права Шигаевой А.И. совершением платежей не нарушены, предоставление должником денежных средств в указанном размере было направлено на увеличение капитала банка и не влекло за собой уменьшение имущества супругов. Судами отмечено, что ФИО1 не представлено доказательств наличия у банка оснований сомневаться в распоряжении должником совместно нажитым имуществом с согласия супруги, а добросовестность контрагента в силу положений пункта 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возможность признания недействительной сделки, совершенной с нарушением правил получения согласия на распоряжение имуществом , находящимся в общей собственности. Таким образом, суды констатировали, что заявленные ФИО1 обстоятельства не могут быть отнесены к недобросовестным действиям со стороны банка, а равно к злоупотребляющим правом и имеющим намерение реализовать какой-либо противоправный интерес. Оснований, по которым возможно не согласиться с выводами судов, заявителем не приведено. Доводы кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения нижестоящих судов и мотивированно ими отклонены. Оснований не согласиться с ними не имеется. Аргументы заявителя выводы суда не опровергают, не
совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке. Таким образом, статья 35 Семейного кодекса направлена на определение правового режима распоряжения общим имуществом супругов, и устанавливает, в том числе правило, согласно которому для совершения одним из супругов сделки, требующей регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Из указанной нормы следует, что согласие супруга требуется только при совершении другим супругом подлежащей государственной регистрации сделки по распоряжению общим имуществом . При заключении ФИО1 спорного договора аренды не происходит распоряжения общим имуществом супругов и, следовательно, к правоотношениям по заключению данного договора аренды не применяются положения статьи 35 Семейного кодекса о необходимости получения нотариально удостоверенного согласия супруга. Обязанность заключить договор аренды с множественностью лиц на стороне арендатора для собственников объектов недвижимости, расположенных на земельном участке, находящемся в государственной собственности следует как из положений статьи 36 Земельного кодекса, действовавшей
супругом доли в праве собственности на квартиру не требовалось. Поскольку оспариваемый истцом договор заключен после того, как П-вы перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, они приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжениюимуществом . В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что
этом согласие содержало указание на то, что продажу доли ее супруг праве осуществить за цену и на условиях по его собственному усмотрению. С заключением 14.08.2019 предварительного договора купли-продажи долей в уставном капитале общества, вышеназванное согласие было реализовано, поскольку привело к возникновению обязательственных правоотношений между ФИО2 и ФИО1, направленных на отчуждение доли. Следовательно, распоряжение ФИО3 об отзыве согласия на продажу долей в уставном капитале общества, данное 14.12.2020 уже после заключения предварительного договора, не могло иметь юридических последствий. То обстоятельство, что ФИО3 в нотариальном порядке 14.08.2019 также было удостоверено отдельное согласие на совершение только предварительного договора не имеет значения для настоящего спора, поскольку использование юридических конструкций предварительного и основного договора в данном случае являлось способом распоряжения общим имуществом супругов. Получение согласия на заключение предварительного договора не являлось необходимым при наличии ранее выданного согласия на отчуждение имущества. При этом отзыв согласия на заключение предварительного договора состоялся только 11.09.2020, то есть также после совершения
26 марта 2013 года в удовлетворении иска отказано. С решением не согласен истец, который в апелляционной жалобе просит отменить обжалуемый судебный акт, по основаниям неприменения закона, подлежащего применению. Указывает, что председатель ФИО2, подписав спорное соглашение от 26.04.2011 года от имени юридического лица - Общественной организации «Объединение организаций профсоюзов Республики Бурятия», превысила свои полномочия, предусмотренные Федеральным законом от 19.05.1995 N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" и Уставом Общественной организации «Объединение организаций профсоюзов Республики Бурятия», поскольку согласие на распоряжение имуществом Объединения вправе был давать только коллегиальный выборный исполнительный орган истца (а именно Исполком Объединения), который осуществляет права и обязанности юридического лица от имени Объединения. Ответчик представил письменный отзыв на апелляционную жалобу. Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу. Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом. Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального
заявленными уполномоченным лицом. В соответствии с постановлением Правительства Республики Карелия № 274-П от 25.11.2010 Комитет, являющийся органом исполнительной власти Республики Карелия и самостоятельным юридическим лицом, наделен полномочиями по управлению и распоряжению государственным имуществом Республики Карелия, осуществляет контроль за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью имущества, закрепленного в том числе на праве оперативного управления за государственными учреждениями Республики Карелия, осуществляет защиту имущественных и иных прав и законных интересов в пределах своей компетенции, дает согласие на распоряжение имуществом , принадлежащим государственному учреждению Республики Карелия на праве оперативного управления (пункты 1, 4, 20, 28, 43.1 постановления). При таких обстоятельствах, с учетом положений пункта 1 статьи 296 и пункта 3 статьи 298 Гражданского кодекса Российской Федерации Комитет правомерно выступал стороной в договоре аренды как уполномоченный представитель собственника сдаваемого ГУ «Информационно-туристический центр Республики Карелия» в аренду недвижимого имущества. С учетом полномочий Комитета, отраженных в пунктах 1, 4, 20, 28, 43.1 постановления Правительства Республики Карелия
00 коп., амортизацией 130 000 руб. 00 коп.; автомобиль марки ВАЗ-21074, год ввода 2003, инв. № 00000017, балансовой стоимостью 179 316 руб. 82 коп., амортизацией 64 041 руб. 60 коп., остаточной стоимостью 115 275 руб. 22 коп. Конкурсный управляющий, указывая на то, что распоряжение имуществом должно осуществляться самим муниципальным предприятием, при этом собственник муниципального образования не наделен правом самостоятельно изымать либо иным способом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении, а вправе дать лишь согласие на распоряжение имуществом или совершение сделок в соответствии с Уставом предприятия, обратился в суд с заявлением о признании незаконным постановления № 1487 от 07.07.2011 и применении последствий недействительности сделки путем истребования спорного имущества. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим. Глава III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) определяет основания и порядок оспаривания сделок должника. Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,
фонда по поручениям («УК «Неофитиус») не вправе ввиду аннулирования лицензии 21.04.2011. Из отчета о прекращении фонда следует, что заявителем не приняты действия, направленные на взыскание с управляющей компании незаконно списанных денежных средств. При этом общество, являясь специализированным депозитарием фонда, в соответствии с подп. 3 п. 1, п. 2 ст. 43 Федерального закона от 29.11.2001 № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» обязано осуществлять контроль за соблюдением управляющей компанией требований действующего законодательства, в том числе давать согласие на распоряжение имуществом фонда. Доводы об отсутствии у управляющей компании согласия заявителя на списание денежных средств, отклоняются, поскольку из смысла ст. 43 названного Закона, заявитель обязан выявлять такие нарушения. В настоящее время прекращение фонда осуществляется заявителем. В соответствии с подп. 3 п. 7 ст. 31 Федерального закона от 29.11.2001 № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» заявитель обязан предпринять все меры по выявлению кредиторов, требования которых должны быть удовлетворены за счет имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, и погашению
Судья: Кузнецова Е.Ю. гр. дело № 33-6355/2018 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ 30 мая 2018 г. г.о. Самара судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе: председательствующего Желтышевой А.И., судей Тароян Р.В., Мартемьяновой С.В., при секретаре Латыповой Р.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Департаменту социального обеспечения администрации г.о. Тольятти об оспаривании отказа и обязании дать согласие на распоряжение имуществом , по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 20.03.2018 г., которым постановлено: «В удовлетворении исковых требований ФИО1 к администрации городского округа Тольятти об оспаривании отказа и обязании дать согласие на распоряжение имуществом подопечного, - отказать». Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Желтышевой А.И., объяснения представителя ФИО1 – ФИО2, УСТАНОВИЛА: ФИО1 обратилась в суд с иском к Департаменту социального обеспечения администрации г.о. Тольятти об оспаривании отказа и
РЕШЕНИЕ именем Российской Федерации 20 марта 2018 года Центральный районный суд г.Тольятти Самарской области в составе: председательствующего Германовой С.В., при секретаре Евсеевой Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к департаменту социального обеспечения администрации городского округа Тольятти об оспаривании отказа и обязании дать согласие на распоряжение имуществом , установил: ФИО2 обратилась в суд с иском к департаменту социального обеспечения администрации городского округа Тольятти о признании отказа незаконным и обязании дать согласие на распоряжение имуществом. В судебном заседании истец и ее представитель ФИО4, действующий на основании устного ходатайства, исковые требования поддержали, суду пояснили, что ФИО2 является опекуном супруга ФИО1, который решением суда признан недееспособным. ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к ответчику с заявлением о получении согласия на распоряжение имуществом, приобретенным в период брака
ГПК РФ). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Из совокупности установленных обстоятельств следует, что ФИО1, находясь в браке с ФИО6, выдала ему нотариально удостоверенное согласие на распоряжение имуществом , которое будет приобретено в браке, при этом, как полагает судебная коллегия, данное согласие было выдано супругой в связи с тем, что ФИО6 осуществлял предпринимательскую деятельность и соответственно вступал в договорные отношения по приобретению и распоряжению объектами гражданских прав. Дав согласие на распоряжение имуществом, приобретенным в течение брака, до момента заключения сделки 10.02.2023, ФИО1 это согласие не отозвала. При этом ФИО6, при обращении в орган государственной регистрации прав за регистрацией перехода права собственности