в официальной судебной практике следует, что уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных его участников на отчуждение доли участника третьему лицу иным образом, нежели продажа. При этом по делу установлено, что в уставе общества, не признанного недействительным в судебном порядке (дело № А40-305943/2019), содержится такое положение (необходимость получения согласие на отчуждение доли участником третьему лицу иным образом, нежели продажа). Установив, что доля подарена ФИО1 ФИО5 с нарушением положений устава общества, без согласия ФИО3, при этом надлежащих доказательств соответствующего обращения ФИО1 к обществу (в том числе письменных доказательств) о получении согласия ФИО3 на дарениедоли ФИО2 в дело не представлено, пришли к выводу о наличии оснований для применений последствий такого нарушения, установленных абзацем третьим пункта 18 статьи 21 Закона. При установленных по делу обстоятельствах решение суда о передаче спорной доли обществу соответствует вышеуказанной норме Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Принимая это во внимание, оснований для постановки
не направлял в общество «ФИО3 Кутх и Стилхед» обращение об отчуждении своей доли по договору дарения ФИО2 и общество «Тигильское промысловое хозяйство» не давало согласие на отчуждение доли, принадлежавшей дарителю. Решением Арбитражного суда Камчатского края от 08.04.2019 в удовлетворении исковых требований отказано. Проанализировав положения устава общества «ФИО3 Кутх и Стилхед», арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в уставе общества отсутствует требование о необходимости получить согласие от иных участников общества в случае совершения участником общества сделки дарениядоли третьему лицу. Доводы истца о притворности договора дарения исследованы судом и признаны несостоятельными, как неподтвержденные документально. Кроме того, суд признал обоснованным заявление ответчиков о пропуске истцом специального трехмесячного срока для предъявления требований о переводе доли на общество. Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2019 решение суда первой инстанции отменено, заявленные требования удовлетворены. Арбитражный суд Дальневосточного округа постановлением от 08.10.2019 отменил постановление суда апелляционной инстанции и оставил в силе
абзацу третьему пункта 18 статьи 21 Закона № 14-ФЗ в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласияучастников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу. Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и удовлетворяя заявленные исковые требования, суды исходили из того, что по договорам дарения от 08.12.2014, 22.12.2014 ФИО5, ФИО4 с нарушением требований о необходимости получения согласия участников общества на отчуждение доли третьим лицам иным образом, чем продажа, произвели безвозмездное отчуждение принадлежащих им долей в уставном капитале общества ФИО2, ФИО1, что явилось основанием для применений последствий такого нарушения, установленных абзацем третьим пункта 18 статьи
арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО2, ФИО3 о передаче обществу с ограниченной ответственностью «Федосеевские сады» 50% доли уставного капитала общества, перешедшего к ФИО3 по договору дарения от 21.03.2013 с нарушением порядка получения согласия других участников (дело №А08-1760/2014). ФИО1 также обратился в арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО3, ФИО4 о передаче ООО «Федосеевские сады» 20% доли уставного капитала общества, перешедшего к ФИО4 по договору дарения от 26.12.2013, заключенному с ФИО3 с нарушением порядка получения согласия других участников общества (дело №А08-2621/2014). Определением суда от 11.06.2014 дело №А08-1760/2014 объединено в одно производство с делом №А08-2621/2014,объединенному делу присвоен номер А08-1760/2014. ФИО3 обратился в арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО1, ФИО5 о передаче 20% доли уставного капитала ООО «Федосеевские сады, перешедшей к ФИО5 с нарушением требований, установленных статьями 10, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Определением суда от 12.08.2014
уточнении исковых требований, которое судом рассмотрено и удовлетворено в силу ст. 49 АПК РФ. Истец в судебное заседание не явился, заявив ходатайство об отложении рассмотрения дела. Данное ходатайство судом рассмотрено и отклонено, поскольку у суда имеются все необходимые доказательства для рассмотрения дела по существу. В обоснование заявленных требований истец ссылается на ничтожность договоров дарения доли (намерений на дарение доли не имел, договоры не подписывал и не заключал, общество не уведомлял, отсутствует письменное согласие участников на дарение доли ), что, в свою очередь, влечет недействительность принятых на общих собраниях решений о внесении изменений в учредительные документы общества. Кроме того, нарушен порядок созыва и проведения обжалуемых собраний участников. ООО «Теннисный клуб «Корт» в судебном заседании исковые требования не признало, указав, что оспариваемые сделки совершены и решения собраний приняты в полном соответствии с действующим законодательством. Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности, установленного ст. 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной
району г. Астрахани 03.06.2015, запись акта о расторжении брака № 89). После расторжения брака ФИО2 и ФИО5 было произведено равномерное разделение долей в обществе и внесены дополнения и изменения в Устав общества протоколом № 5 общего собрания участников ООО ПКФ «Астмебель» от 22.10.2012, в новую редакцию Устава были внесены изменения в главу 11, согласно которым отчуждение долей третьим лицам в уставном капитале общества должно происходить только с согласияучастников общества. Ссылаясь на то, что в связи с заключением оспариваемого договора дарениядоли права ФИО2 были нарушены и в результате перехода доли ФИО5 ответчикам истец потерял корпоративный контроль над обществом и не может распоряжаться долей умершего ФИО5 по своему усмотрению как единственный участник общества; ответчики делают невозможным нормальное осуществление хозяйственной деятельности общества, владея в общей сложности долей в уставном капитале общества в размере 50%, препятствуют истцу в принятии корпоративных решений, последний обратился в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями. Разрешая
учитывая закрепленное уставом общества положение о необходимости получения согласия участников общества и самого общества на отчуждение доли (части доли) третьему лицу, исходя из условий, установленных законом, при которых указанное согласие считается полученным, установив недоказанность уведомления истца с целью получения согласия на совершение сделки по дарению части доли, получения согласия от участника общества и общества на совершение указанной сделки, пришли к обоснованному выводу об отчуждении части доли общества с нарушением порядка получения согласия участников общества и самого общества. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями главы 7 АПК РФ, в том числе представленные в материалы дела заявление ФИО1 от 28.07.2016 о даче согласия на дарениедоли , квитанция о направлении почтовой корреспонденции ООО «Грин-Форс» в адрес ООО «ЛХК «Алтайлес» от 28.07.2016, письмо о даче согласия на совершение сделки от 29.08.2016, копии страниц журналов регистрации входящей
отчуждение принадлежащей ему доли спорного имущества. В данном случае на момент заключения оспариваемого договора дарения жилого дома брак между ФИО7 был прекращен и, соответственно, получение в порядке ст. 35 СК РФ нотариального согласия истца на отчуждение недвижимого имущества бывшей супругой истца ФИО18 ФИО27 не требовалось. Между тем требование о признании такой сделки недействительной может быть удовлетворено в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки. Выводы суда о том, что ФИО2 заключая договор дарения квартиры, не знал и не мог знать, что жилой дом является совместной собственностью супругов ФИО18, а также, что его отчим ФИО1 возражает против отчуждения принадлежащей ему доли , находятся в противоречии с материалами дела и сделаны без учета того обстоятельства, что в силу близких родственных отношений одаряемого и дарителя (сын и мать), ФИО2 заведомо было известно об отсутствии согласия
