тепловую энергию , принимаемую равной нулю, и ставку за содержание мощности , рассчитываемую по формуле: (тыс. руб./Гкал/ч в мес.), (81) где: - суммарная договорная (заявленная) тепловая нагрузка по пару или по воде потребителей услуг r-той регулируемой организации (с учетом мощности, поддерживаемой для отдельных категорий (групп) социально значимых потребителей, приобретающих услуги по поддержанию резервной тепловой мощности), паровые тепловые сети или водяные тепловые сети которой используются для передачи тепловой энергии таким потребителям в i-м расчетном периоде регулирования, Гкал/ч; М - количество месяцев в расчетном периоде регулирования, мес. 123. В случае если органом регулирования принято решение об утверждении тарифов на услуги по передаче тепловой энергии с учетом дифференциации по схеме подключения теплопотребляющих установок потребителей тепловой энергии к системе теплоснабжения: 1) одноставочный тариф на услуги по передаче тепловой энергии: а) до тепловых пунктов, эксплуатируемых r-той регулируемой организацией, рассчитывается по формуле: (в ред. Приказа ФАС России от 04.10.2017 N 1292/17) (см. текст в предыдущей
том, что оспариваемые положения Административного регламента должны содержать указание на возможность обжалования в федеральный антимонопольный орган решений территориальных органов ФАС России об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, принятых по результатам рассмотрения соответствующих заявления и материалов, судом первой инстанции проверялось, правильно признано несостоятельным, как основанное на ошибочном толковании административным истцом норм материального права. Из содержания части 4 статьи 23, части 1 статьи 52 Закона о защите конкуренции, на которые ссылается Общество в обоснование указанного требования, следует, что в коллегиальный орган ФАС России подлежат обжалованию исключительно решения и (или) предписания территориального органа ФАС России, принятые по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Полномочия ФАС России по отмене (пересмотру) решений об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, принятых его территориальными органами, названный федеральный закон не предусматривает. Этот вывод суда подтверждается разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, данными в пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4
в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление, в котором просило в удовлетворении иска отказать. По мнению ответчика, право поставщика на односторонний отказ от договора безотносительно к каким-либо фактическим обстоятельствам предусмотрено пунктом 7.11 договора от 03.11.2016 № 256. При этом отказ от договора был обусловлен необходимостью исполнения предписания Федеральной антимонопольной службы от 02.04.2018 по делу № 1-10-75/00-02-17; обстоятельства данного дела о нарушении антимонопольного законодательства, позиция антимонопольного органа, содержание решения ФАС России по делу были известны истцу. Ответчик еще в августе 2017 года уведомил истца о возможных изменениях условий поставки СПБТ. С учетом условий отпуска газа, допуска к вывозу газа с газонаполнительного пункта Мыльджинского ГКМ нескольких покупателей ответчик вынужден был внести в проект договора поставки изменения не только в части объемов отгрузки товара, но и в части порядка выборки СПБТ, порядка определения цены, и это потребовало заключения нового договора поставки с истцом. На дату
по себе не повлекло каких-либо негативных последствий, о нарушении прав заявителя на оспаривание решения, предписания не свидетельствует, а поэтому не может являться основанием для признания оспариваемых ненормативных актов незаконными. 28.03.2013 Комиссией ФАС России было принято решение по делу № К-409/13, в действиях Заказчика части 4 статьи 11 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд» (далее - Закон о размещении заказов). Содержание Решения ФАС России полностью соответствует требованиям пункта 3.39 Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по рассмотрению жалоб на действия (бездействие) заказчика, уполномоченного органа, специализированной организации, конкурсной, аукционной или котировочной комиссии, оператора электронной площадки при размещении заказа на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг, в том числе при размещении заказов на энергосервис, для государственных, муниципальных нужд, нужд бюджетных учреждений утвержденного Приказом ФАС России от 24.07.2012 № 498, а именно содержит краткое изложение доводов
131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление и дополнения к нему, в которых просило в удовлетворении иска отказать. По мнению ответчика, право поставщика на односторонний отказ от договора безотносительно к каким-либо фактическим обстоятельствам предусмотрено пунктом 7.11 договора от 03.11.2016 № 256. При этом отказ от договора был обусловлен необходимостью исполнения предписания Федеральной антимонопольной службы от 02.04.2018 по делу № 1-10-75/00-02-17; обстоятельства данного дела о нарушении антимонопольного законодательства, позиция антимонопольного органа, содержание решения ФАС России по делу были известны истцу. Ответчик еще в августе 2017 года уведомил истца о возможных изменениях условий поставки СПБТ. С учетом условий отпуска газа, допуска к вывозу газа с газонаполнительного пункта Мыльджинского ГКМ нескольких покупателей ответчик вынужден был внести в проект договора поставки изменения не только в части объемов отгрузки товара, но и в части порядка выборки СПБТ, порядка определения цены, и это потребовало заключения нового договора поставки с истцом. На дату
антимонопольной службе (далее - ФАС России) об оспаривании постановлений о привлечении к административной ответственности по делу № 4-14.31-149/00-03-17, решения и предписания ФАС России от 04.03.2016 по делу № 1-11- 62/00-03-15. Исходя из приведенных в заявлении общества доводов, а также приложенных к заявлению документов, суды установили, что обстоятельства, изложенные в указанных судебных актах, не являются теми обстоятельствами, которые не были и не могли быть известны заявителю, поскольку правовая позиция общества, мотивированная, в том числе содержанием решения ФАС России от 04.03.2016 по делу № 1-11-62/00-03-15 исследовалась судом первой инстанции и эти доводы отклонены как невлекущие такого последствия как недействительность договоров. Следовательно, указанные обществом обстоятельства не отвечают признакам обстоятельств, указанным в пункте 1 части 2 статьи 311 АПК РФ. Также судами установлено, что ООО «НИКО» к заявлению о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствами не приложен судебный акт, о пересмотре которого ходатайствует истец. В связи с вышеизложенным суды пришли к правильному
к административной ответственности по делу №4-14.31-149/00-03-17, решения и предписания от 04.03.2016 по делу №1-11-62/00-03-15. По мнению заявителя, указанные обстоятельства являются «вновь обнаруженными», по основному критерию относятся к вновь открывшимся обстоятельствам, не были и не могли быть известны заявителю. Принимая решение о возвращении заявления ООО «НИКО», суд первой инстанции правильно указал, что обстоятельства, изложенные в указанных судебных актах, не являются обстоятельствами, которые не были и не могли быть известны заявителю, поскольку довод истца, мотивированный содержанием решения ФАС России по делу №1-11-62/00-03-15 от 04.03.2016 исследовался судом первой инстанции, отклонен за несостоятельностью. Кроме того, ответчик по существу указывает не на вновь открывшиеся обстоятельства, а ссылается на дополнительное доказательство. Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, к заявлению о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствами не приложен судебный акт, о пересмотре которого ходатайствует истец. При таких обстоятельствах заявление ООО «НИКО» правомерно возвращено судом первой инстанции на основании пункта 3 части 1
18 марта 2016 года № СП/16944/16 и от 7 сентября 2016 года № СП/61678/16, вынесенных по результатам рассмотрения заявления АО «ДРСК» о рассмотрении досудебного спора с Департаментом по Постановлению от 26 июня 2015 года № 26/12 «О внесении изменений в Постановление Департамента от 24 декабря 2014 года № 65/4 «Об установлении единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям территориальных сетевых организаций, оказывающих указанные услуги, на территории Приморского края». Из содержаниярешенияФАС России от 18 марта 2016 года № СП/16944/16 следовало, что несмотря на предписание подпунктов «а» и «в» пункта 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 11 мая 2015 года № 458 пересмотреть с 1 июля 2015 года единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии для населения и приравненных к нему категорий потребителей, не изменяя цены (тарифы) электрической энергии (мощности), поставляемой населению и приравненным к нему категориям потребителей, соответствующая обязанность Департаментом при принятии
расходы на оказание информационно-консалтинговых услуг, услуг стратегического управления в размере 241,09 млн. руб. покрыты за счет регулируемых видов деятельности. Вместе с тем при исполнении решения ФАС России Управлением по регулированию тарифов Воронежской области было допущено нарушение норм действующего законодательства, выразившееся в том, что УРТ по Воронежской области исключило 241,08 млн. рублей полностью из необходимой валовой выручки только одного из видов регулируемой деятельности – холодного водоснабжения на 2016 год, в то время как из содержаниярешенияФАС России следует вывод об исключении этой суммы из необходимой валовой выручки применительно ко всем регулируемым видам деятельности: как по водоснабжению, так и по водоотведению. При этом административный ответчик обосновал свое решение о корректировке суммы НВВ именно по регулируемым тарифам на питьевую воду (питьевое водоснабжение) тем, что большую долю всей НВВ от осуществляемых Обществом регулируемых видов деятельности составляют именно услуги в сфере холодного водоснабжения (т.4 л.д. 8). Однако, согласно положениям части 1, части 7,
