статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, однако каких-либо действий, направленных на исполнение сделок, сторонами не совершалось, а истец не смог пояснить, о применении каких последствий недействительности сделки он просит, тогда как применение реституции к мнимой сделке невозможно. Выполняя указания суда округа, данные в постановлении от 27.06.2019, повторно оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание условия оспариваемых соглашений о переводе долга, установив, что договоры поручительства и залога прав требований по размещенным депозитам были расторгнуты до заключения соглашений о переводе долга, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о недействительности соглашений о расторжении обеспечительных сделок, как не соответствующий обстоятельствам дела. Руководствуясь статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2015 № 25
03.03.2017 № ОД-542). С этого дня назначена временная администрация по управлению Татфондбанком на срок до вынесения арбитражным судом решения о признании его банкротом или до дня вступления в законную силу решения арбитражного суда о назначении ликвидатора (приказ Банка России от 03.03.2017 № ОД-544). Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 по делу № А65-5821/2017 Татфондбанк признан несостоятельным (банкротом). Дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Новая нефтехимия» возбуждено 29.08.2017. В заявлении об оспаривании соглашения о переводе долга по кредитному договору на 1,8 млрд. рублей на общество «Новая Нефтехимия», договора цессии, по которому общество «Казаньоргсинтез» обязалось уступить обществу «Новая нефтехимия» требования к Татфондбанку по договору субординированного депозита на 1,8 млрд. рублей, а также трехстороннего соглашения о перемене лиц в обязательствах, конкурсный управляющий обществом «Новая Нефтехимия» сослался на то, что данные сделки заключены с целью причинения вреда кредиторам общества «Новая Нефтехимия» и со злоупотреблением правом. Общество «Сувар-Девелопмент», предъявляя к включению в реестр требований
проверки ООО «Класко», проведенной налоговой инспекцией уже в ходе судебного разбирательства следует, что общество не может представить карточку по счету 66 «Расчеты по займам», в связи с тем, что сумма по договору в бухгалтерском учете общества учитывалась на счете 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» до момента погашения и не переводилась в займ. Ответ на встречную проверку подписан главным бухгалтером ООО «Класко» ФИО5 Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства свидетель пояснила, что соглашение о переводе договора поставки в договор займа произведен с подписью руководителя ООО «Класко», в связи с чем, она могла не знать о заключенном соглашении. В соответствии со статьей 82 Налогового кодекса Российской Федерации Налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном настоящим Кодексом. Налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков,
другому лицу на основании закона. Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. То есть в основе сделки по уступке права требования лежит неисполненное обязательство. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации). Судом установлено, что соглашение о переводе договора от 30.11.2018 не противоречит требованиям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. Материально-правовое правопреемство на основании сделки уступки права требования не порождает процессуальное правопреемство автоматически. Для этого необходимо волеизъявление сторон сделки (цедента или цессионария), выраженное в обращении к арбитражному суду с заявлением о правопреемстве. В соответствии с п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на
отложения судебного заседания по вопросу о продлении конкурсного производства. Кроме того, суд обязан разрешить вопрос о продлении процедуры, а вопрос об отложении судебного заседания относится к процессуальным. Судом установлены основания для продления конкурсного производства. Управляющий заявил ходатайство о продлении процедуры конкурсного производства сроком на 6 месяцев. В обоснование данного процессуального действия заявитель письменно указал, что настоящий момент проведены не все мероприятия процедуры конкурсного производства. Коме того, не рассмотрена требования кредитора ФИО11, оспаривается к/у соглашение о переводе договора , также оспаривается Департаментом сделка о передаче земельного участка. От конкурсного управляющего в материалы дела 03.06.2020 через канцелярию суда (поступили: отчет конкурсного управляющего, протокол собрания кредиторов со всеми документами). В соответствии с п. 2 ст. 124 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» срок конкурсного производства может быть продлен по ходатайству лица, участвующего в деле, на срок не более чем на шесть месяцев. Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
обстоятельства судом в соответствии сположениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РоссийскойФедерации устанавливаются путем всестороннего, полного, объективного инепосредственного исследования имеющихся в деле доказательств. Отклоняя доводы истца о существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга (2 887 635 руб.) и рыночной стоимостью с учетом цены приобретения предмета лизинга (7 239 719 руб. 40 коп.), короткого срока пользования предметом лизинга, нахождения предмета лизинга на гарантийном техническом обслуживании, реализации предмета лизинга бывшему руководителю истца (лизингополучателя), заключившему дополнительные соглашения о переводедоговора выкупного лизинга в договор невыкупного лизинга, иных представленных доказательств и доводов, представленных сторонами, судами не учтено, что, если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга (установления договорной цены продажи). В такой ситуации на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности своих действий при определении стоимости
в силу с момента его государственной регистрации. Между тем отсутствие государственной регистрации заключенного между сторонами соглашения об изменении договора ипотеки, заключенного в установленном законом порядке, не влечет его недействительность и не исключает право Банка на удовлетворение исковых требований об обращении взыскания на недвижимое имущество, переданное в залог по договору ипотеки от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, судебная коллегия отмечает, также то обстоятельство, что ДД.ММ.ГГГГ между Банком, ООО «Рыбоконсервный комбинат Аквамарин» и ООО «Интеррыбфлот» было заключено соглашение о переводе договора , согласно которому ООО «Интеррыбфлот» - новый заемщик принимает на себя обязательства ООО «Рыбоконсервный комбинат Аквамарин» по кредитному договору <***> от ДД.ММ.ГГГГ. Указанное обстоятельство исключает возможность применения к спорным отношениям положений статьи 356 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом доводы апелляционной жалобы ООО «Торговый Дом Аквамарин» заслуживают внимание. В силу пункта 2 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если обеспеченное поручительством обязательство было изменено без согласия поручителя, что повлекло за собой
кредитором за исполнение заемщиком всех обязательств по договору займа, включая погашение основного долга, уплаты процентов за пользование займом и неустойки. 14 января 2010 года ОАО «Лизинговая компания «Форт» и ООО «Даль Трейд» заключили соглашение об обращении взыскания на заложенное имущество № Ф-140101/4, в приложении № 1 к соглашению об обращении взыскания на заложенное имущество № Ф-1140101/4 от 14 января 2010 года указан договор № 112-Н заключенный с ФИО1. ООО «Даль Трейд» на основании соглашения о переводе договоров залога от 05 марта 2010 года и договора уступки права требования № 05-03/10 от 05 марта 2010 года передал ООО «СЕМИР Эстейт» предал права требования. 12 мая 2010 года ООО «Финарт» на основании договора уступки права требования № 12-05 приобрело у ООО «СЕМИР Эстейт» право требования взыскания задолженности по договору займа № 112-Н от 13 марта 2008 года заключенному между ООО «Лизинговая компания «Форт» и ФИО1 В соответствии с п. 2 ст. 811
