аренды от 05.04.2001 г. прекратил свое действие 08.09.2005 г. Суд апелляционной инстанции полагает необходимым указать на то, что комната № 4 не являлась предметом указанного договора аренды. Ответчик в апелляционной жалобе прямо указывает на то, что с 1995 г. по настоящее время пользовался спорным помещением, как частью коридора, при этом не представляя каких-либо доказательств правомерного его использования. Заявление ФИО1 от 09.03.2004 г., адресованное начальнику дома отдыха «Сосновый» (л.д. 19, т.2), с просьбой дать согласие на аренду части коридора, прилегающей к арендованным ею помещениям магазина, не может служить доказательством правомерности занятия спорной части коридора. Суд апелляционной инстанции считает, что в данном случае у ответчика отсутствуют правовые основания нахождения в спорном помещении, поэтому суд первой инстанции правомерно его истребовал у ответчика. Судом апелляционной инстанции не приняты доводы ответчика о применении срока исковой давности по следующим основаниям. Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применятся судом только по заявлению стороны
дела и выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалобы надлежит отказать. Из материалов дела видно, что 30.12.2011 общество (потребитель) и компания (гарантирующий поставщик) заключили договор энергоснабжения № 650467. Энергопринимающие устройства общества технологически присоединены к объектам электросетевого хозяйства ПАО «ФСК ЕЭС» (акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от 10.01.2014). 20 декабря 2013 года общество подписало с ПАО «Кубаньэнерго» соглашение на продление «последней мили» и дало согласие на аренду объектов электросетевого хозяйства и (или) их частей, принадлежащих ПАО «ФСК ЕЭС» (организация по управлению единой национальной (общероссийской) электрической сетью), с возможностью дальнейшего продления аренды. Объекты электросетевого хозяйства ПАО «ФСК ЕЭС», к которым присоединены энергопринимающие устройства общества, с 01.01.2014 были переданы в пользование ПАО «Кубаньэнерго». Общество, ссылаясь на отсутствие его согласия на продление договора «последней мили» на 2015 год, и, соответственно, на продление аренды объектов электросетевого хозяйства, обратилось к компании с требованием о возврате
Эл, район Звениговский, с. Кужмара, являлся предметом действующего договора аренды от 21.04.2015, заключенного должником с ФГУП СП «Нива» ФСИН России. Часть указанного имущества находилась в залоге АО «Россельхозбанк», от которого требовалось согласие на заключение договора аренды имущества. Судом первой инстанции установлено, что должник обладал возможностью заключения договора аренды с ИП ФИО16 на момент получения согласия АО «Россельхозбанк», однако договор аренды с указанным лицом заключен не был; сведения о том, что АО «Россельхозбанк» давалось согласие на аренду имущества птицефабрики Звениговская иным лицам, в материалах дела отсутствуют; доказательства того, что такое согласие не было получено в результате бездействия ФИО2, также не представлены; документально не подтверждены доводы ФИО5 о том, что в случае сдачи птичников в аренду иному лицу стоимость данного имущества, по которой оно было реализовано, существенно изменилось бы в сторону увеличения; целесообразность поиска нового арендатора в отношении имущества, находящегося в стадии реализации, должником не раскрыта, судом из представленных материалов дела
трех месяцев со дня его получения в силу статей 610 и 621 ГК РФ (л.д. 23-24). Однако представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что волеизъявление сторон было направлено на исполнение соглашения от 03.12.2008, подписанного сторонами, то есть заключения договора аренды до определенного срока – 30.11.2009. При таких обстоятельствах, утверждение Комитета о том, что договор аренды следует считать заключенным на неопределенный срок неправомерно. Стороны не просто продолжали арендные отношения, а выразили свое согласие на аренду до определенного срока, притом сделали это до истечения установленного ранее договором аренды срока. Ссылка подателя апелляционной жалобы на письмо от 31.12.2008 № 14867 несостоятельна. Действия ответчика отличаются непоследовательностью. Так ответчик зная, что истец выразил свое несогласие с расторжением договора аренды и фактически продолжает пользоваться арендованным имуществом, в период действия трехмесячного срока, указанного в письме от 31.12.2008, после истечения которого договор аренды будет считаться расторгнутым, 23.01.2009 обратился в УФРС по Амурской области о регистрации
306-КГ16-1060 по делу № А57-19431/2014, применительно к данной норме речь идет об использовании земельного участка на законных основаниях. В материалах настоящего дела имеется договор аренды земельных долей арендодателей ЗАО ППР «Луч» № 01-04/516 от 02.07.1998, зарегистрированный 02.07.1998 Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству Омского района Омской области за номером № 181 (л.д. 57-61). Законность заключения данного договора подтверждается постановлением главы районного самоуправления Администрации Омского района № 436-п от 07.07.1998, которым АО «ОБ» дано согласие на аренду земель членов ЗАО ППР «Луч» в количестве 856 паев общей площадью 6377 га сельхозугодий на условиях вышеуказанного договора, а также закреплено право АО «ОБ» на использование невостребованных земельных паев в количестве 99 общей площадью 738 га. При таких обстоятельствах, учитывая, что предпринимателем не представлено достаточных и безусловных доказательств использования испрашиваемых земельных участков на законных основаниях до момента государственной регистрации права муниципальной собственности на них, как это предусмотрено названной выше нормой, требование заявителя о
на общие средства, был приобретен (в 2018 году в аренду, а с *** в собственность) земельный участок площадью 750 кв.м по адресу ***. На участке ответчик ФИО2 из общих средств (в том числе из средств, полученных за аренду магазина в ***), осуществлял строительство объектов недвижимости. Конкретно каких именно она не знает, так как ответчик не делился с ней никакой информацией. В начале января 2020 года она выразила свою волю и подписала у нотариуса согласие на аренду нежилого здания-магазина по адресу *** земельного участка на 10 лет, что объективно подтверждается имеющимся нотариальным согласием. *** она подписывала у нотариуса документ «согласие», который со слов ответчика ФИО2 был так же нужен для аренды. После подписания ответчик ФИО2 сразу забрал подписанный ею документ и больше этот документ она не видела. Желание (волю) передать безвозмездно собственность она не имела, так как это не соответствовало ее интересам. Как видно из согласия от ***, оно было
момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль во владении ОАО «Научно-производственное объединение «Татэлектромаш» не находился, водитель никаких указаний работодателя, служебных обязанностей не исполнял, следовательно, общество надлежащим ответчиком по делу быть не может. В жалобе также отмечено, что автомобиль служебным транспортом не являлся, договор аренды между ОАО «Научно-производственное объединение «Татэлектромаш» и И.З.Исламовым заключен не был, отношения по пользованию и владению автомобилем возникли между И.З.Исламовым и Р.М.Мухаметшиным. Возможность передачи автомобиля от собственника И.З.Исламова ОАО «Научно-производственное объединение «Татэлектромаш» отсутствовала, согласие на аренду автомобиля ЗАО «ХК «Татэлектромаш» не выдавалось, вопрос об аренде автомобиля на общем собрании директоров не обсуждался. Кроме того, податель жалобы указывает, что судебная автотехническая экспертиза проведена с многочисленными нарушениями, поэтому не может служить доказательством, подтверждающим размер ущерба. В возражениях на апелляционную жалобу представитель истицы просит оставить решение суда без изменения, а жалобу представителя ответчика – без удовлетворения. При этом указывает, что автомобиль был передан И.З.Исламовым ОАО «Научно-производственное объединение «Татэлектромаш» и использовался Р.М.Мухаметшиным в
«Резерв», недействительным, взыскать со С.Л.Ф. неосновательное обогащение в размере 3 182 926 рублей, расходы на оценку стоимости арендных прав в сумме 20 000 рублей, комиссию банка в размере 600 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей и государственную пошлину, внесенную при подаче иска, в размере 28 300 рублей. Судом постановлено указанное выше решение, которое С.Л.Ф. и ООО «НПК «Резерв» в апелляционных жалобах просят отменить, поскольку истец давал устное согласие на аренду недвижимости, что подтверждается материалами доследственной проверки, ООО «НПК «Резерв» фактически не пользовалось арендованным имуществом и подписало соглашение о расторжении оспариваемого договора аренды, неосновательное обогащение отсутствует, арендная плата не выплачивалась, истец мог пользоваться своим имуществом, при взыскании неосновательного обогащения судом не учтена доля ответчика, председательствующий не был беспристрастным при рассмотрении данного дела. В заседании судебной коллегии представители С.Л.Ф. – Н.А.Н., К.Е.А. доводы апелляционной жалобы поддержали. Представитель Д.С.Е. – Л.Ю.В. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы,
об аренде у него квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время ФИО1, действуя по предварительному сговору с У.А.А. и неустановленным следствием лицом, встретился с Н.Ф.Б. в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, где пояснил об условиях аренды квартиры, указав, что необходимо оплачивать арендную плату в размере 10000 рублей, а также о внесении оплаты за электроэнергию. После осмотра квартиры, Н.Ф.Б., не подозревая о преступных намерениях ФИО1, У.А.А. и неустановленного следствием лица, дал свое согласие на аренду указанной квартиры, договорившись с ФИО1 о встрече на следующий день с целью заключения договора. ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО1, продолжая осуществлять совместный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств Н.Ф.Б., из корыстных побуждений и с целью получения материальной выгоды, находясь по адресу: <адрес>, желая скрыть свои преступные намерения и придать преступным действиям правомерный характер, предъявил Н.Ф.Б., копию доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданную Х.Е.В., неосведомленной о преступных намерениях указанных лиц, с внесенными изменениями в
«МегаФон» заключены с нарушением действующего законодательства, поскольку доходы от использования имущества, находящегося в долевой собственности, распределяются между участниками долевой собственности соразмерно их долям. В рамках рассмотрения других гражданских дел принимались решения о недействительности решений собственников жилых помещений об аренде общедомового имущества, а также заключенных и перезаключенных с ОАО «МегаФон» и ОАО «МТС» договоров аренды, однако ФИО2 продолжает заключать и перезаключать указанные договоры, провела собрание собственников помещений по данным вопросам. Поскольку он не давал согласие на аренду общедомового имущества, в котором имеется и его доля, на которую несет затраты, в том числе и он, считает что были нарушены его права. Оспариваемым решением нарушено его право на получение своей доли от аренды общедомового имущества. Ответчик и совет дома присвоили себе несвойственные им полномочия по управлению дома, расходованию арендных платежей. Действиями ответчика, нарушены его законные интересы, он несет убытки, оплачивает содержание и ремонт общего имущества многоквартирного дома, а ответчик по своему усмотрению
