников оспариваемых сделок признаков злоупотребления правом или совершения оспариваемых сделок в обход закона судами также не установлено. Более того, по иску о признании дополнительных соглашений как оспоримой сделки недействительными истцом пропущен годичный срок исковой давности, установленный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, и о применении исковой давности ходатайствовал ответчик. Суд округа согласился с данной судами оценкой обстоятельств спора. Доводы заявителя касаются фактических обстоятельств спора и не могут быть приняты во внимание на стадии кассационного рассмотрения спора. С заявителя подлежит взысканию государственная пошлина, отсрочка уплаты которой была
без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не установлено. Разрешая спор, суды руководствовались статьями 10, 167, 168, 334.1, 335, 352, 355 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о совершении сделки в обход закона , нарушении интересов третьих лиц. Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций о действиях сторон и их последствиях, основанными на оценке доказательств и нормах законодательства, не свидетельствует о существенном нарушении судами норм материального или процессуального права при рассмотрении спора, повлиявшем на исход дела, что в силу вышеприведенных законоположений исключает возможность пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать обществу с ограниченной ответственностью «Азиатский
правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Допущенное обществом нарушение правил участия в конкурсе, как полагает учреждение, привело к ограничению конкуренции, обходу закона с противоправной целью, что свидетельствует о ничтожности сделки, заключенной при подобной закупке. Заявитель считает, что спорная сделка совершена в обход явно выраженного запрета, установленного Законом № 44-ФЗ, и является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункты 7 и 75 постановления Пленума № 25). Кроме того, заявитель указывает в жалобе, что о предоставлении обществом недостоверных сведений учреждение узнало из представления прокуратуры от 21.06.2017. Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского
составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Поскольку спорный контракт заключен с нарушением требований Закона № 44-ФЗ, при недобросовестном поведении участника торгов, с целью обходазакона с противоправной целью, нарушая принципы контрактной системы, а следовательно, публичные интересы, в связи с чем она является ничтожной, применение судами первой и кассационной инстанций при рассмотрении настоящего спора пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса, позволяющее такому лицу получить имущественное удовлетворение из своего незаконного поведения, является необоснованным. Действия по уплате аванса были совершены учреждением до того момента, как стало известно о нарушениях участника торгов, а следовательно,
залога (спорную самоходную техники), не распределив между участниками долевой собственности полученные денежные средства. Податель жалобы обращает внимание на то, что согласно материалам дела грохот TESAB TS3600 не утрачен, использовался в производственной деятельности с июля 2017 года по декабрь 2019 года хранителем - ООО «Нерудная транспортная компания», а затем - ООО «Новые нерудные технологии», директором и единственным участником которого являлась ФИО3 Фактически группой лиц - ООО «Нерудная транспортная компания», предприниматель ФИО8 и ФИО3, совершена сделка в обход закона , лишившая ФИО5 права собственности на грохот при отсутствии соразмерного возмещения рыночной стоимости, принадлежащей ему доли в праве собственности на данную самоходную технику. В судебных заседаниях представители ФИО1 и ФИО5 поддержали изложенные ими позиции. Представитель ФИО10 отклонил доводы, приведенные в кассационной жалобе, просил оставить в силе обжалованный судебный акт, как законный и обоснованный. Уполномоченный орган в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ивановской области представил отзыв, в котором поддержал позицию конкурсного кредитора ФИО1
требований по договорам купли-продажи от 26.09.2018 г. и 02.10.2018 г. N ОС/1 и ОС/2, а также по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 г. Согласно акту о зачете, с момента подписания настоящего акта указанные суммы взаимных обязательств считаются погашенными. Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для признания указанных договоров недействительными сделками правильным. Сам по себе факт заключения договора купли-продажи имущества юридического лица не может квалифицироваться как злоупотребление правом и сделка в обход закона , поскольку никаких объективных доказательств наличия подобного состава недействительности сделки ( ст.ст.10, 168 ГК РФ) истцом не представлено. Не имеется оснований квалифицировать указанные договоры купли-продажи и как мнимую сделку. Пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Мнимые сделки относятся к категории ничтожных, поэтому такие сделки недействительны согласно положению пункта 1 статьи 166 Гражданского
от стандарта разумного и добросовестного поведения конкурсного управляющего, предусмотренного пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве. Учитывая, что погашение требований кредиторов ООО «ПрофМаркет» было совершено не способом, предусмотренным Законом о банкротстве, совокупность изложенных выше действий, произведенных ФИО5, ФИО2, ФИО6, ЗАО «Аспект М» и ООО «ПрофМаркет» свидетельствует об очевидной осведомленности участников сделки, в том числе ФИО2, о наличии у должника на момент совершения сделки неисполненных обязательств перед кредиторами, вместо оплаты которых была совершена оспариваемая сделка в обход закона . Иных мотивов передачи денежных средств ФИО2, получившим их как конкурсным управляющим ООО «ПрофМаркет», ФИО6 и последующей передачи ФИО6 денежных средств ЗАО «Аспект М», а не непосредственно на специальный счет, открытый для погашения требований кредиторов ООО «ПрофМаркет», судом не установлено. Из пояснений, данных ФИО2 следователю Следственного управления Министерства внутренних дел России по г. Вологде младшему лейтенанту юстиции ФИО9 при проверке по материалу КУСП от 19.11.2015 № 41992, следует, что ФИО5 не могла самостоятельно
нее налог на прибыль, налог на добавленную стоимость ( т. 36-40). Таким образом, документально подтвержденное фактическое исполнение договоров комиссии М РНП № 906/03 от 01.10.03 и № 08/06 от 01.01.06 свидетельствует о намерениях Сторон участвовать именно в комиссионных правоотношениях, а не в отношениях, вытекающих из договоров купли-продажи, тем более, с лицами, не участвующими в заключенных заявителем договорах. Довод о заключении сделки в обход закона прямо исключает довод о заключении мнимой или притворной сделки. Сделка в обход закона являясь внешне законной, приводит к незаконному результату, при этом стороны не совершают никакой другой сделки (прикрытия), но определяют само содержание сделки таким образом, чтобы обойти препятствия, которые встречаются в законе и все-таки прийти к незаконной цели. Сделка, совершенная в обход закона является ничтожной в силу ст. 168 ГК РФ. Ссылка налогового органа на то, что, заключая сделку, налогоплательщик злоупотребил правом, когда нормы прямо не нарушаются, но преследуется цель уклонения от уплаты налогов, прямо
делу N А60-49183/2011. Как это следует непосредственно из его содержания, соглашение от 20.11.2015 г. о расторжении договора №7764/141499 от 06.02.2015 г. заключено в связи с возникновением обстоятельств, препятствующих выполнению соответчиком-1 работ по договору №7764/141499 от 06.02.2015 г., и в осуществлении права, предусмотренного п.15.6 договора №7764/141499 от 06.02.2015 г. на досрочное расторжение по взаимному согласию. Несмотря на заявления соистцов о наличии в действиях соответчиков по расторжению договора №7764/141499 от 06.02.2015 г. злоупотребления правом ( сделка в обход закона с противоправной целью) соответчиками не были представлены доказательства того, что возмещение соответчиком-2 фактически понесенных затрат по договору №7764/141499 от 06.02.2015 г. ни в какой мере не являлось по сути оплатой выполненных соответчиком-1 по договору №7764/141499 от 06.02.2015 г. работ по Ключевым событиям №1, №2 и №3 специальным, не предусмотренным договором путем, а соглашения от 20.11.2015 г. не было заключено в обход норм ч.4. ст. 1, ч.1 ст. 10 ГК РФ и Федерального закона
суд с иском к ФИО4 и ФИО3, просил признать недействительным заключенный 24 января 2013 года между ФИО4 и ФИО3 договор дарения земельных участков, расположенных по адресу: <адрес>, с кадастровыми номерами <9>, <38>, применить последствия недействительности сделки: признать недействительными право собственности и государственную регистрацию права за ФИО3 на спорные земельные участки, обязать Управление Росреестра по Калужской области внести соответствующие изменения в ЕГРП. В обоснование требований ссылался на то, что ответчицей ФИО4 была совершена указанная сделка в обход закона с целью перерегистрации права собственности земельных участков на свою сестру ФИО3 для сохранения имущества от обращения взыскания по долговым обязательствам, которая ФИО4 имеет перед ФИО1 Истец и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали. Ответчица ФИО4 и ее представители адвокат Витрик Н.В., Чегемов О.С. исковые требования не признали. Ответчица ФИО3, извещенная надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, в направленном ранее в суд заявлении возражала
с кассации, после получения исполнительного документа, истец обратился в орган регистрации и только тогда узнал о том, что ответчик ФИО2 являлась правообладателем спорного жилого дома до ____.2021 года, совершена сделка с другими ответчиками. Ответчики, заведомо зная, что решение суда вступило в законную силу 03.02.2021 года и не вправе распоряжаться недвижимым имуществом, в ___ 2021 года совершили сделку. Сделка совершена между аффилированными лицами, ФИО2 продала дом своим внукам, что свидетельствует о злоупотреблении правом, совершена сделка в обход закона и с противоправной целью для невозможности исполнения вступившего в законную силу решения суда. Нарушено право истца на недвижимое имущество. Апелляционная инстанция указала, что жилой дом передан матери истца, истец в нем зарегистрирован, что подтверждается штампом в паспорте, бремя содержания дома несла семья истца, а ФИО2 самоустранилась от этого более чем на ___ лет, претензий ФИО7 не предъявляла, стоимость дома была полностью выплачена ФИО2 Просила применить последствия недействительности сделки путем исключения записи о праве
цене договора между сторонами фактически согласовано не было. При этом, договор считается заключенным, когда между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям. Однако, сторонами было подписано два предварительных договора купли-продажи, которые содержали различные условия о цене продаваемого объекта недвижимости, а так же о порядке оплаты. Полагает, что в соответствии со ст. 10 ГК РФ истцу должно быть отказано в судебной защите, в связи с тем, что истец злоупотребила своими правами и намеревалась совершить сделку в обход закона . Опрошенная в качестве свидетеля ФИО6 суду пояснила, что ФИО4 и ФИО2 являются ее знакомыми. С февраля по октябрь 2020 года она работала стажером в риэлтерском агентстве ООО «Этажи». К ней обратилась ФИО2 с просьбой о продаже доли в квартире. Она сделала фотографии ее квартиры и выставила их в рекламу. Позже она встретила в ТЦ «Оникс», где расположен офис ООО «Этажи», ФИО4, которая в ходе разговора пояснила, что хочет приобрести для дочери жилое
что заключение соглашения об уступке требования от ДД.ММ.ГГГГ и исполнение ООО Проектно-строительная фирма «Спецмонтажкабельстрой» соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ состоялись в период подозрительности, поскольку Приказом Банка России от ДД.ММ.ГГГГ №ОД-773 у АО «АктивКапитал Банк» с ДД.ММ.ГГГГ отозвана лицензия на осуществление банковских операций, заявление о признании должника банкротом принято судом определением от ДД.ММ.ГГГГ Факт осведомленности всех участников оспариваемой сделки, в том числе ООО Проектно-строительная фирма «Спецмонтажкабельстрой», ООО «Биар» о признании должника банкротом, о совершении сделки в обход Закона о банкротстве, о совершении сделки со злоупотреблением правом установлен судебной коллегией и подтвержден материалами дела. С учетом установленных обстоятельств дела и приведенных норм права арбитражный суд не нашел оснований для вывода о добросовестности ООО Проектно-строительная фирма «Спецмонтажкабельстрой» при произведении платежа новому кредитору. Разрешая вопрос o возможности восстановления обеспечительных обязательств арбитражный суд исходил из того, что исполнение ООО Проектно-строительная фирма «Спецмонтажкабельстрой» в пользу ООО «Биар» не являлось надлежащим, поскольку ООО Проектно-строительная фирма «Спецмонтажкабельстрой» действовало
